Кристина Ролофсон - Среди песчаных холмов

– Нет.

– Надо думать, что нет, иначе и тебя бы здесь не было, если, конечно, ты не из тех женщин, кто оставляет свою семью в «поисках себя». Я не одобряю таких глупостей.

– В общем-то, я…

– Ты разведена? Одна из тех феминисток, кто ненавидит мужчин и желает, чтобы ее называли «мисс»?

– Я не разведена, – сказала Эмили, осторожно уклоняясь от второго вопроса.

– Я не была замужем.

– И не собиралась?

– Собиралась.

– У меня было три мужа, один из них приходился Мэттью двоюродным дедом. Мои племянники работают здесь, на ферме. Ты весьма миленькая штучка, хотя и худовата. Мужчины будут роиться вокруг тебя. Не обращай на них внимания и не задирай юбок ни перед кем из них. – Она подмигнула. – Не подавай плохого примера девчушкам.

– Вам не о чем беспокоиться. И потом, у меня нет никаких юбок.

– Хм. – Голубые глаза тетушки Рут с интересом уставились на нее. – Ты ходишь в церковь?

Эмили выдержала ее взгляд.

– Я была там вчера.

– У нас в городке есть методистская церковь, в этом году появился приличный пастор. Говорит громко, каждое слово можно разобрать. Служба начинается в десять, я прихожу в церковь пораньше. Готовь девочек к девяти, потому что я хожу медленно. – Она с трудом поднялась на ноги и оперлась на трость. – Проклятое бедро, – пробормотала она. – Хорошо, если будем водить их вместе. Мы возвращаемся около полудня. Мой племянник дал тебе выходной по воскресеньям?

– Да.

Рут кивнула одобрительно.

– Тогда я размораживаю пирог с мясом.

– Не стоит беспокоиться. Я приготовлю обед, – услышала она свой собственный голос. – Ни о чем не тревожьтесь.

– Хм, – прозвучало в ответ. – Ты мало похожа на прислугу, Эмма Грей. Эти накладные ногти на твоих руках недешево стоят.

– Но это не значит, что я не умею готовить, – возразила Эмили.

Правда, это не означало также, что она умеет. Зато она видела стопку кулинарных книг в буфете рядом с плитой. А Паула однажды сказала ей, что если умеешь читать, то умеешь и готовить.

– Ты совсем не похожа на чью-то экономку.

– Я ухаживала за своим отцом много лет, – заверила Эмили. Она говорила правду, хотя сказанное ею могло быть истолковано совершенно по-разному. Седые брови Рут Таттл недоверчиво поднялись.

Но Эмили продолжила свою речь, боясь, как бы боги не испепелили ее на месте за столь дерзкие преувеличения:

– С семнадцати лет я управлялась с домашним хозяйством.

Это означало, что она была в ответе за семерых слуг, за подбор еженедельного меню и за увязку светских мероприятий в ежедневнике отца с его же бизнес-планом. Она не знала, зачем хотела произвести впечатление на тетю Мэтта Томсона. Наверное, чтобы внушить пожилой женщине доверие к той, кому вручена забота о детях. Было в этой грубоватой старой женщине что-то такое, что Эмили нравилось.

– В общем, делай что хочешь, но подготовь девочек к девяти. И не позволяй Марте внушить тебе, будто в церковь можно ходить в джинсах. Они знают, в чем надо ходить в церковь, и я надеюсь, будут выглядеть прилично.

– Хорошо.

Она взяла чашку Рут прежде, чем старая женщина попыталась отнести ее в раковину.

– Хороший кофе, – сказала Рут, заковыляв к двери. – Сам Мэттью готовит не хуже.

– И джинсы сойдут, – объявила Марта. – Многие дети ходят в церковь в джинсах.

Эмили накинула на голову Макки цветастый сарафан и помогла найти отверстия для рук.

– Никогда не слышала ничего подобного.

– Я не знаю, какие джинсы надеть – черные или фиолетовые. – Марта держала в руках две пары. – Думаешь, эти?

– Я думаю, надо надеть платье. – Она развернула Макки спиной к себе и застегнула ее сарафан на пуговицы, а потом глянула на часы. – И поторапливайся, ведь ты же не хочешь опоздать в церковь.

Марта швырнула джинсы на пол и обиженно топнула ногой:

– Ненавижу эти дурацкие платья! Я хочу надеть новые джинсы!

Макки вручила Эмили расческу, и та с ее помощью распутала длинные волосы малышки.

– Надень платье, Марта. Твоя тетушка просила, чтобы ты выглядела в церкви прилично. Хочешь, я помогу тебе подобрать что-нибудь?

Мелисса, уже полностью одетая, нырнула снова в кровать и укрылась до подбородка простыней. Семилетняя упрямица открыла дверцу платяного шкафа и исчезла внутри него. Эмили слышала грохот пластиковых вешалок и невнятное бормотание огорченного ребенка. Она спрятала улыбку: ее школьные годы прошли в пансионе, поэтому стычки с воспитательницей из-за одежды были ей не в новинку.

– Помочь, Марта?

После долгого молчания из шкафа послышалось:

– Можно мне надеть новую юбку?

– Нет. Вряд ли твоя тетушка обрадуется, увидев тебя в церкви в хлопчатобумажной юбке. – Эмили стянула волосы Макки в конский хвостик и украсила их розовой лентой. – Все, – сказала она ей, – ты готова.

– Спасибо, Эмма.

Макки обняла ее и пошла к кровати расталкивать Мелиссу.

– Вставай! Вставай!

Эмили терпеливо ждала, когда Марта вылезет из платяного шкафа, понимая, что девочки слишком устали после поездки в Линкольн. Сумки с покупками и новые наряды были разбросаны по дощатому полу спальни, которую делили на двоих Марта и Мелисса. У Макки, рано засыпавшей и встававшей чуть свет, была своя собственная комната, потому что ее сестры не желали просыпаться на рассвете. Девочки объяснили Эмили ряд вещей:

1. У папы огромное ранчо со множеством лошадей и коров.

2. Тетушка Рут никогда не ударит своей тростью того, кто ей по нраву.

3. Они любят кукурузные хлопья с сахарной пудрой и не любят гадкие яйца всмятку.

4. Пса зовут Сорроу, питается он остатками со стола и никогда не входит в дом.

5. Есть четыре котенка, они спят в сарае.

6. Со школой все о'кей.

7. Макки сосет большой палец, когда никто на нее не смотрит.

8. Мама умерла давным-давно.

На этом Эмили закончила собирать их и повела вниз.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

– Мэттью Майкл Томсон, разузнай, кто она такая. Я бы поостереглась доверять заботу о детях неизвестно кому.

Мэтт снял шляпу и смахнул каплю пота с бровей. Сегодня обещали девяносто градусов по Фаренгейту, да еще до полудня.

– Рут, я же тебе говорил. Она была добра к девочкам в магазине, и она искала работу, временную работу, пока не решит, возвращаться ей в колледж или нет. А теперь перестань махать передо мной тростью.

– Если эта женщина – студентка колледжа, то я – чемпион по родео, – выпалила тетушка. – Видишь на мне разукрашенный ремень с пряжками, такой же, в каких гарцуют объездчики диких лошадей?

Мэтт видел лишь невысокую полную женщину в голубом платье в цветочек, опиравшуюся на трость из орехового дерева.