Дженнифер Стилл - Под счастливой звездой

— Кесси, мне почти тебя жаль, — прошептал Фил, который подошел якобы поинтересоваться ее самочувствием, — но ведь ты сама виновата. Нельзя расслабляться, когда рядом находится мой брат.

— Я считала, что мы вышли из того дурацкого возраста, когда так любили пакостить друг другу при каждом удобном случае. — Внутри у нее все кипело от ярости. — Твой братец Трейс — чокнутый. Ему пора обратиться к психиатру, если он по какой-то причине до сих пор этого не сделал.

— Да ладно тебе. Он же просто пошутил. — Фил искренне не понимал, почему она так злится.

— По-твоему, это смешно? — спросила Кесси, дергая себя за воротник блузки, которая была ей великовата. — Я приехала сюда, чтобы угодить моей матери, хотя с большим удовольствием осталась бы дома. Я почти не спала уже больше суток, а те несколько часов, которые я провела в постели, пролетели как одна минута. Да и то даже во сне меня не оставляли мысли о моих пациентах. И когда я наконец уснула, лежа на траве, рассчитывая на отдых, Трейс решил «пошутить». В итоге я поеду домой в чужой одежде, с мокрыми волосами, злая, с головной болью. Чем, интересно, я это заслужила? Тем, что спасаю каждый день жизни? Мне тридцать лет, Фил! Я взрослая, самостоятельная женщина. Я много лет работала без сна и отдыха, чтобы стать врачом. И я им стала! Меня уважают все мои коллеги! А твой братец палец о палец не ударил. Он только и делает, что катается на своей яхте! Он не понимает, что такое вкалывать двадцать четыре часа в сутки. И все, на что у него хватает ума, — глупо пошутить над человеком, который умирает от усталости!

Кесси замолчала, чтобы перевести дух. Фил пристыженно смотрел на нее. Кажется, до него дошло, из-за чего она сердится.

— Ты права. Трейс поступил глупо. И мне уже совсем не смешно. Я заставлю его перед тобой извиниться.

— Вот уж не надо! Он вовсе не чувствует себя виноватым. Да ты только посмотри на него. Вон он, стоит рядом с моими родителями. Мама наверняка рассыпается в благодарностях. Еще бы: Трейс «спас» меня! То, что они так легко поверили в его ложь, говорит о том, что Трейс для них — чуть ли не святой. Не понимаю, почему все от него в таком восторге. Мне иногда кажется, что, даже если он прилюдно зверски убьет человека, присутствующие при этом начнут аплодировать и просить повторить убийство на бис.

— Кесси, мне, правда, очень жаль… — Видно было, что Фил по-настоящему расстроился.

Кесси посмотрела на него, вспомнила о лейкемии и смягчилась.

— Твоему братцу давно пора повзрослеть, — уже спокойнее сказала она. — Тебе всего двадцать пять, но ты гораздо умнее его. Это Трейс должен брать с тебя пример, а не наоборот.

Кесси подхватила свою сумочку, запихнула в нее свой мокрый сарафан и направилась к воротам. Никто, кроме Фила, не заметил ее ухода, но она только поблагодарила Бога за это.

Никогда больше сюда не приеду, поклялась Кесси. Да простит меня Лора, но, пока в этом доме живет Трейс, я не могу чувствовать себя здесь в безопасности.

3

У Кесси был новый пациент. Когда она увидела историю его болезни, а потом взглянула на него самого, то долго не решалась войти к нему в палату. Пациента звали Патрик Фишер. Он был молод и красив. И у него обнаружили лейкемию.

— Что с тобой? — спросила Вэнди, заметив, что подруга стоит у стеклянной двери, украдкой наблюдая за пациентом.

Кесси глубоко вздохнула и произнесла:

— Помнишь Фила Стирлинга, брата Трейса?

— Обаятельного брюнета, с которым мы однажды пересеклись в баре?

— Да.

— Конечно, помню. — Вэнди расцвела в улыбке. — Его невозможно забыть. Он такой жизнерадостный, такой настоящий…

— У него лейкоз.

— О… — Вэнди погрустнела. — Как жаль. И каков прогноз?

— Благоприятный, но ты же знаешь, насколько коварна эта болезнь. Нельзя предугадать, чем все это кончится.

— Нужно надеяться на лучшее.

Кесси чуть заметно улыбнулась.

— Да, именно так.

— А что с этим пациентом? — Вэнди кивнула на русоволосого красавца, лежащего в постели.

— То же, что и с Филом.

— Вот оно что, — понимающе кивнула Вэнди.

— Дело в том, что у Патрика хроническая лейкемия. Мы обнаружили ее слишком поздно. Чудо возможно, но… Наш онколог говорит, что ремиссия в подобных случаях наступает лишь в двадцати пяти процентах случаев.

— Что, если он попадет в эти двадцать пять процентов? — ободряюще улыбнулась Вэнди. — Я прекрасно понимаю, что ты сравниваешь его с Филом и теперь выпрыгнешь из собственного тела, лишь бы вылечить Патрика, ибо в противном случае будешь воспринимать его смерть как личную неудачу… Но Кесси, Патрик и Фил — разные люди. Сосредоточься на своем пациенте и не думай ни о чем другом. Только так ты сможешь контролировать свои эмоции и оценивать ситуацию беспристрастно.

— Точно. Я так и поступлю. Спасибо, Вэнди, — сказала Кесси и вошла в палату.

— Доктор Уинтерз, — увидев ее, Патрик заулыбался. — Давненько мы с вами не встречались.

— С тех пор как вы подхватили воспаление легких в прошлом году. — Кесси тоже заставила себя улыбнуться.

— Да, кто бы мог подумать, что я вернусь сюда с роковым диагнозом.

— Давайте не будем драматизировать. — Кесси заботливо поправила ему подушки. — Лейкемия лечится.

Патрик невесело усмехнулся.

— Вы обязаны поддерживать в пациентах веру в лучшее, потому и пытаетесь меня приободрить.

— А ну-ка, прекратите ныть! — строго приказала она. — Выше нос!

— Слушаюсь, док! — Он рассмеялся.

— Наш онколог скоро подойдет к вам и расскажет о предстоящем лечении. А пока давайте поговорим о чем-нибудь более приятном. — Кесси подмигнула ему. — Я отлично помню, что в прошлом году вас навещала симпатичная блондинка и что вы целовались с ней всякий раз, когда я отворачивалась. Так где же она? Почему не сидит у вашей постели?

— О, мы расстались.

— Простите, Патрик, — смутилась Кесси. — Я разбередила старую рану?

— Нет, не берите в голову, — равнодушно сказал он. — Люди встречаются, влюбляются, расстаются… Вечный круговорот. Как жизнь и смерть.

— Ну вот, опять вы заговорили о смерти.

— Да это я так, к слову пришлось. — Он внимательно посмотрел на нее. — Ну а вы, доктор Уинтерз, вышли замуж?

— Я все еще в поиске идеального мужчины. — Она подняла левую руку и растопырила пальцы, чтобы Патрик мог убедиться, что обручального кольца нет.

— Это обнадеживает.

— Вы заигрываете со мной, мистер Фишер? — кокетливо спросила она.

— Честно говоря, да. Я от вас без ума, доктор Уинтерз.

— Тогда вы просто обязаны выздороветь поскорее. Как только вы перестанете быть моим пациентом, я соглашусь сходить с вами на свидание.