Кейт Вудсток - Поцелуй на ночь

Обманчивая медлительность и плавность движений вдруг сменялась вихрем смертоносных ударов по корпусу невидимого противника. Без толчка, без разбега, без малейшего усилия коренастый парень вдруг взмывал в воздух и словно зависал в нем на мгновение. Его тело блестело от пота, но дыхание было ровным, а лицо бесстрастным.

Когда все закончилось, и Хит нагнулся, чтобы подобрать рубашку с земли, Дженна обнаружила, что все это время практически не дышала. В этот момент загадочный мистер Бартон повернулся и внимательно посмотрел прямо ей в глаза.

Конечно, он вряд ли мог ее видеть. Второй этаж, тюлевые занавески… но то, что она стоит и наблюдает за ним, он наверняка понял. Дженна смутилась и немедленно разозлилась. Глупо, ужасно глупо и стыдно. Как завтра смотреть ему в глаза? Что он о ней подумает? Богатая пресыщенная дамочка подглядывает от скуки за мускулистым парнем без рубашки.

А она вовсе не такая, она не дамочка, она всю жизнь работает, и все, чего она добилась, заработано трудом, адским трудом с утра и до вечера, без праздников и нормальных отпусков! Смешно – эта неделя отдыха вообще единственная за последние полтора года! И ту вряд ли удастся провести спокойно, потому что на голову свалился этот дрессировщик со всем зверинцем!

Она яростно выключила свет, яростно содрала с себя халат и уж совсем разъяренно повалилась в кровать. Когда прохладная тонкая простыня окутала разгоряченное – или все-таки замерзшее? – тело, Дженна вдруг с изумлением поняла, что ее аж трясет от возбуждения. Соски затвердели до болезненности, все тело ныло в истоме, и где-то внутри зарождался маленький костер, грозящий перерасти в полноценный пожар…

Она ошеломленно провела ладонями по горящей коже и едва не застонала, с трудом удержавшись от желания начать ласкать саму себя. Такого с ней не бывало уже давно!

Почему она, собственно, так разозлилась на этого Бартона? Почему ее вообще волнует, что именно он о ней подумает? Да он через пару дней исчезнет из ее жизни, исчезнет навсегда, и наплевать, что у него черные горячие глаза и красивые сильные руки…

То, что ей снилось этой ночью, иначе чем порнографией и не назовешь. И участником всех немыслимых и прекрасных сцен был невысокий коренастый парень с горячими глазами и синими разводами татуировки на широкой груди…

Утром, измученная сновидениями, Дженна выползла из дома в тайной надежде, что Хита Бартона на месте не окажется. Он действительно ушел – но вместо логично предполагавшегося облегчения Дженна испытала вдруг едва ли не грусть, а уж точно – сожаление по поводу отсутствия своего незваного квартиранта.

Собаки выкатились ей навстречу, размахивая хвостами и ушами, Джеронимо на бис исполнил серию вертикальных взлетов в воздух и успокоился только тогда, когда Дженна взяла его на руки. Поглаживая жесткие завитки шерсти маленького супертерьера, она подошла к конюшне – и увидела белый лист бумаги, пришпиленный к деревянным воротам.

«Ушел искать квартиру. Собаки накормлены, выгуляны и проинструктированы вам не мешать. Если вам не противно – загляните при случае к Малышу. Он себя неважно чувствует, когда я ухожу из дома. Постараюсь освободить вас, как можно скорее. Х.Б.»

Дженна спустила Джеронимо на землю, сложила листок бумаги и сунула в карман джинсов. Вслух произнесла:

– Дурак! Противно – еще чего!

И решительно распахнула створки ворот.

Малыш поднял черную медвежью башку и посмотрел на Дженну кроткими глазами олененка Бэмби. Дженна присела возле пса на корточки и погладила широкий лоб. Малыш прерывисто вздохнул и опустил морду на вытянутые передние лапы. Дженна осторожно осмотрела пса. Так и есть – хвост и задние лапы были мокрыми, как и подстилка. Дженна встала и беспомощно огляделась. Нельзя же оставлять его вот так – ему наверняка неприятно… Но он огромный, она просто не справится!

Дженна вновь опустилась на корточки и негромко позвала Малыша:

– Эй, красивый пес! Умный пес, замечательный пес. Ты должен мне немного помочь, Малыш. Нам с тобой нужно выйти отсюда и помыться. А потом ты полежишь на солнышке, и мы будем разговаривать. Так тебе будет не скучно, и мы быстрее дождемся твоего хозяина. Согласен?

Малыш приподнял голову и поставил уши торчком. Понимал он явно все, до последнего слова. Дженна решительно встала, сняла со стены ошейник с поводком и осторожно надела его на могучую шею собаки.

Малыш очень старался, но ему было тяжело. И в этот момент из полумрака конюшни вышли другие собаки. Маленькая, лохматая, неопределенной масти собачка смело подошла к огромному Малышу – и лизнула его в нос. Малыш ответил добродушным поскуливанием и энергичным вилянием хвоста. Дженна не верила своим глазам. Мелкая профурсетка нахально повернулась к Малышу тощим задом и пошла к выходу. Через пару шагов она оглянулась через плечо – и взгляд, которым она наградила большого пса, вполне мог принадлежать записной красотке-кинозвезде.

Малыш, не успевший обнюхать подружку, удвоил свои усилия – и встал почти без труда. Дженне оставалось только поддерживать его. Они вышли из конюшни и отправились к водопроводному крану.

Дженна ополоснула Малыша, а заодно и вертевшегося под ногами Джеронимо, потом принесла охапку сухого сена, и Малыш удобно устроился на солнышке. Собаки затеяли веселую возню на лужайке, а Дженна отправилась варить себе кофе.

За день она успела поплавать в бассейне, почитать книгу и позагорать. Во второй половине дня мохнатые обитатели ее дома разбрелись по укромным уголкам – и началась всеобщая сиеста.

Дженна лениво листала какой-то глянцевый журнал и потягивала чай со льдом из высокого бокала. Малыш дремал на сене. Джеронимо сидел напротив пластикового стола и гипнотизировал вазочку с орешками, видимо, надеясь, что рано или поздно та подползет к краю и свалится ему прямо в рот. Иногда Дженна не выдерживала и бросала песику один орешек. Короткий лязг челюстей – и Джеронимо вновь впивался взглядом в упрямую вазочку.

Вдруг он отвернулся, приподнял обрубки ушей и уставился на калитку. Вслед за ним и Малыш поднял голову, а через секунду раздался оглушительный лай еще тринадцати собачьих глоток. Дженна вскочила от неожиданности – и в этот момент калитка распахнулась, и в ней возник Хит Бартон.

Он был в светлых джинсах, белых кроссовках и белой же футболке, выгодно оттенявшей бронзовый загар. Короткие волосы по обыкновению выглядели слегка растрепанными, черные глаза полыхнули из-под удивительных бровей огоньками – и молодой человек тут же присел на корточки, приветствуя своих мохнатых друзей, шумно радующихся возвращению своего хозяина.