Мэрил Хэнкс - Заблуждение

– Нет-нет, мне он нравится, – заверила она его с излишней энергичностью.

Напитки принесли тут же, и, стараясь не поперхнуться, Лаура отпила глоток. Что-то настораживающее было в голосе Дэвида, когда он упомянул об особе, которая терпеть не могла вермут. Она почувствовала нарастающую тревогу: было похоже, что он проверяет ее.

В напряжении шахматиста, ведущего трудную партию, Лаура ожидала следующего его хода. Но пока они ели превосходную, изысканную пищу, Дэвид поддерживал разговор на общие темы, со знанием дела рассказывая о здешних местах и изменчивых погодных условиях.

– Этот район сильно отличается от лежащих восточнее. Можно сказать, что здесь совсем другой климат... Я вас не утомил?

Лаура покачала головой. Ей нравилось слушать его приятный голос, смотреть в мужественное выразительное лицо. Напряжение начало спадать, она готова была сидеть так часами.

– А почему именно этот район?

– Потому что мы находимся рядом с озером. У нас иногда бывают сильные снежные бури, дороги заваливает снегом, все сидят по домам, и жизнь останавливается.

Лаура снова напряглась. Она-то уж знала о здешних снежных заносах! Случай, когда она попала в один из них, изменил ее жизнь...

В это время подали кофе, и, чтобы сменить тему, она спросила:

– А вы давно живете в Бостоне?

– Мой отец был дипломатом, и в свое время мы много поездили по миру. Я родился в Филадельфии, учился в Кембридже, некоторое время жил в Лондоне... А отец мой тем временем обосновался в Бостоне. Однажды я приехал его навестить и решил, что мне нравятся эти места. А в Верхнее озеро я просто влюбился и стараюсь бывать здесь почаще. Несколько раз я привозил сюда мою невесту, – добавил он, как бы между прочим. – Глэдис великолепная лыжница.

Он говорил так, словно Глэдис до сих пор оставалась частью его жизни! Не донеся чашку до рта, Лаура застыла. Она уже месяц работала у Дэвида, а имя Глэдис было упомянуто впервые...

Его зеленые глаза блеснули.

– Чему вы так удивились?

– Я не знала, что вы обручены, – с трудом ответила она.

– Во время нашей первой беседы у меня сложилось впечатление, будто вы ожидали, что я женат.

– Ну... я... Просто миссис Бернсайд говорила, что вы не то разведены, не то вдовец...

– Я уже сказал вам, что ни то, ни другое. А насчет того, что я обручен... Здесь вы тоже ошиблись.

Лаура испытала какое-то болезненное облегчение. Даже ради того, чтобы быть рядом с Сэнди, она едва ли смогла бы остаться в доме Дэвида, если бы он женился на другой женщине.

– Признаться, я не собирался этого рассказывать, но моя невеста передумала за несколько недель до свадьбы.

Лаура не верила своим ушам и уже хотела спросить: «А почему она передумала?» – но вовремя прикусила язык.

Дэвид внимательно посмотрел на ее бледное лицо и ответил на незаданный вопрос:

– Одной из причин было то, что я собирался удочерить Сэнди после женитьбы. Глэдис решила, что не сможет полюбить ребенка, рожденного другой женщиной. – Лаура удивленно взглянула на него: такого она понять не могла. – Вы как будто осуждаете ее, – заметил Дэвид. – Но не все способны любить детей так, как вы.

Лаура невольно улыбнулась, довольная его похвалой, а он продолжал:

– Впрочем, бабушка Сэнди любила ее, как дочь. Даже слишком... Шарлотта боготворила своего сына, и после его смерти Сэнди была единственным, что у нее осталось. Так что в определенном смысле она избаловала внучку. Даже после первого инфаркта, когда врачи запретили ей напрягаться, она все равно отказалась нанять няню и настояла на том, что все будет делать сама...

– Сэнди, должно быть, ее очень не хватает, – робко заметила Лаура.

– Маленькие дети, слава Богу, быстро привыкают. Но хотя Сэнди очень независимый и развитой ребенок, я полагаю, что с нее достаточно потрясений.

Он допил свой кофе, прежде чем продолжить:

– Когда я спросил вас, что вы считаете главным в жизни ребенка, вы ответили: «Безопасность и любовь»... Что ж, я согласен с вами и теперь, чего бы мне это ни стоило, твердо намерен дать девочке защиту, в которой она нуждается...

– Еще кофе, мадам, сэр?– спросил официант.

– Нет, спасибо, – покачала головой Лаура. Дэвид посмотрел на часы.

– Счет, пожалуйста. – Затем он повернулся к Лауре. – Я думаю, нам пора, иначе мы не сможем еще раз полюбоваться видами до тех пор, как стемнеет.

На улице уже сгущались сумерки. Дул сильный ветер, и, пока они шли к машине, снег хлестал им в лица. На стоянке оставалось совсем мало машин, а те, что отъезжали, похоже, очень торопились.

– Кажется, нам тоже нужно поторопиться, – озабоченно сказала Лаура.

Дэвид посмотрел в свинцовое небо.

– Думаю, мы еще успеем полюбоваться водопадом.

Лауре было не по себе, но она решила, что спорить глупо: Дэвид хорошо знал здешний климат, так что ему виднее.

К тому моменту, когда они добрались до места, других машин не было видно. Небо казалось еще более угрожающим, а дорога была покрыта белой пеленой. Но даже сквозь снег, который валил теперь вовсю, зрелище водопада впечатляло. Лаура некоторое время пребывала в восторженном трансе, а затем, стуча зубами от холода, сказала:

– Я могу стоять тут часами, но становится уже поздно и я замерзла.

– Да, думаю, нам пора ехать.

Дэвид помог ей сесть в машину. Он казался абсолютно спокойным, и это слегка обнадеживало Лауру.

Они долго ехали в усиливающемся снегопаде. Мириады белых хлопьев крутились в лучах фар, и даже включенные на полную мощь стеклоочистители не могли справиться.

– Кажется, становится хуже!– Лаура не могла скрыть своего беспокойства.

– Да, – беззаботно согласился он, – но вы не переживайте.

Вспомнив о двухсотфутовой высоте, отделяющей их от долины, Лаура осторожно предложила:

– Может быть, лучше остановиться?

– Только не на дороге. Если буря продлится долго, мы окажемся в ловушке и замерзнем до смерти.

– А мы не можем где-нибудь укрыться?

– Я тоже об этом подумал. Фактически мы уже на месте.

– Что вы имеете в виду? Ведь отель в противоположной стороне!

– Совершенно верно. К тому же едва ли у них найдутся перед Рождеством свободные места.

– Тогда куда же вы меня привезли?!

– Не помню, говорил ли я вам, что люблю уединение. А Оздоровительный центр так разросся... Вот я и решил купить в этих местах еще один дом. Сейчас его ремонтируют. А вот мы и приехали...

Машина свернула с дороги и начала подниматься вверх. Лаура ничего не видела, кроме пурги, но через несколько минут Дэвид остановился. Вокруг не было никаких огней.

– Сейчас здесь никто не живет?– испуганно спросила Лаура.

– Я же сказал, что дом ремонтируется. Обычно здесь ночуют рабочие, но все они уехали на Рождество. Сейчас устанавливают новую отопительную систему, так что в доме прохладно. Но, по крайней мере, в эту ночь у нас будет крыша над головой.