Софи Уэстон - Идиллия в Оксфорде

Иззи восторженно ее поддержала.

– Великолепно. Покупки и развлечения в одном флаконе!

Пеппер кивнула.

– Именно так все и задумывалось.

– Но сама же ты не ходишь по магазинам и не любишь вечеринки, – возразила на это Джемайма.

– Ну и что? Вокруг столько людей, которые совершенно на меня не похожи. Я же знаю, чего хотят остальные женщины.

И все-таки Джемайму это не убедило.

– А что это будет за одежда?

– Ну, разная. В зависимости от сезона и направления моды.

– То есть, ты еще сама не знаешь, – хмыкнула Джемайма.

Пеппер взвилась, как ужаленная.

– Все я знаю. У меня уже есть пара дизайнеров. Я все им подробно объяснила.

Джемайма вздернула нос.

– Может, ты не хочешь верить, – с чувством продолжила Пеппер, – но большинство вещей в универмагах предназначены для подростков, которые не чувствуют холода, никогда не сидят на одном месте и строят из себя сексуальных хищников. Нужно же кому-то продавать одежду для нормальных людей. Вот я и заполню эту нишу.

– Ты говоришь о «синдроме пятидесятого размера», – фыркнула Джемайма.

Пеппер окинула ее сердитым взглядом.

– А что плохого в пятидесятом размере? Разве ты не знаешь, сколько таких женщин?

Джемайма открыла было рот, взглянула на Пеппер и снова закрыла.

– С пятидесятым размером одна беда, – воскликнула Пеппер. – Это не модно. Я сделаю «Мансарду» такой модной, что ни одна из покупательниц не станет стыдиться своего тела, какой бы размер она ни носила.

Джемайма закатила глаза.

– Мечтать не вредно.

Но Пеппер была непоколебима.

– Я провела исследование рынка. И я сама ношу пятидесятый размер. Женщины только и ждут мою «Мансарду». Вот увидишь.

– Простите, мастер.

Стивен стоял у высокого окна и глядел во двор.

Удовольствия ему это не доставляло. Другие люди видели средневековый замок с решетчатыми окнами, выходящими на роскошную бархатную лужайку. Стивен видел крошащиеся камни, засоренные водосточные трубы и цену, которую придется заплатить за ремонт крыши.

Колледж Королевы Маргарет располагался в старинных зданиях, которые считались памятниками архитектуры. И неуклонно разрушались.

Валерия Холмс, «вечная» секретарша мастера еще со времен студенчества Стивена Конига, взглянула на него с сочувствием. «Бедняжка», – подумала она. Он оказался типичным компромиссным вариантом: не фанатиком от науки, о котором мечтала «старая гвардия», и не энергичным любимцем прессы, которого так упорно проталкивали политиканы. В результате он не пользовался симпатией ни у одной из сторон. И прекрасно это понимал.

Она тихонько кашлянула.

– Мастер?

Стивен вздрогнул и обернулся.

– А, это ты, Валерия, – с удивлением сказал он. – Машина готова?

Он собирался принять участие в телепередаче, и за ним обещали прислать машину. На этом условии настояла Валерия. Она знала, как он не любит быть в центре внимание. Но если ты глава колледжа, от этого никуда не деться.

Но это была не машина, которую с такой неохотой пообещали сотрудники телеканала «Индиго». Это было нечто более тревожное.

– Нет, мастер. Машина придет через час.

Стивен вздохнул и провел рукой по волосам. «Надо было напомнить, чтобы он постригся, – подумала Валерия. – Зато хоть побрился с утра». Иногда, возвращаясь с утренней пробежки, он был похож на партизана из джунглей Латинской Америки.

Он одарил Валерию своей лучшей, заговорщицкой улыбкой, и у женщины заблестели глаза. Немногим удавалось видеть эту улыбку. Большинство коллег считали главу колледжа мрачным трудоголиком.

– Что стряслось, Вал? Или ты решила, что мне скучно одному?

– Нет, конечно. Там…

– Не волнуйся, я читал отчет. Очень подробный, как и всегда.

– Спасибо. Сотрудники канала «Индиго» дали мало информации. Но…

– Ты назвала вещи своими именами, Вал? Это будет что-то ужасное, – продолжил Стивен.

Он вернулся к большому антикварному письменному столу, заваленному бумагами, письмами, отчетами и старыми упаковками из-под бутербродов. Валерия со вздохом взяла пустой бумажный стаканчик и несколько приглашений. Она бросила стаканчик в мусорное ведро и принялась рассеянно сортировать приглашения.

– Дело не в программе… – начала она.

Но Стивен наконец-то отыскал в этих дебрях ее тщательно подготовленный отчет.

– «Как достать Луну с неба», – прочел он вслух. – Передачу ведут Гордон Рамсден…. Судя по твоим записям, полный идиот. …И консультант по продажам из Америки Пенелопа Энн Калхаун. А эта еще хуже.

– Мастер…

– …наследница династии Калхаунов, – продолжал он читать. – Председатель правления «Калхаун Ретейл» и вице-президент «Калхаун Картер», компании-учредителя, которую она покинула в возрасте двадцати трех лет ради учебы в школе бизнеса. Ей всего двадцать восемь, и ее мнение волнует многих. – Он оторвал взгляд от бумажного листа. – Ну да, конечно. Что она может знать о том, как воплотить в жизнь свою идею? Или о борьбе за начальный капитал? Ей этот капитал преподнесли на тарелочке. И держу пари, у нее в жизни не было ни одной идеи.

Валерия громко сказала:

– Стивен, там женщина в вестибюле утверждает, будто ты отец ее ребенка.

Стивен прикусил язык и уставился на нее непонимающим взглядом.

Вал продолжила:

– Привратник сказал, что она требует встречи с тобой. Он уже устал ее выпроваживать, но она никак не уходит.

Стивен молчал.

Она повысила голос:

– Стивен, там студенты внизу. Мимо постоянно ходят люди. Подумай, какой разразится скандал!

Он поморщился.

– Простите, мастер, – сказала Валерия, убедившись, что сумела привлечь его внимание.

В первое мгновение он ничего не ответил. Но насмешливое выражение сползло с его лица.

Наконец, он произнес:

– У этой женщины есть имя?

– Кортни. Больше она ничего не сказала.

– Ага.

– Я сказала привратнику, что вы очень заняты. Что у вас встреча в Лондоне. Что она должна была позвонить и договориться заранее. А она ответила, что никуда отсюда не уйдет.

– Да, – согласился он все с тем же каменным выражением. – Она не уйдет.

Значит, он ее знает! Может, и остальное правда?

Почему-то Валерия так не думала. Стивен Кониг был непростым человеком, но она готова была поручиться жизнью, что он никогда не бросил бы собственного ребенка.

Он сказал:

– Сколько времени у меня осталось до встречи с Пенелопой Энн Калхаун, на которой она объяснит всем, почему из изобретателей получаются плохие бизнесмены?

Валерия фыркнула. Стивен Кониг был и изобретателем, и бизнесменом. Причем одинаково успешным во всем.

– Ну?

– Машина придет в одиннадцать.