Дейзи Томпсон - Скажи мне «люблю»

Интересно, кто же этот мужчина, который так любезно приютил меня, размышляла я. Он показался мне весьма приятным в общении и привлекательным внешне. Кроме того, его манеры выдавали образованного и хорошо воспитанного человека. Он, без сомнения, нравился женщинам, но вряд ли незнакомец относился к категории дамских угодников.

Судя по предметам, находящимся на столе, можно было предположить, что хозяин этого жилища — писатель. «Писатель, — я широко улыбнулась сама себе, — который не слишком-то любит своих коллег противоположного пола. Или, возможно, он учитель или лектор. Думаю, его имя о чем-нибудь сказало бы мне, но мы еще не успели представиться друг другу».

«Интересно, женат ли он, — подумала я. — Наверное, это его жена переодела меня». Я озабоченно наморщила лоб. Разумеется, женщина настояла на том, чтобы положить меня сюда, к камину. Но эта пижама, в которой я оказалась, явно не из женского гардероба.

Я еще плотнее обернулась одеялом, когда незнакомец вернулся в комнату.

Он подошел к камину и толкнул ногой наполовину обгоревшие поленья. Они упали в глубь камина, и от них поднялся целый фонтан искр. Послышался треск, и снова появились небольшие языки пламени. Затем мужчина наклонился и положил новое полено на раскаленные угли. Постояв немного перед огнем, он оглянулся и со спокойной улыбкой посмотрел на меня.

— Я пытался дозвониться до своей кузины, — медленно проговорил он. — Думаю, если бы сегодня ночью в доме оказалась другая женщина, то всем было бы лучше. — Мужчина пожал плечами.

Он понимал, что складывается не совсем удобная ситуация, и старался как можно мягче и деликатнее мне все это объяснить.

— Я не смог до нее дозвониться. — Он подошел к стулу у камина и сел. — Думаю, что ураган, который сломал дерево у дороги, мог повредить и телеграфные столбы.

— Вы хотите сказать, что телефон не работает?

— Боюсь, что так. Неудобно, правда? — Мужчина наклонился и стал гладить кота. — Придется, по всей видимости, обойтись без сиделки. Но что значат условности для такой эмансипированной женщины, как вы!

— Но… но ведь вы не хотите сказать, что живете здесь совершенно один! — слабо пискнула я.

— Боюсь, что дела обстоят именно так. — Его ответ укрепил меня в моих подозрениях.

Кровь прилила к щекам, и я почувствовала, что краснею от пяток до кончиков ушей.

— Значит, значит, это вы… — Я запнулась и еще плотнее закуталась в одеяло.

— Моя дорогая девочка, скромность — очень похвальное качество для девушки, но всему есть свое время и место. Если бы я не снял с вас мокрую одежду, то сейчас бы вы умирали от пневмонии, и никакой доктор уже не согласился бы колоть вам пенициллин!

Он поднялся со своего места, словно почувствовав, что я очень смущена и хотела бы ненадолго остаться одна.

— Я пойду поставлю чайник. Чашка кофе и яичница с беконом могут сыграть решающую роль на пути к вашему выздоровлению.

Мужчина остановился около двери, и, хотя с кресла мне этого было не видно, я догадалась, что он улыбается.

— Ах да, чуть не забыл. Раз уж мы так близко знакомы, думаю, можно назвать друг другу свои имена. Меня зовут Джонни Армстронг. — Он снова подошел ко мне и протянул квадратную загорелую ладонь.

— А я Дина Ватсон. — Я вытащила руку из-под одеяла и тоже подала ему. Он крепко ее пожал.

— Приятно познакомиться, Дина Ватсон. — В его глазах по-прежнему таилась улыбка. — На самом деле очень приятно!

И опять я ощутила, как сквозь мое тело будто прошел электрический разряд. И я постаралась побыстрее отдернуть свою руку.

Джонни Армстронг бросил взгляд на часы, стоявшие на камине.

— Скоро передадут последние новости. Я включу радио, и вы послушаете их, пока я буду готовить для нас ужин, а потом поделитесь со мной самой интересной информацией.

Когда Джонни покинул комнату, диктор Би-би-си начал читать сводку новостей. Я почти не слушала. Надо признаться, события, случившиеся где-то на другом конце света, мало меня интересовали. Что-то сообщили о беспорядках в Африке, затем рассказали о прибытии в Лондон какой-то кинозвезды, потом последовали новости о разрушительном урагане, промчавшемся по северной части страны. И вдруг я услышала сообщение, которое сперва не привлекло моего внимания. Сухой голос диктора передавал, что в одном из отелей Глазго было найдено тело мужчины, погибшего при загадочных обстоятельствах.

«Труп мужчины, — продолжало вещать радио, — был опознан, и удалось установить личность неизвестного. Им оказался Эван Камерон, сын сэра Дугальда Камерона, владельца судоходной линии Камерон».

Диктор зачитывал сводку новостей дальше, но я больше не услышала ни одного слова. Я не могла поверить своим ушам.

По радио сказали, что Эван мертв. Что он был найден мертвым в отеле в Глазго.

Я задрожала, мои зубы застучали, мне вдруг стало очень холодно под этим толстым одеялом.

Эван мертв! Но как это могло случиться? С ним все было почти в порядке, когда я в последний раз его видела. Разве что выпил немного лишнего. Но молодые и здоровые люди, такие как Эван, не умирают просто так!

Да, диктор сказал что-то еще. Что-то о загадочных обстоятельствах его смерти. Я старалась не думать об этом, но мозг отказывался мне повиноваться. Может, он покончил жизнь самоубийством?

У меня все еще не попадал зуб на зуб, когда в комнату вошел Джонни Армстронг с подносом, уставленным всякими блюдами. Он поставил свою ношу на маленький столик у камина и собрался налить кофе в чашки.

— Какой кофе предпочитаете? Черный, со сливками, с сахаром? — спросил Джонни и повернулся ко мне лицом.

В следующую секунду он поставил кофейник на стол, подошел ко мне и взял мою ледяную руку в свою.

— Что случилось, деточка? Вам нехорошо? — Джонни слегка потер мою руку и потом положил ее под одеяло. — Черт возьми, этот телефон, — нахмурился он. — Я должен был сразу же отправиться за доктором!

Мне следовало сказать ему, что дело совсем в другом. Я не заболела и не пострадала в результате несчастного случая. Но мои зубы стучали так сильно, что я не могла произнести ни звука.

Армстронг подошел к шкафу, налил в бокал еще немного бренди и вернулся с ним ко мне. Так как руки у меня продолжали трястись, он встал на колени рядом со мной и поднес бокал к моим губам. Я сделала несколько глотков и почувствовала, что постепенно перестаю дрожать.

Армстронг с беспокойством за мной наблюдал.

— Я мог бы съездить за доктором Глизоном на машине, но мне страшно оставить вас одну. Но сам я вряд ли чем-то смогу вам помочь.

Ураган с неистовой яростью снова набросился на дом, оконные стекла звенели от барабанной дроби дождя, ветер завывал, как бешеный зверь. Похоже, буря не только не ослабевала, но, наоборот, с каждой минутой становилась все сильней.