Дэй Леклер - Влюблен и очень опасен

Впрочем, сейчас он знал, что главная битва между ним и милой владелицей интересующего его ранчо еще впереди и состоится она в постели.

Розалин давно так чудесно не проводила время. Джок удовлетворил все ее прихоти: еда, напитки, теплое море и интересный неторопливый разговор. В конце концов, она вылезла из своего гамака и легла в другой – тот, в котором лежал Джок. Они долго лежали рядом, беседуя и наблюдая за заходом солнца. Небо окрасилось в такие яркие краски, что на глаза Розалин навернулись слезы.

Внезапно она поняла: все это время они говорили только о ней, а о Джоке ей так ничего и не удалось узнать. Устроившись поудобнее в его объятиях, она спросила:

– Ты говорил, у тебя было трудное детство. Может, расскажешь, почему?

Он пожал плечами.

– Я вряд ли сообщу тебе что-то новое. Обо всем уже неоднократно писали в прессе.

– Если не хочешь говорить, не надо. Я, например, нечасто рассказываю о смерти своих родителей и брата. – Розалин с трудом сглотнула.

– Нас с Аной никогда не любили в семье Холлистер, – устало сказал Джок. – Да и мы особо теплых чувств ни к кому, кроме друг друга, не питали.

Розалин нахмурилась.

– В этом не виноваты ни твои родственники, ни ты с сестрой. По-моему, только один человек за все в ответе.

– Ну да. Я отлично понимаю: в моем рождении виноват только мой отец, – язвительно произнес Джок.

– Я не уверена, что кто-либо из вас на самом деле это понимает, иначе вы бы так по-глупому не враждовали, – она провела кончиками пальцев по его обнаженной груди. – Каким был твой отец?

Джок взял руку Розалин, поднес к губам и принялся целовать каждый пальчик.

– Он был… порой довольно милым, порой надменным…

– Кого-то мне это напоминает?

Джок хрипло, отрывисто рассмеялся.

– Ты не первая, кто сравнивает меня с ним. Я, в самом деле, похож на него как две капли воды.

– И тебе это не нравится.

Наступило продолжительное молчание, потом Джок тихо заговорил. В его голосе слышалась боль.

– Я ненавижу то, что мы похожи с ним по духу. Он умер в тюрьме, если ты знаешь. В какой-то момент мне казалось: и я так же закончу свои дни.

Розалин приподнялась на локте и с беспокойством посмотрела на него.

– О чем ты? Почему ты можешь закончить так же, как он?

Джок снова долго молчал, прежде чем заговорить:

– В десятилетнем возрасте я узнал, что мой отец живет на две семьи. Я видел о нем репортаж по телевизору. Он позировал перед камерой, обнимая жену и четырех обожаемых детей.

– А раньше ты не знал? – удивленно спросила Розалин. – Твоя мать скрыла это от тебя?

– Она вошла в комнату в тот момент, когда Маккензи рассказывала репортеру о школе. Мы с Маккензи одногодки, и тогда я не мог понять, как такое возможно. Моя мать выключила телевизор, усадила меня рядом с собой и попыталась все объяснить. Однако что она могла мне сказать? Она была любовницей женатого мужчины, и перспектив стать его законной женой у нее не было. – Джок беспокойно и явно неосознанно провел пальцами по своим волосам. – После этого я спутался с уличной бандой. Нас было шестеро, включая меня: Мик, Джоуи, Питер… и пара других парней. Мы решили организовать свой бизнес.

Розалин покачала головой.

– Какое отношение это имело к твоему отцу?

– Я решил доказать, что могу стать таким же успешным бизнесменом, как и он. Какое-то время я пытался подражать ему, – с трудом произнес он. – Прошло много времени, и я стал его точной копией. Мне было наплевать на все. Я занимался всевозможными махинациями, ни перед чем не останавливался, лишь бы получить желаемое.

Розалин напряглась. Она вспомнила о том, как при первой встрече Джок заявил ей, будто он всегда выигрывает.

– С тех пор многое изменилось?

Он пожал плечами, понимая, что она имеет в виду.

– Многое. Я перестал обманывать людей и подчиняюсь закону. Ты продашь мне свое ранчо только в том случае, если я предложу тебе очень выгодную сделку.

– И почему ты изменился?

– Меня заставила это сделать моя сестра Ана. Я был тогда дерзким двадцатиоднолетним парнем, а она – смешной двенадцатилетней девочкой. Однажды я хвастал перед ней нашими с Миком подвигами, а она разрыдалась. К тому времени стало известно о махинациях моего отца, а также о его любовнице и незаконнорожденных детях. Через год после этого он умер в тюрьме. Ана боялась, что меня арестуют, как нашего отца, а она останется одна.

– А твоя мать?

– Мама к тому времени умерла. В последние годы она совсем утратила тягу к жизни. – Джок потер рукой подбородок. – Ана заставила меня реально посмотреть на себя и свое будущее. В тот день я принял для себя несколько важных решений.

– Каких?

– Я перестал общаться с Миком и остальными парнями, стал заниматься честным бизнесом, вернулся в школу, потом закончил Гарвард, разбогател.

– А как сейчас живет семья твоего отца?

– Мать Маккензи, Мередит, ни в чем не нуждается. Моя мама была из нищей семьи. Отец женился на богатой, а в любовницы взял бедную.

– А его дети заплатили за все его грехи.

– Да. – Джок резко сел, отчего гамак начал раскачиваться. На его лице появилось мучительное выражение. – Я намерен сделать так, чтобы эта проклятая история больше никогда не повторилась.

– И как же ты собираешься реализовать свой план? – со страхом в голосе спросила Розалин.

– Это просто. – Его взгляд стал ледяным. – У меня не будет детей. Я не хочу обрекать их на подобную жизнь.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Когда начало смеркаться, Джок и Розалин собрали свои вещи и вернулись в коттедж. К тому времени воздух наполнился ароматами цветущих растений.

– Я заказал столик на девять вечера в ресторане Амброзия, – сказал Джок. – У тебя есть время, чтобы подготовиться.

Розалин выслушала его предложение и улыбнулась. Приняв душ, она вышла в спальню и увидела лежащую на кровати коробку, на этикетке которой было написано ее имя. Сорвав обертку и открыв коробку, Розалин обнаружила потрясающей красоты вечернее платье.

Черное платье, расшитое бисером, было длинным и легким, как перышко. Оно казалось прозрачным и удерживалось на плечах только с помощью тончайших бретелек.

Розалин встряхнула платье, и на пол упала записка: «Я надеюсь, сегодня вечером ты наденешь это платье, уверен, оно тебе подойдет».

На какое-то мгновение Розалин растерялась, потом снова посмотрела на платье и нахмурилась.

Существовало множество причин, по которым она не могла позволить себе надеть подобный наряд. Слишком дорогой подарок. Она задумчиво провела рукой по ткани платья и покачала головой. Следует вернуть его Джоку, только сначала она его примерит.