Линда Гуднайт - Заключим пари?

— Расслабь плечи, — тихо и терпеливо говорил Люк. — Нет, не так. Позволь мне.

Он встал позади нее, упираясь грудью ей в спину и обхватив ее руки своими ладонями.

— Ты и винтовка должны стать одним целым, — он легонько толкнул ее плечо своим предплечьем. — Расслабься.

Карли решила сосредоточиться на цели, а не думать о сильных руках и мускулистом теле Люка.

Но это оказалось гораздо сложнее, чем она предполагала.

— Отлично. Перед выстрелом шире раскрой глаза и следи за дыханием.

— Ладно, — сказала она. — Давай сделаем это. Я имею в виду выстрел.

Люк рассмеялся.

— Будешь готова, прикажи выбрасывать мишень, и мы вместе станем следить, когда цель окажется в наивысшей точке полета, и тогда осторожно нажмем на спусковой крючок.

Сделав глубокий вздох, расслабив плечи, Карли крикнула, чтобы выбрасывали мишень.

Тело Люка двигалось вместе с ней, направляя ее движения, пока наконец она не выстрелила.

Глиняная мишень разлетелась в небе на кусочки, подобно конфетти.

— Отлично, — сказал Люк и отошел в сторону, его лицо сияло. — У тебя острое зрение, и ты мягко давишь на спусковой крючок. Ты удивила меня.

— Да? — Ее сердце бешено колотилось. Он взял винтовку, чтобы перезарядить ее.

— Хочешь еще раз?

— Вы очень храбры, мистер Гарднер.

— Я стоял позади тебя. С обратной стороны орудия угрозы не бывает.

Карли вскинула голову и притворилась обиженной.

— А вот за эту остроумную реплику тебе следует сфотографировать меня. Я отправлю снимок сестре.

Она подняла фотоаппарат с травы и вручила его Люку, взяв у него винтовку.

— Твоя сестра организовала этот отпуск?

— Да, моя сестра, я зову ее Великолепная Мэг, — она положила винтовку на плечо.

— Вы близки с сестрой?

— Очень. А ты? У тебя есть родственники? — спросила Карл и, уже зная ответ, но желая услышать легкий акцент Люка.

— Сестра Анастасия.

— Она настолько же роскошна… — Карли прервалась. — Она красива?

— Многие говорят, что красива. Но я считаю, что чаще всего она просто несносна, — на его лице отразилось волнение. — А твоя сестра так же мила, как ты?

Карли сняла винтовку и посмотрела на него.

— Думаю, насчет меня ты не прав, а вот Мэг — роскошная женщина и ужасно надоедливая. Если бы она не была такой замечательной, я ненавидела бы ее.

— Отчего?

Не желая вдаваться в подробности, Карли сказала:

— Ты станешь фотографировать, как я стреляю по этой несчастной глиняной штуковине, или нет?

— Непременно, — он весело посмотрел на нее и приготовился снимать.

— Ты щелкнешь меня, а я птичку, — Карли вскинула винтовку, прицелилась, приказала выбрасывать мишень, выстрелила и промахнулась. — Ну вот, ни одного глиняного голубя на ужин сегодня вечером. Десять моих деток снова станут умирать с голоду.

— Попробуй еще раз, — Люк фыркнул от смеха. — Мы не можем позволить детям умирать с голоду.

В этот миг из-за деревьев от основного дома выпорхнула Тедди Бенедикт.

— Ух ты! Привет. Мне показалось, что я слышу выстрелы.

Она помахала им обеими руками с неудержимой радостью. Множество разноцветных браслетов колыхались на ее изящных руках.

— Не присоединишься к нам? — с привычной вежливостью спросил Люк. — Сегодня я даю уроки стрельбы.

— Он талантливый учитель, — подтвердила Карли. — Лучше сразу согласиться на обучение.

— Нет, спасибо, — большие круглые серьги оранжевого цвета принялись раскачиваться, когда Тедди покачала головой. — Я не выношу оружия. Оно нарушает равновесие женского и мужского начал в моем организме. Нечто вроде изменения течения космической энергии.

— Ну… — протянула Карли, отыскивая подходящие слова для ответа, но потерпела неудачу. — Мы только что фотографировались, чтобы послать снимки сестрам.

— Да? — Глаза Тедди засияли. — У вас обоих есть сестры? Это так классно! А раздражительные братья вроде моего?

— У меня нет, — сказала Карли.

— А у тебя, Люк?

Выражение лица Люка стало напряженным. В его глазах промелькнуло страдание, и Карли стало жаль его.

— Я потерял единственного брата несколько лет назад. Это был несчастный случай.

На лукавом лице Тедди отразилось сочувствие.

— О, дорогуша, мне так жаль. Пожалуйста, прости меня, — произнесла она и быстро прибавила: — Дай мне фотоаппарат, я сделаю снимок, чтобы отправить твоей сестре. Ей понравится.

Она толкнула Люка к Карли и взмахнула руками.

— Вы настолько хороши! Оба высокие, она — темненькая, а ты — блондин. Вы знаете, что противоположности создают вместе прекрасную метафизическую карму?

Карли почувствовала недовольство Люка, но его воспитание не позволило ему отказать Тедди.

Люк откашлялся и встал рядом с Карли. Если бы он сопротивлялся, то вызвал бы подозрения. Да, впрочем, никто и не догадается по этой фотографии, что он был на ранчо Бенедикт.

— Подождите, — сказала Тедди, указывая на винтовку. — Возьмите оружие, будто заправские стрелки. Люк, встань позади Карли и покажи ей, как это сделать. Пусть все будет как по-настоящему.

Люк и Карли посмотрели друг на друга. А разве Тедди не видела, что он уже обучал Карли стрелять?

— Это вовсе не обязательно, — быстро промолвила Карли и покраснела. — Просто снимайте.

— Так не интересно. Давай, Люк, позируй хорошенько.

— Боюсь, — сказал он Карли, — что Тедди от нас все равно не отстанет, так что лучше уступить.

— Мне нравится его речь, а тебе, Карли? А теперь, Люк, будь хорошим мальчиком и уступи мне.

Люк поднял винтовку, вложил ее в руки Карли и рассмеялся.

— Давай примем позу для этой леди. Потом она, вероятно, уйдет…

— Уйду, обещаю, — расхохоталась Тедди.

Люк встал позади Карли, приняв позу инструктора. Он часто так поступал, когда обучал подростков стрелять, но никогда не чувствовал ничего подобного. Кожа Карли была невероятно мягкой и издавала запах чистоты и цветов.

Прислонившись грудью к ее спине и прикоснувшись ладонями к ее рукам, он почувствовал, что она вздрогнула. Ее реакция удивила и обрадовала его.

Люк с трудом подавил желание уткнуться носом в ее шею около уха.

Он не мог понять единственное: как настолько безвкусно одевающаяся особа может источать такую женственность? Сегодня его привлекали даже восхитительно растрепанные волосы Карли и черное пятно под ее красным глазом. Люк даже задался вопросом, что с ним происходит. Неужели он настолько отвык от женского общества, что находит привлекательной даже такую, как мисс Карпентер?