Сьюзан Элизабет - Когда позовет судьба

— Хватит пугать парня, Хэнк! Он и так скоро спятит. Не бойся, Бобби, эта дамочка всю ночь провалялась не шелохнувшись, ни дать ни взять — дохлый мул. Думаю, продрыхнет до полудня.

Кристин с трудом удержалась от искушения дрыгнуть ногой, чтобы в один момент свести на нет психотерапию Джека и повергнуть в ужас беднягу Боба.

— Не стоит обольщаться, Джек, — сказал Бобби. — Мой отец говорил, что они ангелы, пока ты начеку. Но отвернись на секунду — и они вывернут тебя наизнанку как высушенную на солнце гадюку. Правда, Хэнк?

— Полностью разделяю твое мнение, Боб.

— Слушайте вы, олухи царя небесного! Женщины хороши только для одной цели, и ни для чего больше. А как только своего добился — руки в ноги и беги без оглядки, — иначе пропал.

Хэнк и Боб дружно заржали, и Кристин демонстративно зашевелилась. Притворяться спящей было уже бессмысленно, ибо они постепенно перешли с шепота на разговор в полный голос.

— Ш-ш-ш-ш, — жалобно пискнул Боб. — Видели? Она просыпается.

— Точно! — пробормотал Хэнк. — Скорее смываемся!

Кристин напряглась. Они что, и в самом деле боятся ее и потому собираются бросить одну в пустыне? Но ведь она натерпелась от них куда больше, чем они от нее: можно сказать, квиты.

Она приоткрыла глаза. Хэнк стоял возле лошади и подтягивал подпругу седла. Джек вытаскивал жестяную банку с жареными бобами из золы вчерашнего костра. А Боб сидел на камне и взирал на Кристин с таким ужасом, словно видел перед собой не женщину, а огромного мохнатого паука.

Она чуть не расхохоталась. Парень явно нуждался в помощи врача, а еще лучше — психоаналитика. Вот только Фрейд явно еще не родился, и психоанализа пока не существует.

— Сколько можно повторять: собирайся! — прикрикнул на Боба Хэнк. — Будешь волынить — оставим тебя с ней.

Боб как ужаленный вскочил с камня и стал на цыпочках пробираться мимо Кристин к своему одеялу. В тот момент, когда он оказался совсем рядом, Кристин сделала молниеносную подсечку и прижала его к земле.

— Итак, вы хотели бросить меня одну на съедение волкам. Так, мальчики? — спросила она с ласковой укоризной.

Хэнк разинул рот от неожиданности, вилка Джека повисла в воздухе, не дойдя до рта, а Бобби проскулил:

— Снимите с меня эту кошку!

— Проклятье! — пробормотал Джек.

— Стыдно, ребята, при одной только мысли о подобном коварстве, — продолжала Кристин тоном ласкового упрека.

— Освободи его, пока он не хлопнулся в обморок, — сказал Джек.

— Ах да, Бобби… Да я ведь пошутила! — Кристин отпустила заломленную руку бедняги, и Боб поднялся с земли.

— Сумасшедшая баба, — злобно проворчал он, отряхиваясь от пыли.

Кристин стала упаковывать походное одеяло.

— И куда же мы направляемся сегодня, мальчики?

Первым заговорил Хэнк:

— Почему бы не отправиться на ярмарку, Джек?

Джек швырнул пустую жестяную банку в сторону леса и пошел к своей лошади:

— На ярмарку? А почему бы и нет? Давай на ярмарку.

Кристин привязала одеяло к седлу Шалуньи. Бандиты взобрались на своих лошадей, и она последовала их примеру.

Они проскакали уже около двух часов, прежде чем взошло солнце. Сосание под ложечкой напоминало Кристин, что ее ужин ограничился горсткой жареных бобов, а завтрака и вовсе не было. Бандиты неожиданно остановили лошадей и начали совещаться.

— И где находится эта ваша ярмарка? — окликнула их Кристин. Ей с самого начала не верилось в праведность их реплик.

— Видите ли, мисс Форд, — сказал Хэнк не оборачиваясь, — для нас ярмарка везде, где есть дорога. Мы обеспечиваем безопасность движения и за это взымаем вполне разумную плату. Те, кто заплатил, спокойно живут себе дальше. Но если кто-то, не дай Бог, упирается… Ясно я объяснил?

От хорошего настроения Кристин не осталось и следа. Итак, они — грабители с большой дороги, нападающие на тех, кто не может защищаться, то есть на самых бедных.

— Как у вас рука подымается отнимать деньги у тружеников? — спросила она возмущенно. — У тех, кто добывает их в поте лица, сам нередко не имея возможности прокормиться?

— Потому и подымается, что мы не хотим вкалывать до седьмого пота и ничего за это не иметь, — осклабился Хэнк.

— Это не оправдание! Особенно если речь идет о детях, которых вы оставили без куска хлеба, о больных матерях, которым нечем заплатить за лечение, об умирающих стариках, у которых вы отняли их похоронные деньги!

— Уж не дожидаетесь ли вы наших извинений, мисс Форд? — съязвил Джек.

— Между прочим, мы ведем себя в нашем якобы бесчестном деле вполне по-джентльменски, — обиженно сказал Боб.

— Святая правда, Бобби! — подхватил Хэнк. — А поскольку оставлять живых свидетелей не в наших правилах, вам, мисс Форд, придется выбирать: либо стать нашим компаньоном, раз уж вы не находите в себе сил покинуть нас, либо наконец уйти — далеко и навсегда.

Хэнк, Бобби и Джек с лицами, обвязанными красными, выцветшими на солнце платками, остановили состав, набитый людьми. Джек держал пассажиров под прицелом и те не смели пошевелиться. Боб собирал деньги и передавал их в окно Хэнку.

Кристин держалась в нескольких ярдах поодаль, не желая быть соучастницей преступления. Помедлив, она круто развернула коня и поскакала к поезду. Все как один обернулись к ней. Машинист паровоза — мужчина с усами — уставился на нее широко открытыми голубыми глазами.

— Я не позволю вам грабить людей! — заявила Кристин и услышала в ответ фырканье Джека, яростное ворчание Бобби и смешок Хэнка.

— Собираешься огреть нас своей сумчонкой по голове? — ощерившись спросил Хэнк. — По-моему, ты зажилась на свете.

Хэнка Кристин не боялась: согласно полученным ею исходным данным, он не может в нее выстрелить. Она намеревалась спрыгнуть с лошади, но тут Джек навел на нее револьвер. Этот парень был по-настоящему опасен, особенно после ее коварного удара прошлой ночью. Взгляд его был холоден и неподвижен, и она решила, что слезать с лошади неразумно.

— И это мужчины?! — фыркнула она. — Неужели такая жизнь может приносить вам радость?

Джек отвернулся от нее и поскакал к вагону, а она заторопилась следом за ним на своей Шалунье. Послышался плач ребенка. Кристин увидела в глубине вагона молодую мать, утешавшую свое дитя. В вагоне находились еще две малышки; они, прижимая к груди кукол, затаили дыхание от ужаса.

— Это невыносимо! Как вы можете спать по ночам после того, как ограбите ребенка? — закричала Кристин оказавшемуся рядом Хэнку. Он потянулся внутрь вагона и выхватил куклу у одной из девочек. Та взвизгнула, бросилась к матери. Хэнк, расхохотавшись, показал куклу Кристин.