Джил Лэндис - Преданно и верно

Он прервал ее:

– Я удивлен, что здесь нет Мэссея. – Бэт нахмурилась.

– Зачем ты говоришь о нем?

Он пожал плечами.

– Мне показалось, что он был не слишком доволен, когда я попросил разрешения встретиться с тобой сегодня.

– Это не его дело, с кем я встречаюсь. – Бэт прошла в комнату.

– Неужели?

Бэт резко повернулась к нему:

– Да, именно так.

Он все еще стоял у двери со шляпой в руке, в расстегнутом пальто, в шерстяном шарфе, не закрывающем шею. Глаза его были ярко-синими, эбонитово-черные волосы зачесаны наверх. Как всегда его кожа была загорелой. Бэт выглядела рядом с ним бледной.

Пересилив себя, она «забыла» об обязанностях хозяйки дома и не предложила Майклу снять пальто и присесть.

– Что ты делаешь здесь, Майкл? Чего ты хочешь? – На самом же деле ей хотелось спросить. «Как ты нашел меня? «

Майкл сжал шляпу в руке с такой силой, что пальцы побелели.

Его голос звучал тихо, и Бэт едва разбирала слова, которые произносил Майкл:

– Я пришел спросить тебя, почему ты уехала из Бостона. Почему ты бросила меня, почему исчезла, не оставив даже записки?

Хотя Бэт ожидала подобных вопросов, она не была готова к такой прямоте и резкости и не могла сказать ему правду.

Его взгляд вынудил Бэт отвести глаза.

– Я жду, – сказал Майкл.

– Не стоит ли нам присесть и поговорить как двум взрослым людям?

Он покачал головой.

– Я не знаю. Стоит ли? Ты хочешь поговорить обо всем?

– Подай мне свою одежду. – Бэт протянула руки и взяла его тяжелое шерстяное пальто, шляпу и шарф. Майкл присел на краешке дивана.

Развешивая вещи, Бэт пробовала придумать правдоподобное объяснение. Когда она взглянула в зеркало, то увидела грустные, тревожные глаза женщины, пытающейся избежать правдивого рассказа.

– Не хочешь ли чашечку коф... – Он вновь нетерпеливо прервал ее:

– Ничего не надо.

Она села в кресло с высокой спинкой напротив него. Это было кресло Стюарта. Но это не придало ей смелости. Бэт вновь встретилась взглядом с Майклом.

– Как ты разыскал меня?

– Во время праздников твой двоюродный брат Рэндэл был проездом в Дэнвере. Я спросил его, где ты. Он ответил, что вряд ли это уже имеет значение после стольких лет. – Майкл попытался расположиться поудобнее, как человек, привычный к более комфортным условиям. – Мне необходимо знать, почему ты исчезла сразу после...

Выражение ее лица, должно быть, остановило его, так как он закончил словами: «после того, что случилось».

– Мои родители узнали о... о моем визите к тебе.

Напряжение Майкла стало заметным.

– Как?

Бэт теребила пальцами юбку, стараясь унять их дрожь.

– Я им сказала, – мягко ответила она.

– Зачем?

Удивляясь тому, как легко ей удается справиться со слезами, Бэт взглянула на мужчину еще раз. Он по-прежнему сидел на краю маленького дивана с таким выражением лица, будто сейчас набросится на нее.

– Мой отец узнал о наших встречах в парке от одной из подруг моей матери, увидевшей нас в день последнего свидания. Отец был в ярости. Он нанял кого-то, чтобы узнать все о тебе и твоей семье.

– Моей семье? – Майкл почувствовал, как у него похолодело в груди. Ему захотелось, чтобы Александр Уэйверли оказался сейчас здесь. – Наверное, он рассказал тебе о моем пьянице-брате, о матери, живущей в нищете, и ты сбежала, как испуганный заяц.

