Эстер Модлинг - Лекарство от одиночества

Роберт внимательно посмотрел на Эми и вдруг каким-то странным, с хрипотцой, голосом, спросил:

— Это что, приглашение?

Эми опешила.

— Приглашение?

— Присоединиться к развлечениям, — пояснил Роберт, видя ее недоумение.

Разумеется, она его не приглашала! Эми просто гордилась своим островом и хотела, чтобы другие люди любили его так же, как она. Ей нужно было еще три года назад, когда она привезла Виктора на остров, догадаться, что он за человек: Виктор возненавидел остров, называл его глухоманью и захолустной дырой.

— Или мне следует самому вас пригласить? — продолжал Роберт. — Думаю, это будет справедливо — чтобы не остаться в долгу за сегодняшнюю поездку.

— Вы предлагаете поехать на машине? — уточнила Эми.

Роберт печально улыбнулся.

— Именно это я и имею в виду.

— А как же ваше намерение ни с кем не общаться? — напомнила Эми.

Роберт пока провел на острове немногим больше суток, а уже успел побывать в гостях у ее родителей, покататься с ней на мотоцикле и вот теперь приглашает ее провести с ним вечер. Но Эми не собиралась встречаться с Робертом сегодняшним — да и любым другим — вечером, она, как и он, не жаждала светского общения. С ним — особенно.

Почему «с ним — особенно»? Да потому что он грубый, высокомерный, он такой же чужак на острове, как Виктор!

Последнее, пожалуй, справедливо, но что касается первого и второго… Сегодня Роберт уже не демонстрировал грубость и высокомерие так явно, как вчера.

— Мне правда жаль, что я повел себя вчера грубо, — сказал он, словно подслушав мысли Эми. — Меня оправдывает только то, что я вылетел из Штатов прошлой ночью и у меня основательно сбились биологические часы, хотя и это оправдание слабое.

Эми на собственном опыте имела возможность убедиться, какими неприятными бывают первые часы после длительного межконтинентального перелета.

— Я этого не знала, — тихо сказала она, доев мороженое.

Роберт вдруг коснулся пальцем ее губ. От неожиданности Эми чуть не подпрыгнула.

— Эй, не надо так пугаться, я всего лишь стряхнул прилипшую крошку от вафельного рожка.

Устыдившись своей несоразмерно острой реакции на простое прикосновение, Эми покраснела и поспешно вытерла губы бумажным платком.

— Извините, я не поняла, что вы делаете.

Роберт изогнул бровь.

— А вы что подумали?

Они остановились и стояли очень близко друг к другу. Эми почему-то боялась встретиться с Робертом взглядом.

Действительно, что она подумала? И еще важнее — почему? Роберт до сих пор не давал повода заподозрить, что находит ее привлекательной, так с какой же стати ей пришло в голову, что он собирается ее поцеловать?

Скрывая смущение, Эми уклонилась от прямого ответа и безмятежно улыбнулась.

— Кажется, я немного не в себе. Если вы действительно этого хотите, я с удовольствием покажу вам вечерний Ардберг в Безумное воскресенье.

Роберт посерьезнел.

— Вы начинаете меня пугать…

Эми рассмеялась.

— Ничего страшного не предвидится, вам понравится. Честное слово, люди просто будут развлекаться в меру своих возможностей.

Утром Эми еще не была уверена, присоединится ли к общему веселью, но на всякий случай вымыла голову. Когда она в прошлый раз приезжала на остров во время фестиваля, то проводила почти все время с Джерри и с его друзьями, но общество Роберта Харгривса — совсем другое дело. Как-то он отнесется к тому, что мотоциклисты выписывают фантастические кренделя прямо на главной улице, причем на некоторых любителях острых ощущений нет ничего, кроме плавок? К тому, что стихийно сложившиеся парочки танцуют на набережной под аккомпанемент местной рок-группы и самозабвенно целуются, а то и ведут себя еще более откровенно? Если простая поездка на мотоцикле показалась ему «своеобразной», можно представить, что он скажет о вечере!

Эми высадила Роберта у дома Оуэнов. Он очень вежливо поблагодарил ее за интересную поездку и за небольшую экскурсию по острову, но, с нескрываемым облегчением отдавая шлем, быстро добавил, что не расстроится, если больше никогда в жизни не сядет на мотоцикл.

Эми рассмеялась. Улыбка все еще не сходила с ее лица и через несколько минут, когда она подъехала к родительскому дому. Как она и подозревала, сплавив гостя дочери, Тед устроился перед телевизором и смотрел свой любимый фильм.

Собираясь на вечер с Робертом Харгривсом, Эми долго не могла решить, что надеть. Перемерив кучу вещей, она наконец остановилась на черных джинсах и на футболке изумрудного цвета, выразительно контрастирующего с рыжими волосами и подчеркивающего цвет глаз. Но, даже одевшись, Эми все еще не была уверена в правильности своего выбора. Обычно в таких случаях она отправлялась в Ардберг на мотоцикле и, как большинство гуляющих, облачалась в кожу, но поскольку Роберт везет ее на машине…

Отец немного развеял ее сомнения, сделав комплимент:

— Отлично выглядишь, дочка.

Мать собралась встать, чтобы приготовить вечерний чай, но Эми жестом остановила ее.

— Отдыхай, мама, я сама все сделаю.

Булочки она испекла еще утром, а домашний джем в кладовке Магды не переводился круглый год. Видя, что Эми не садится с ними за стол, мать забеспокоилась:

— А ты разве не выпьешь с нами чаю? Надеюсь, ты не сидишь снова на диете? Когда ты голодала в прошлый раз, я за тебя очень переживала.

Несколько лет назад Виктор решил, что Эми не помешает сбросить фунт-другой. В результате «диеты» одежда болталась на Эми как на вешалке. Магда благоразумно не вмешивалась, но в следующий приезд Эми превзошла самое себя: она каждый день готовила любимые кушанья дочери и добилась того, что к возвращению в Лондон Эми набрала свой прежний вес. Виктор был страшно раздосадован!

— Нет, мама, я не на диете, — успокоила ее Эми. — Просто Роберт пригласил меня провести вечер в городе, вот я и…

— Вот как, Роберт тебя пригласил? — задумчиво переспросил Тед.

Эми подавила вздох. Ее родители, как, наверное, все родители взрослых дочерей, рассматривают каждого мужчину в возрасте от двадцати пяти до сорока пяти лет в качестве возможного кандидата в зятья. Эми надеялась, что Роберт Харгривс не покажется им подходящей кандидатурой, потому что ее саму он решительно не устраивал.

— Да. Думаю, мы поедим в Ардберге.

Можно было не сомневаться, что в этот вечер в городе найдется еда на все вкусы — от самого непритязательного до изысканного.

Тед разрезал булочку и стал намазывать ее джемом.

— Это замечательно, дочка.

Эми поморщилась.

— Ничего замечательного, папа, но, если бы я отклонила приглашение Роберта, это выглядело бы грубо по отношению к Синди, ведь он ее брат.