Марси Бэннет - Негасимое пламя

– Ну а вы-то сами неужели никогда не бываете жестоким? – спросила она.

– Надеюсь, что мне это мало свойственно. Во всяком случае, я стараюсь не быть жестоким. – Алан мог бы многое ей порассказать о своей жизни, в которой было немало встреч и с людской жестокостью, и с подлостью, и с предательством. Но сегодня ему этого совсем не хотелось.

Внезапно Дейдри быстро осушила бокал и встала. Настроение ее явно изменилось.

– Надеюсь, вы пригласите меня пообедать? Я просто умираю от голода, – в лоб спросила она.

Алан с удовольствием остался бы пообедать здесь, но немедленно ответил:

– Конечно!

– Тогда я пойду переоденусь. Чувствуйте себя как дома.

– Вы собираетесь надеть то самое красное платье?

При этих словах Дейдри, задержавшись в проеме двери, обернулась и посмотрела на него. На губах ее опять заиграла улыбка Моны Лизы. Она отрицательно покачала головой.

– Нет, я оставляю его для особенных случаев.

В ее словах прозвучало неясное обещание чего-то в будущем. Но чего? Голос ее звучал еще соблазнительнее, чем прежде. По телу Алана пробежала сладостная дрожь предчувствия. Он подумал, что никогда еще ему не доводилось встречать такой по-настоящему роковой женщины.

Для него было очень странным, что Дейдри – такая красивая, яркая, без сомнения, умная – связалась с феминистками и политическими радикалами. Обычно те женщины, которые там подвизаются, не блещут внешними достоинствами и не особенно умны – только дьявольски агрессивны и истеричны. Таких, как Дейдри, среди них практически не было. Что же ее привело к подобным убеждениям? Понять этого Алан не мог.

Злясь на себя за неумение справиться с чувствами, Алан ждал, пока она закончит переодеваться. Ему пришлось подавить в себе желание потихоньку пробраться в ее кабинет и еще раз просмотреть досье с именами сильных мира сего, подозреваемых ею в сексуальной эксплуатации женщин. А может быть, для этого ему не надо было идти так далеко? Дело в том, что Дейдри, войдя в квартиру, бросила на пол кейс с бумагами, которые она брала с собой на работу. Может быть, то, что ему нужно, было как раз в этом кейсе? Не удержавшись, Алан поднял кейс, но оказалось, что он заперт на шифрованный замок.

Пришлось осторожно положить его на прежнее место. Тогда он вновь наполнил свой бокал и потягивал вино, бездумно глядя в окно. Дейдри все еще не было. Он уже начал волноваться. Но оказалось, что ждал он так долго не напрасно. Дейдри появилась перед ним во всем своем великолепии. На ней было бледно-зеленое платье, плечи и руки оставались открытыми, зато бедра были плотно обтянуты. Волосы огненным потоком падали на плечи, именно так, как ему нравилось. У Алана перехватило дыхание от восхищения. Но тут Дейдри заговорила.

– Надеюсь, что у вас такой нетерпеливый вид, потому что вы горите благородным желанием спасти девушку от голодной смерти?

Он несколько смущенно улыбнулся. Позволит ли она когда-нибудь ему высказать все, что он о ней думает? Алан спросил:

– Мы пойдем или поедем? Я не очень хорошо знаю расположение улиц в этом районе.

– Как вы относитесь к китайской кухне? Здесь есть одно неплохое заведение. До него буквально рукой подать.

– Что же, пойдем.

Дейдри взяла свою сумку, и они отправились в ресторан. До него оказалось вовсе не так близко, как она уверяла, и Алан невольно подумал, что Дейдри наверняка бывала в соседних с ее домом ресторанчиках со своим прежним дружком, – поэтому и решила повести его в заведение, где ее никто не знает. Хорошо бы узнать об этом…

Но Дейдри совсем не была расположена рассказывать всю свою подноготную. Усевшись за столик, она с ходу спросила, не смотрел ли он случайно на этой неделе получасовую передачу, в которой рассказывалось о художниках, иллюстрирующих журналы и книги, и моделях, работающих с ними.

Алан отрицательно покачал головой. Передачи он не видел. Потом поинтересовался, не она ли ее автор. Дейдри рассказала, что она участвовала в создании передачи, хотя идея и принадлежала другому человеку. А она провела необходимые исследования. Голос девушки, когда она об этом говорила, звучал удовлетворенно.

– Кстати, у меня дома есть текст этой программы. Если у вас будет на то желание, я могу вам его показать.

Ага, значит, она допускает, что мы возвратимся к ней вдвоем, подумал Алан. Ему пришлось уткнуться в меню, чтобы Дейдри не заметила радостного блеска его глаз. Раз она хочет, чтобы они вернулись к ней домой вместе, то… то она готова и на все остальное. Она желает его так же, как он – ее.

Алан дотянулся до руки Дейдри, и она не отнимала ее у него до того момента, как появился официант с бутылкой вина.

– Как называется компания, в которой вы работаете?

Дейдри назвала и заметила, что он вряд ли о ней слышал. Потом она перечислила не которые передачи, снятые компанией, и спросила, не видал ли он что-либо из них. Кивнув, он подтвердил, что видел большинство этих программ. Тогда Дейдри с откровенной радостью и самодовольством похвасталась, что участвовала в их подготовке.

– Рад это слышать, – искренне сказал Алан. – Эти программы не скоро забудешь.

Дейдри засмеялась и покраснела от удовольствия, и Алан с удивлением понял, что заставить ее радоваться очень просто, – надо только похвалить дело ее рук. Она оставалась равнодушной к комплиментам, касавшимся ее внешности, макияжа или одежды, но расцветала, если речь шла о ее работе.

И он попросил Дейдри рассказать о ее компании, поинтересовался, как она начинала, получила ли журналистское образование. По лицу девушки пробежала легкая тень.

– Нет, специального образования у меня нет. Я работала в офисе и придумала темы нескольких передач. Предложила свои идеи в несколько компаний. Они были приняты. Получился целый портфель задумок. В это время организовалась как раз та компания, в которой я работаю. Они меня приняли сразу после собеседования. Наш босс поддержал мои идеи и после короткого испытательного срока взял в штат.

Алан легко мог себе представить все эти собеседования и несчастных мужчин, которым надо было говорить с Дейдри о деле. Наверное, тем женщинам, у которых она брала интервью, было несравненно проще.

– Как давно вы начинали?

– Три года назад.

– Вы хотели стать штатным сотрудником или предпочитали остаться свободным художником?

– Я, конечно, не хотела в штат, но только до того момента, пока не попала в свою нынешнюю компанию, где мне предложили постоянное место. Быть свободным художником очень заманчиво, но, увы, и весьма рискованно – можешь плотно сесть на мель. А платить за квартиру надо каждый месяц. – Дейдри весело улыбнулась.