Уинифред Леннокс - Не бойся полюбить

— Но не дождался, поэтому нам приходится его подтолкнуть чуть-чуть.

— Думаешь, все получится? — в сотый раз спросил Джордж.

— Надеюсь. Потому что на каждого артиста есть свой режиссер.

— Ты на меня намекаешь? И на себя, конечно? Я артист, а ты мой талантливый режиссер?

— А ты станешь спорить?

Джордж засмеялся.

— В яблочко, детка. Меткий выстрел.

— Хорошо, что напомнил. А то мы совсем ушли от того, с чего начали.

Джордж пошевелил бровями.

— А с чего мы начали?

— Только не говори, будто у тебя провалы в памяти. Иначе…

— Иначе ты меня отправишь в «Дом Друзей», как обычно поступаешь с лишними апельсинами и грейпфрутами.

— Но я отправляю те, которые побил мороз, а ты пока не падаешь на землю от внезапных холодов. Вот чтобы дальше тебя согревали в непогоду теплые меха, я и хочу отправиться в Индию.

— За мехами, значит, да? — Он прищурился. — Только не говори мне, что ты хочешь поехать на сафари.

— А что тут удивительного? Тебе не кажется, что «Джокер-паудер» давно не кричал о себе во весь голос? А если я составлю компанию коллегам по Сафари-клубу, кстати, в этой поездке будут не только члены нашего клуба, но и представители отделений клуба в других штатах, — это только к лучшему и на пользу нашему делу. У тебя есть причины сидеть дома?

Джордж вздохнул, потом скрестил руки на груди и самодовольно улыбнулся.

— Детка, неужели ты хотя бы на одну секунду допускаешь, что я отпущу тебя одну с кучей мужланов!

— Там будут еще две красотки кроме меня.

— Но кто на них посмотрит в твоем присутствии!

Джулия нахмурилась.

— У тебя совсем плохо со зрением, Джордж. Если твоя дальнозоркость станет развиваться такими темпами, то я скоро в твоих глазах превращусь в Дюймовочку.

— Не волнуйся, стоит мне лечь в постель, как я тотчас пойму свою ошибку.

— То есть?

— Ты знаешь, сколько места захватываешь, когда принимаешь свою излюбленную позу — калачиком поперек кровати? Я постоянно борюсь за место под…

— Не под солнцем, под одеялом, дорогой, если быть точным. Хотя бы и так. Ну ладно, довольно пустой болтовни, Джордж, я серьезно. В этой поездке присутствие «Джокер-паудер» просто необходимо. Я открою тебе причину, и ты не сможешь произнести ни звука против.

— Что ты еще придумала? — настороженно проворчал Джордж.

— Не только придумала, но и сделала, — твердо ответила Джулия. — Я договорилась со Стивеном Холтом, что на этом выезде все будут стрелять только патронами, заряженными нашим порохом. Результаты мы уже обговорили — они будут несравненными.

— Гм. Во сколько нам это обошлось?

— Пустяки, милый. Гораздо дешевле, чем прошлогодняя акция в Намибии.

— Но тогда она длилась целый год, — напомнил Джордж.

— Да, конечно. Надеюсь, ты помнишь, насколько увеличился сбыт пороха? А сколько готовых патронов нам заказали после того? Мы получили заявки даже из тех штатов, с которыми никогда не имели дела. Ты не забыл про типа из Восточной Европы, который спрашивал, нет ли у нас дымного пороха?

— Он состоит в клубе антикварного оружия, если я не ошибаюсь. Приезжал в Штаты на сходку таких же, как он, полоумных, — фыркнул Джордж и покрутил головой. — У дымного пороха такой запах…

— Между прочим, ужасный запах не всегда дешев. Вспомни яйца по-китайски.

— О, ты нрава. Не пойти ли нам сегодня в китайский ресторан, дорогая? — встрепенулся Джордж. — Приглашаю!

— Согласна. По дороге договорим. Ты сегодня платишь, а везу тебя я. Пятьдесят на пятьдесят, как всегда. — Она засмеялась.

— Ладно, договорились. Если мы сумели прожить жизнь, имея по пятьдесят процентов акций «Джокера» и еще не развелись, то и теперь устоим. Между прочим, все удивляются, ведь на самом деле ни у кого из нас нет контрольного пакета акций.

— Потому что, дорогой, мы с тобой единое целое. Мы — один хозяин. А у него все сто процентов акций.

— Согласен. Да, надеюсь, ты сегодня оставишь в покое свой «эксплорер»?

— Сегодня мы поедем на «лендровере».

— О Господи. Ну почему вы, женщины, так любите кататься на этих катафалках?

— Потому что мы, женщины, любим все мощное, сильное и большое. Итак, готовность — восемь минут сорок шесть секунд!

— Есть, мой командир!

Джордж вскочил с кресла как ошпаренный и внезапно согнулся.

— Не хочу слышать, что у тебя не только провалы в памяти, но и еще радикулит! — заявила Джулия.

— Нет, дорогая. — Джордж выпрямился и молодцевато выпятил грудь, обтянутую клетчатой рубашкой, бляха на галстуке-шнурке блеснула на солнце.

— Ох, я и не заметила, что сегодня у тебя на галстуке гепард. Очень, очень кстати.

— Я рад, что тебе нравится.

— Ты еще больше обрадуешься, и уже очень скоро, — многозначительно пообещала Джулия.

— В чем дело? Скажи! — В глазах Джорджа заблестело почти детское любопытство.

— Даже не спрашивай. Все равно не скажу, — бросила Джулия, направляясь в гардеробную.

Джордж смотрел вслед жене и улыбался. Как ему повезло в жизни! Она спасла его не только от смерти, она спасла его от жизни! Да-да, без такой, как она, без Джулии, его жизнь была бы совершенно иной.

Ровно через восемь минут и сорок шесть секунд они уже сидели в машине, которая выруливала на шоссе, Джулия ловко переключала передачи, крутила рулевое колесо. Большая, но послушная машина доверяла своей хозяйке и подчинялась ей. Джулия, любящая прокатиться с ветерком, понеслась по шоссе, обгоняя малолитражки, чертыхаясь на тихоходных недотеп, которые бьются задницей об асфальт, вместо того чтобы ехать вперед и не мешать ей. Потом она взглянула на мужа.

— Ты как, тебе не страшно? — задала Джулия стандартный вопрос. Для них он уже стал частью игры.

Как и ответ:

— Дорогая, если ты меня не зарезала тогда, то о чем мне волноваться?

Они ехали с недозволенной скоростью несколько минут молча, потом Джулия сбросила газ и стала оглядываться назад.

— В чем дело, Джулия? Нам кто-то сел на хвост? Дорожная полиция?

— Да нет, я хочу проверить, как она, не села ли она на хвост.

— Не понял?

— И не должен, — пробормотала Джулия.

Внезапно лежащий на заднем сиденье большой дорожный баул зашевелился и раздалось легкое ворчание.

— Джулия… — Джордж уставился на жену. — Неужели?..

— Сейчас, сейчас мы будем у цели, — было трудно понять, кого Джулия успокаивает — Джорджа или того, кто сопел в бауле.

— Джулия, я требую остановиться.

— Ох, ну я никак не ожидала, что ты не дотерпишь. Думала, это будет она. Я положила под нее памперсы для взрослых. Но, видимо, ей не нравится запах, вот она и расфырчалась.