Кэтлин О'рейли - Клуб одиноких сердец

Дрожащими руками он привел в порядок ее платье.

Не говоря ни слова они вышли из машины. Цокот ее каблучков по гаражному бетонному покрытию гулким эхом отдавался в пустом пространстве.

В лифте они встали у противоположных стен.

Он хотел объясниться. Сказать, что занятия любовью было не лучшим решением для обоих. Что после окончания своей командировки он вернется домой, в Алабаму, чтобы поселиться там навсегда.

Но Джессика ни разу даже не взглянула в его сторону.

Они подошли к двери ее квартиры, и она нервно завертела ключом в замке. Адам бросился ей помочь, но дверь уже поддалась и открылась. Джессика обернулась и взглянула, наконец, на своего спутника.

— Прости, Тейлор, не знаю, что на меня нашло.

— Джесс… — Он сделал попытку обнять ее, но она быстро отпрянула.

— Нам не надо больше видеться, — вымолвила Джесс.

Такого ответа и следовало ожидать, но вот ощутимая боль в области сердца была непредвиденной.

— Это будет проблематично, на работе мы видимся каждый день.

— Будем общаться только в рамках служебных обязанностей. Это будет нетрудно, — сказала она.

— Как насчет непродолжительного испытательного срока в десять дней, в течение которого постараемся как можно реже общаться? — предложил он.

Она поправила рукой волосы, и Адам представил, как эти шелковые пряди ласкают его пальцы.

— Звучит по-деловому. Десять дней. И это очередное пари.

— Что ты хочешь сказать?

— Легче будет пережить следующие десять дней, если мы заключим пари. Появляется дополнительный стимул, поверь мне на слово. — Угроза поражения, чего она не переносила, казалась единственным средством решения этой трудной задачи. — Давай только еще раз уточним основные правила.

Какие правила?

— Игра без правил.

— Правила есть везде, писаные или неписаные.

Десять дней. Полное перевоплощение, новые роли.

Интриги, провокации допускаются.

Во рту у него пересохло.

— Провокации недопустимы. Это же период охлаждения, — произнес он, стараясь понять, зачем ему вообще все это понадобилось.

— Не согласна, тогда не надо спорить, — решительно ответила Джессика.

Адама, словно на огне поджаривали. Стой на своем, Тейлор, помни о заветной цели. Цель оправдывает средства.

— Хорошо. Отсчет будем вести с сегодняшнего дня или завтрашнего?

— Уравновесим силы. Считать будем с завтрашнего дня.

Адам собрался уходить и быстро ехать домой, чтобы принять холодный душ. Он почти дошел до лифта, когда снова услышал ее голос.

— Адам, какая ставка? Что получает победитель? прокричала она, выйдя в коридор.

Голова у Адама плыла, как в тумане, он все еще пребывал в мыслях о возможных провокациях и подстрекательстве.

— Ставка?

— На что будем спорить?

Он пригладил волосы и сжал в руке ключи.

— Пусть победитель сам выберет.

Она прислонилась к двери, скрестив длинные, стройные ноги.

— Выбор ничем не ограничен?

Адам нажал на кнопку вызова лифта. Пора было спускаться с ее этажа вниз. Каждое движение давалось с трудом.

— Ограничений не будет, — прошептал он себе под нос. О господи!

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Мики оторвалась от кружки с пивом.

— Я думала, что твое свидание будет бурным и продолжительным.

Джессика опустилась на стул у стойки бара, присоединившись к подругам.

— Оно таким и было.

— Для удачного свидания ты слишком рано возвращаешься домой. Прости за правду, Джесс, вступила в разговор Кассандра.

Объективной сегодня Джессика быть не могла, ее выжали, как лимон. Она взяла кружку Кассандры и отхлебнула пива. Стало легче, но ненамного.

— Эй!

— Прости, жажда замучила, — улыбнулась Джессика, взглянув на подругу. — Свидание было замечательным, превосходным.

— И кто же этот таинственный незнакомец? Кассандра элегантно подняла холеную бровь.

На нее смотрели три пары любопытных глаз.

Джессика не была готова к признанию, что ее спутником был Адам.

— Парень, которого я случайно встретила в поезде.

Мики неодобрительно покачала головой.

— Джессика, ну нельзя же знакомиться с первым встречным, а потом давать ему адрес. Могут обокрасть квартиру, убить тебя, расчленить на кусочки и разбросать останки бог знает где.

— Продолжение, надеюсь, последует? — спросила Бет, подпирая рукой подбородок.

— Возможно.

Мики таинственно молчала, в ее взгляде читалось — «не-верю-ни-единому-твоему-слову».

— Куда вы ходили ужинать? — спросила Бет. Обычная закусочная или что-то софистикатное, в европейском стиле? Мне лично нравится новый ресторанчик на Сент-Клер. Я знакома с тамошним шеф-поваром. Он на все руки мастер. Жена моего брата использует его в качестве сантехника. Он чинит ей трубы.

— И при этом он еще шеф-повар ресторана?

— Да.

Мики резко отставила пивную кружку, настороена она была чрезвычайно решительно.

— Бет, ты должна выйти за него замуж.

Бет равнодушно покачала головой.

— Не получится, он играет не на моей части поля, если ты, конечно, понимаешь, что я имею в виду. Нет, я не ханжа и ничего против не имею.

Джесс тяжело вздохнула — все приличные мужики или голубые, или разведенные. Или беспощадные тираны, как Тейлор-Палач.

— Мир вокруг нас жесток, девочки, — сказала она.

Интересно, может ли Адам готовить на уровне шеф-повара или чинить прохудившиеся трубы?

— Я перешла на новую работу, — заявила Бет.

— Шутить изволишь? И куда же?

— В кофейню «Старбакс».

— Ты зарабатываешь на жизнь приготовлением кофе? — поинтересовалась Кассандра.

— Да. По крайней мере, в настоящий момент.

Мне надо прочно встать на ноги, не рассчитывая ни на чью помощь.

Джессика не стала уточнять, что Бет никогда и одной ногой на грешной земле не стояла, не то что на двух.

— Это здорово, — произнесла она вслух. — Теперь мы сможем изводить тебя непосредственно на твоем рабочем месте.

Бет поднялась.

— Мне надо идти. Должна завтра открыть заведение в половине пятого.

— Утра? — взвизгнула Кассандра. Она была профессиональным ювелиром, а если точнее, огранщиком бриллиантов и не появлялась на работе раньше десяти.

— Да, это очень рано. Но придется смириться с трудностями.

Бет медленно направилась к выходу, впервые за все время их знакомства в ее походке появилось что-то похожее на уверенность.

— Прошу прощения, подруги, но мне тоже пора в путь. Мужчина моей мечты, должно быть, заждался, — произнесла Кассандра, посматривая в сторону молодого человека в противоположном конце бара.