Пола Льюис - Лёд под солнцем

Чтобы этот мужчина стал отцом ее ребенка? Упаси Господь! Крис немного ободрилась и разрядила ситуацию.

— Я какое-то время наблюдала за вами и поняла, что никогда не захочу выйти с вами на корт. Из меня вы через пять минут сделаете котлету. Вы что, всегда так играете?

Гарольд словно и не слышал вопроса.

— Крис, вы не придете после игры в «Хэролдз Паб»? Мы могли бы перекусить и выпить пива. Я тут размышлял над вашей идеей…

Крис вспыхнула.

— Я не желаю снова открывать эту дискуссию.

— Жаль, а то я ведь мог бы согласиться.

Она покраснела еще сильнее.

— Вы не шутите?

— Ну, на определенных условиях. Во всяком случае, мы могли бы обсудить это поподробнее.

В глазах Крис появилось какое-то затравленное выражение, и она торопливо произнесла:

— Мне пора, а то я уже опаздываю. Хорошо, я приду примерно через час.

Гарольд снова вытер потное лицо полотенцем и отправился в душевую. Открывая шкафчик, он убеждал себя, что всего лишь открыл путь к переговорам.

К тому времени, когда она вошла в паб, Гарольд успел расправиться с целой тарелкой тостов, политых острым соусом, и выпить две кружки пива. Мужчины в пабе оценивающе осмотрели Крис, и в Гарольде вдруг проснулся собственник. Он встал и помахал ей рукой. Она улыбнулась и пошла к нему навстречу, лавируя между столиками. В джинсах и коричневом кожаном жакете она смотрелась очень стройной и изящной. Фарбер обнял ее за плечи и поцеловал, уже не удивляясь, что при этом Крис напряглась и вздрогнула.

— Вы поразительная женщина, — сказал он открыто. — Я целый час играл до полного изнеможения и все равно ужасно хочу прямо здесь бросить вас на пол и заняться с вами любовью.

Крис застенчиво улыбнулась.

— Хозяин бара этого не одобрит.

— Да и ковер здесь не мешало бы почистить.

Они заказали гамбургеры и бочковое пиво, затем Гарольд поинтересовался:

— Как сыграли?

— Проиграла — никак не могла сосредоточиться. — Крис колебалась: — Я думала, вы уже вернулись в Нью-Йорк.

— Собираюсь в пятницу вечером.

Принесли пиво, Гарольд расплатился, подождал, пока бармен отойдет, а потом откинулся на спинку стула и, повернувшись всем корпусом к ней, взглянул Крис прямо в лицо.

— Впрочем, я мог бы отложить отлет до воскресенья, И мы смогли бы вместе провести выходные. А за это время я бы сделал все, что в моих силах, чтобы вы забеременели.

— Гарольд, я… вы меня неправильно поняли…

Можно подумать, она сама знала, о чем говорит. У Крис на этот счет были лишь смутные представления, вычитанные из популярных журналов:

— Все это можно проделать искусственным путем. Существуют специальные клиники.

— Что вы сказали? — Гарольд снова был ошарашен. — Искусственным путем?!!

— Но ведь у нас с вами вся ситуация искусственная! Мы ведь едва знаем друг друга и совсем не влюблены — как же мы сможем заниматься любовью?

— Могу вас заверить — без всяких проблем. Люди постоянно это проделывают.

— Я не «все люди». Я — это я.

— В таком случае мы оба теряем время. Я не собираюсь производить ребенка на свет подобным образом, Крис. Поищите для своих целей кого-нибудь другого.

Но Крис даже помыслить не могла о том, чтобы заговорить на эту тему с кем-нибудь другим.

Гарольд мрачно уставился в свой стакан, а она тем временем потихоньку рассматривала его. И словно в первый раз увидела строгий овал его лица, сеточку морщин-«смешинок», разбегавшуюся вокруг глаз, четко очерченный рот и решительный подбородок. Сейчас он казался старше своих лет. Он ведь тоже страдал, покаянно подумала Крис, вспомнив, какое страдальческое лицо было у него в ресторане. И ровным голосом произнесла:

— Я не хочу просить никого другого.

Гарольд поднял глаза, но его лицо было непроницаемо.

— Вы ведь хотите, чтобы я исчез, как только вы забеременеете.

— Правильно. Я буду матерью-одиночкой.

— Почему вы так настроены против брака?

— Я независимая и финансово обеспеченная женщина. Восемьдесят процентов мужчин я просто отпугиваю. А остальные двадцать процентов уже заняли женщины более расторопные, чем я.

— Не сомневаюсь, в ваших словах есть доля истины. Но это еще не причина, чтобы вы реагировали, как перепуганный кролик, стоит мне произнести слово «брак». Почему вы не хотите замуж?

Крис пожала плечами.

— Это дело прошлое.

— У вас есть дурная манера давать легкомысленные ответы на серьезные вопросы. Хороший способ держать людей на расстоянии, — мрачно заметил Гарольд.

Крис только бровью повела.

— С большинством мужчин это срабатывает.

— Я — это не «большинство мужчин».

— И это святая истина.

Крис помолчала, раздумывая, что ему можно сказать.

— Я уже была замужем и не хочу больше повторять этот опыт. И не желаю об этом дальше говорить. Потому что, готова спорить, вы сами не собираетесь сообщать, с чего это вы вдруг передумали. Я имею в виду мою идею.

— Вы правы, не собираюсь.

— И дело не в том, чтобы вступать с кем-то в близкие отношения. Дело в ребенке.

Она попала в самую точку. Конечно, он хотел с ней спать, очень хотел, но соглашался на все ее условия, бесспорно, не из-за внезапно охватившей его сексуальной мании. При этом прямота Крис покоробила его. Он уклончиво отозвался:

— У меня со здоровьем все в порядке. А у вас?

— У меня тоже. — Крис усмехнулась. — Никаких проблем.

— На какую финансовую поддержку с моей стороны вы рассчитываете?

Крис замерла, не донеся вилку до рта.

— Ни на какую! Речь о деньгах вообще не идет.

Гарольд подозревал, что именно этот ответ и получит.

— Как только выясните, беременны вы или нет, я хочу, чтобы вы дали мне знать.

— У меня нет желания, чтобы вы меня контролировали.

— Но ведь если вы не забеременеете с первого раза, то, вероятно, решитесь попробовать еще раз. Разве нет?

И что, спрашивается, на это можно ответить?! С пылающими щеками Крис заявила:

— Противный какой-то получается разговор… слишком утилитарный.

— То же самое касается рождения ребенка — я хочу знать, когда это произойдет.

— Я подумаю об этом, — сухо отозвалась она.

— Я уже сказал, что у меня есть определенные условия. Во-первых, если вам когда-либо понадобится помощь, вы должны со мной связаться — я говорю это серьезно. Во-вторых, раз в год я сам буду связываться с вами, чтобы узнать, как у вас дела. И, в-третьих, как только я узнаю, что вы беременны, я изменю свое завещание в пользу вас и ребенка.

Крис уже перестала делать вид, что ест.

— Знаете, что я сейчас чувствую? Я словно муха, попавшая в паутину. Сначала застревает только одна лапка. Но чем больше муха барахтается, тем сильнее запутывается.