ВСТРЕЧкА - Олег Механик

— Нет, это всё ты…ты моя красотка. Не представляю, чтобы я без тебя делал.

— Без меня ты бы и не попал в такую ситуацию.

— В том то и дело! С появлением тебя моя жизнь стала цветной, горячей. Будто дамбу с фантой прорвало…понимаешь? И всё это: погони, экстремальные треки — это так здорово. Ты…ты будто знаешь…чего мне не хватало все эти годы.

— Ну ладно петь мне дифирамбы. Ты тут тоже участвовал. Рулил и на газ давил ты, я лишь штурман, который без опытного пилота ничто!

— Нет и всё таки, главный здесь штурман! — Стас вдруг схватил себя за бороду, будто хотел выдрать её с корнем. — Я понял, чего мне не хватало. Штурмана! Лика, скажи, какие силы тебя прислали ко мне?

— Ты опять пытаешься залезть в дебри. Потерпи и скоро сам всё узнаешь.

— Но я хочу сейчас…я хочу понять кто ты и откуда. Мне не хочется верить, что всё это просто искусственный интеллект…

— Просто интеллект? Ха-ха-ха — как же ты его недооцениваешь. И почему не хочешь? Тебе что нужно что-то сверхъестественное? Наверное если бы ты узнал, что эту машину зарядил какой-нибудь якутский шаман, или наделил душой буддистский лама, ты бы обрадовался больше.

— В том то и дело. В интеллекте нет души, а у тебя она присутствует!

— С чего ты взял?

— Я это чувствую. Пожалуйста…не пытайся меня переубедить! — Стас в который раз за сутки сложил ладони в лодочку.

— Тебя не поймёшь…то ты просишь меня всё рассказать, то умоляешь не пытаться этого делать. Определись что тебе важно, первое, или второе?

— Да чёрт с ней с истиной! — пьяно махнул рукой Стас. — мне не важно, что скрывается под этой пластиковой обшивкой, важно то, что оно есть, и то, что это «что-то» мне очень нравится. Знаешь, что самое важное для меня сейчас? Не потерять тебя.

— Для этого нужно лишь хорошо себя вести. Только и всего!

— Обязуюсь быть паинькой! — Стас в сотый раз сделал умоляющий жест.

— Ненавижу паинек.

— Ну тогда буду раздолбаем…

— Раздолбаев тем паче!

— А кем тогда быть? — Стас болтал воткнутым в ухо пальцем, будто туда попала вода.

— Будь собой! Поверь, ты прекрасен тогда, когда не играешь в крутого, паиньку или раздолбая, когда ты не пытаешься блеснуть интеллектом, а говоришь то, что думаешь. Ты прекрасен когда возвращаешься к базовым установкам…

— К каким?

— К тем, которыми тебя наделила мать природа и которые ты со временем похоронил, забросав привычками, стереотипами и желанием понравиться другим. Ну да ладно…Пора заканчивать программу «Час с психологом» и выдвигаться домой. Кордон с трассы уже сняли, поэтому, полетим с ветерком.

7

Домой приехали уже под вечер. Дорога была весёлой и залихватски быстрой. Весь путь сопровождался любимыми треками и даже песнями в исполнении самого водителя. Лике только и нужно было поставить правильную минусовку, чтобы её тут же подхватил Стас. Оказалось что у него весьма приятный баритон и хороший слух, так что, ему, вполне себе, можно выступать на большой сцене. Это, само собой, был комплимент от Лики.

По пути они подзаправились: Лика премиальным бензином, а Стас кофе и хот-догом, так что, в родной город прибыли бодрыми и сытыми.

— Куда рванём? — спросил Стас, когда на правой обочине мелькнули знакомые, высеченные в граните, буквы.

— Думаю…тебе нужно домой…

— Домой? Зачем…я не хочу…

— Во-первых: тебе нужно принять душ и выспаться, ведь завтра на работу…

— На работу?! — удивился Стас.

— По-моему, кто-то забыл, для чего покупал машину, не имея водительских прав. И потом, этот «кто-то», отнюдь не олигарх, и денежных средств у него осталось на то, чтобы один раз хорошо заправиться. Не забывай…я кушаю только премиальный.

— Ну да…а что же во-вторых?

— А во-вторых — нужно показаться жене. Зачем причинять ей лишнее беспокойство…

— Да она…

— Поверь — так будет лучше!

— Я не хочу туда идти…не хочу оставлять тебя одну…не хочу расставаться… — бурчал Стас, глаза которого предательски заблестели.

— Разлука является неотъемлемой частью любого романа. Без неё ты не почувствуешь насколько соскучился.

В этот момент Стаса осенило. Точно, это же самый настоящий роман. Всё точно так же, как в те времена, когда он взбудораженный очередным любовным переживанием, не мог найти себе места и думал только об одном — о ней. Сейчас всё тоже самое, с той лишь разницей, что объект, вызывающий эти переживания, неосязаем и невидим. Но от этого он не становится менее желанным. Как раз, в этой неосязаемости и кроется главная интрига, то, что позволит медленно, штрих за штрихом вырисовывать в сознании идеальный образ. Сначала Лика представлялась ему один-в-один похожей на его бывшую пассию, но стоило провести несколько часов в её обществе, и образ претерпел существенные изменения. Лика не была брюнеткой и её волосы не были пострижены в каре. Они были каштановыми длинными и спадали на спину шикарным золотистым хвостом. Глаза из зелёных трансформировались в карие, надутые губы — в натуральные с идеальным (в форме сердечка) изгибом. Этот образ не походил ни на одну из его бывших подружек, или знакомых, в нём не было черт любимых актрис. Он был аутентичен и очень чётко стоял в глазах.

Они припарковались на стоянке возле дома. Стас заглушил двигатель и нежно поглаживал панель, едва касаясь её кончиками пальцев. Лика молчала.

— Не понимаю…зачем? — с мучительным надрывом простонал он.

— Так надо!

***

Стук входной двери никак не потревожил домашнюю атмосферу. В зале продолжал орать телевизор, и никто не спешил встречать запропастившегося мужа. Стас немного постоял в прихожей, переминаясь с пятки на мысок, затем, не снимая ботинок, прошёл на кухню. Там всё было идеально. Итальянский кафель отливал первозданным блеском, нетронутая полироль конфорки отражала свет ламп, приветливо урчал холодильник. По чистоте и абсолютному отсутствию запахов, это помещение, скорее всего, походило на операционную. Стас открыл холодильник, чуть прищурил глаза от ослепляющей белизны, которую нарушала лишь вскрытая упаковка пива. Взяв одну банку и тяжело вздохнув, Стас затворил дверь бесполезного холодильника. Он открыл банку, подошёл к окну и стал вглядываться в голубые сумерки. Она одиноко стояла, зажатая пухлыми боками Фольцвагена и Крузака и не подавала признаков жизни. А какую жизнь можно разглядеть в куске железа? Но это в любом другом, только не в том, одиноко сгорбившемся кусочке. Стасу показалось, что от его машины исходит сияние, будто из десятка других, стоящих на парковке, только на неё падает свет огромной луны.

— Ну и чё это ты прямо в своих говнодавах на кухню впёрся? — послышался за