Линда Холл - Пламя свечи

— Детка, мы обязательно должны с тобой встретиться. Ты просто обязана рассказать мне о марокканских аборигенах! — Затем, понизив голос до интимного шепота, произнесла: — Ну, не буду нарушать ваш милый тет-а-тет, оставайтесь с миром, дети мои!

Она подмигнула двумя глазами сразу и понеслась искать себе новую жертву, горя желанием поведать свежеиспеченную сплетню про эту парочку. На полном ходу она обернулась и крикнула:

— На этот раз не позволяй ей от себя ускользнуть!

— Это совсем не то, что вы подумали, — попыталась протестовать Натали, хотя понимала, что ее доводы совершенно бесполезны и ничего не изменят.

Она посмотрела на Жан-Люка. Тот, к ее удивлению, не был разозлен или разочарован. Он давился от смеха.

— Ты забыла эту милую даму? Ей не нужна правда, ей нужна сенсация. А потом, она так романтична!

— Старая карга, — проворчала Натали. — Уверяю тебя, она не замедлит все так приукрасить, что ты, как честный человек, будешь просто обязан на мне жениться.

Жан-Люк хмыкнул, и девушка поняла, что ляпнула невероятную глупость.

— Ты хочешь сказать, она сообщит всему свету, будто у нас роман? Ну и что? Не волнуйся, к ее словам никто серьезно не относится.

— А ты не боишься, что это будет крайне неприятно твоей Соланж. Не думаю, что она придет в восторг, когда увидит, как мы тут с тобой мило болтаем без нее. — Натали хотелось зацепить Жан-Люка.

На какое-то мгновение он нахмурился, потом ехидно улыбнулся.

— В таком многолюдном месте? Соланж не идиотка.

Он, видимо, имел в виду, что сама Натали полная дура, раз ей в голову приходят столь нелепые идеи.

— Ты ведь не женщина, — парировала она.

— Надо же какое точное наблюдение!

— А что, я не права?

— Что я не женщина?

— Прекрати, ты прекрасно понимаешь, о чем речь. Тебе не знакома женская психология, и ты не способен понять, что твоей Соланж может прийти в голову. Я думаю сейчас о ней.

— Надо же. И что же ты о ней думаешь?

— Что она очень хорошенькая, — ответила Натали.

Какой смысл объяснять ему, что Соланж напряглась, как только увидела ее на свадьбе. Она всем видом показывала Натали, что Жан-Люк ее мужчина, и она готова за него бороться. Только слепой или совсем глупый не понял бы этого.

— Вы давно с ней знакомы? — спросила Натали как можно небрежнее.

— Примерно полгода. Она занимается дизайном. Мы познакомились, когда переоборудовали офис. А почему тебя это так интересует?

— Меня это совершенно не интересует, — спохватилась Натали. — Просто я пытаюсь поддерживать нейтральный разговор.

— Довольно безуспешно, тебе не кажется?

— Твоими стараниями.

Жан-Люк помолчал, потом сказал:

— Я все время забываю, что для тебя все это прошло гораздо легче. Тебе не пришлось иметь дело с последствиями твоего решения. Я один стал объектом пристального внимания окружающих, и длился этот кошмар не один месяц.

Да уж! В отличие от нее Жан-Люк не мог никуда сбежать. Его держал здесь бизнес, здоровье отца и гордость.

— Я уверена, что над тобой никто не издевался, — пыталась защититься Натали.

— Нет, конечно же нет! Меня все жалели, — горько заметил он. — Кроме тех, кто пришел к выводу, что накануне свадьбы ты застукала меня с другой или же я избил тебя до полусмерти.

— О, нет! — воскликнула Натали.

— Все обстояло именно так, как я говорю. Люди пытались объяснить себе, почему очаровательная девушка сбежала из-под венца, покинув самого привлекательного мужчину в Париже. Надо было придумать ей какое-то оправдание. Впрочем, я недалеко ушел от них. Я ведь решил, что у тебя есть другой, и ты после мук совести предпочла его.

— Ты с ума сошел! Этого и в помине не было.

— А что же тогда было? — жестко спросил Жан-Люк.

— Я же объяснила тебе, что была слишком молода.

— А когда я предложил тебе стать моей женой, ты что — не была слишком молода?

Она понимала, что он имеет право знать правду, поэтому собралась с духом и выпалила:

— Мне не нравится такой тип брака.

Жан-Люк даже приоткрыл рот от удивления.

— Что?..

Но она не успела ничего сказать. В этот момент подошел владелец галереи и сказал, что Жан-Люку звонит женщина.

— Соланж, — пробормотал Жан-Люк и растворился в толпе.

Натали вздохнула с облегчением и решила, что с нее довольно. Она тихонечко двинулась к выходу, чтобы не особо привлекать к себе внимание.

Оказавшись снаружи, она увидела, что уже спустились сумерки. Масляно горели фонари, веял неприятный сырой ветер, а такси словно испарились. Натали зябко поежилась. Честно говоря, надо было вызвать машину по телефону, но возвращаться не хотелось. Вдруг возле нее затормозила машина, и она услышала голос, который предпочитала бы не слышать в ближайшее время.

— Садись, я отвезу тебя домой.

— Спасибо, Жан-Люк, но я подожду такси, — как можно спокойнее ответила она.

— Такси в пятницу вечером? Ты можешь простоять здесь много лет. К тому же это не самый безопасный район.

— Как-нибудь справлюсь…

— Не говори глупости. Или ты сейчас же сядешь в машину, или я буду стоять рядом и продолжать отравлять тебе жизнь, — произнес он решительно.

Натали поняла, что спорить бесполезно. Да и не очень-то ей хотелось дрожать на этом противном ветру. Она забралась на сиденье и захлопнула дверцу.

— Спасибо, конечно, но это лишнее. Здесь полно народу, ничего со мной не случится.

— Зато со мной случится, если я буду думать о том, как ты стоишь здесь одна среди незнакомых мужчин.

— Спасибо! Ты настоящий друг. Или ты так заботлив со всеми одинокими женщинами?

Этого не стоило говорить, в конце концов Жан-Люк ведет себя более чем достойно. Но она не могла никак найти верный тон в общении с ним.

— Я полагаю, ты едешь домой? — спросил Жан-Люк.

— Да. А ты должен вернуться? Соланж осталась тебя дожидаться?

Жан-Люк бросил на нее косой взгляд, лавируя в потоке машин.

— Свидание не состоялось. Она не сможет прийти.

Некоторое время они ехали молча. Натали украдкой разглядывала его суровый профиль и выгнутую бровь. Он явно расстроен, думала она. Скорее всего они с Соланж живут отдельно, и он не уверен, что увидит ее позже.

Пытаясь разрядить тягостную атмосферу, заполнявшую салон машины, Натали спросила:

— Тебе понравилась выставка?

— Бог с ней, с выставкой, — усмехнулся он, — есть гораздо более интересная тема. Что ты имела в виду, когда сделала интригующее заявление перед тем, как нас прервали?

— Какое заявление? — Натали сделала изумленное лицо.