– Обстоятельства не имели для меня никакого значения, ты знаешь это, Майкл. Отец угрожал выдать меня замуж к концу недели, чтобы покончить со слухами. Так что я действительно убежала. К тебе в объятия. Я думала, что если я. если мы... – Она так хотела, чтобы Майкл понял ее. – Я думала, что после нашей близости он ничего не сможет поделать.

– Но ты явно ошиблась.

Бэт встала и направилась к камину. Она поняла, что должна рассказать правду Майклу, пристально наблюдающему за ней.

– Да, я ошиблась. Отец запер меня в комнате. Он нашел человека, который ему задолжал, человека, который мог взять грязный товар в обмен на чистое имя и оплаченные долги. Стюарт Браун был родом из уважаемой бостонской семьи. Он потерял состояние из-за неудачных капиталовложений и трех взрослых сыновей, пустивших все по ветру.

– Взрослые сыновья?

– Стюарту был 51 год, когда мы поженились. Не в состоянии представить себе восемнадцатилетнюю девушку в руках мужчины, который годился ей в дедушки, Майкл встал, прошелся по комнате и выглянул в окно. Пока он стоял, повернувшись спиной, Бэт вновь обрела спокойствие.

– А теперь, когда Стюарта нет в живых, кем тебе приходится Чарльз Мэссей?

– Что именно тебя интересует?

Майкл отошел от окна и подошел ближе.

– Кем он тебе приходится?

Полная негодования, Бэт не выдержала.

– Я рассказала тебе все, что ты хотел знать. Больше я не должна тебе ничего, тем более разъяснять обстоятельства моей личной жизни.

Мгновенно он очутился рядом с ней. Не в состоянии справиться с собой, Майкл схватил Бэт за плечи и прижал к себе.

– Ну? – потребовал он ответа.

Даже его запах был таким знакомым. Рассматривая Майкла, Бэт заметила у его глаз мелкие черточки, оставленные временем. Хотя Майкл крепко сжимал ее своими большими руками, Бэт чувствовала, что он сдерживает свою силу.

– Ты изменился, – прошептала она.

– Если это на самом деле так, то из-за тебя.

Бэт покачала головой и вновь постаралась сдержать слезы.

– Прости, Майкл. Мне было всего лишь 18 лет. У меня не было сил, чтобы избежать этого замужества.

Майкл смотрел в карие глаза, полные слез. Понимая, что она права, что тогда он тоже был беспомощен, Майкл еще больше возненавидел Александра Уэйверли. Он пришел в особняк Уэйверли после тайной встречи с Бэт, но его не впустил слуга, который заявил, что мисс Уэйверли отбыла куда-то утром и в ближайшем будущем ее приезда в Бостон не предвидится.

Теперь он видел, как она пыталась взять себя в руки. Вид ее дрожащих губ, близость ее тела выводили его самого из равновесия.

– Все кончено, Майкл, – неубедительно прошептала Бэт. – Все в прошлом, и об этом пора забыть.

– Неужели? Неужели, Бэт? Неужели ты все забыла? Хочешь уверить меня, что не вспоминаешь наши встречи каждый день? А ты когда-нибудь думала о том, каково мне?

Она дотронулась до шелкового жилета под расстегнутым пиджаком и оттолкнула Майкла:

– Пусти меня.

Он немного раздумывал, выполнить ли ее просьбу Майкл слишком долго ждал этого момента, слишком часто мечтал о нем, чтобы дать ей уйти. Вместо этого он поцеловал Бэт и крепко прижал к себе, чтобы она не смогла вырваться.

В тот момент, когда они поцеловались, Бэт поняла, что у нее нет сил сопротивляться. Вместо этого она прижалась к нему так, как женщина закутывается в шаль в холодный день. Его поцелуй не был нежным. Он выдавал его желание навсегда оставить в памяти этот момент, чтобы ни случилось с ними дальше. Бэт почувствовала, как тает все больше под чарами его поцелуев и ласк, сознавая в глубине души, что ей надо побороть себя, взять в руки и сдержать эмоции. Она собрала все силы и прервала поцелуй.