Хелин Вэлли - Второй шанс

Аманда метнула на него беспомощный взгляд, понимая, что находится в крайне невыгодном положении. Ну что ей с ним обсуждать, о чем договариваться? Она не может ничего ему обещать, не может даже поговорить начистоту. Он станет задавать ей всякие вопросы, а что прикажете отвечать?

— Право же, — предприняла Аманда последнюю отчаянную попытку переубедить его, — я сейчас совершенно не могу разговаривать. У меня жуткая мигрень. Мне надо домой. К тому же миссис Осакиро будет волноваться, не понимая, куда я пропала.

— Ничего страшного, — успокоил ее этот ужасный человек. — Мой секретарь сообщит ей, в чем дело. А домой я вас и сам потом отвезу.

Час от часу не легче! Если он завезет ее в усадьбу настоящей мадемуазель Жанетт, она и к утру домой не вернется!

Вскинув подбородок и выпрямившись, Аманда посмотрела в глаза Альваро и произнесла, чеканя каждое слово и немало удивляясь этой невесть откуда взявшейся властности:

— Я настаиваю, чтобы вы сию же секунду отвезли меня обратно!

Похоже, столь решительная перемена в ее поведении удивила даже Альваро. Судя по всему, только сейчас до него дошло, что девушка и впрямь не на шутку рассержена. Но отступать он и не думал.

— Простите, Жанетт, — сказал Альваро уже мягче, — но я не могу отпустить вас. У нас мало времени, а обсудить требуется многое. Надо покончить с этим сегодня же. Завтра я улетаю из Англии.

Аманда смотрела на него, не зная, на что решиться. Собственно, выбор был небогат. И ни один вариант ее особо не радовал. Можно наотрез отказаться от разговора — и на корню загубить помолвку неизвестной ей лично, но ни в чем не повинной мадемуазель Жанетт. А можно рискнуть, положиться на везение и постараться отделаться общими, ничего не значащими фразами.

— Ну ладно, сеньор де Вальеспин, — со вздохом произнесла она, опускаясь в кресло перед уютно горящим камином. — Раз вы так настаиваете.

Альваро неожиданно овладело странное ощущение нереальности, как будто все это происходило с кем-то другим, а не с ним. Как будто в какой-то момент он утратил контроль над событиями и вот теперь оказался наедине с этой странной девушкой в комнате, освещенной только романтическим пламенем камина. Он словно только сейчас начал понимать, как опрометчиво пообещал связать с ней свою судьбу.

Мадемуазель Лолливаль оказалась не совсем такой, какой он себе ее представлял. Точнее, совсем не такой. И уж ничуть не напоминала погибшую Изабеллу — поначалу его любовь, его жену, мать его сына, а потом женщину, написавшую «прощай!» на их свадебной фотографии. Что ж, это даже к лучшему. Он никого больше любить не собирается, как и ненавидеть. Эмоции ему совсем ни к чему. И все-таки сколько бы нелестных сплетен ни слышал он о Жанетт, сейчас, глядя на нее, ему не хотелось о них вспоминать.

— Приятный городок, — заметил он, подходя к окну и на миг отдергивая штору, чтобы хоть как-то развеять повисшее в гостиной напряжение.

— Да, — согласилась она. — Особенно когда живешь тут, а не разглядываешь сквозь стекло.

Альваро повернулся и невольно улыбнулся, поймав себя на том, что колкости собеседницы начинают забавлять, а не сердить его.

— А почему вы, француженка, предпочли поселиться по другую сторону Ла-Манша? — спросил он.

— Я ничего не решала, — тихо ответила она, почему-то отводя взгляд. — Это отец решил, что мне надо жить подальше от больших городов как Штатов, так и Франции… с их соблазнами.

— Надеялся, что вам понравится стиль жизни провинциальной Англии? И как, сработало? — Возможно, вопрос был слишком прямолинеен, чтобы не сказать, груб, но Альваро привык высказываться начистоту.

— Да как вам сказать… — замялась Аманда. До чего же трудно говорить от чужого лица!

— Так и скажите — правду.

Она осмелилась снова поднять на него взгляд.

— Я полюбила эти края. Я была здесь очень счастлива.

В темных глазах испанца светился ум, и еще странный непокой, чуть ли не мрачность. Но несмотря на эту мрачность Аманда чувствовала, что ее неприязнь к Альваро значительно уменьшилась. Да, он держится надменно и властно, но в конце концов властность до определенной степени характерна для знойной южной крови, а надменность неудивительна в отпрыске столь знатного рода. Почему-то девушке вдруг вспомнился Д'Агвилар из романа Хаггарда «Прекрасная Маргарет» — в детстве он нравился ей не в пример больше положительного, честного Питера.

А когда она попыталась мысленно поставить себя на место Альваро, то невольно прониклась к нему еще и сочувствием. Вот стоит он тут перед ней, женщиной, на которой обещал жениться, и пытается выяснить… А что, собственно? Что может она сказать ему, чтобы заставить хоть чуть успокоиться, чтобы он перестал забрасывать ее вопросами? Но уже через секунду Альваро сам ей все объяснил:

— Я хочу узнать вас как можно лучше.

Именно этого-то она всеми силами и пыталась избежать! Несмотря на всю серьезность ситуации, Аманда не удержалась от сухого смешка.

— Не самая хорошая идея. Во всяком случае, сегодня. Нынче вечером я сама не своя.

Что опять же в некотором смысле было чистейшей правдой. Однако не той, которую следовало рассказывать Альваро. Закусив губу, она быстро взглянула испанцу в лицо, ожидая какого-нибудь резкого ответа, но, к своему удивлению, обнаружила, что он улыбается.

— Ну хорошо, допустим, о юношеских проделках вы вспоминать не желаете. Но как насчет того, что произошло с вами после двадцати? Расскажете?

Аманда уставилась на огонь, не зная, что ответить.

— Насколько я слышал, вы учились в университете, — начал за нее Альваро. — Там-то вы и поднаторели в математике?

Девушка обернулась к нему, до глубины души благодарная за подсказку.

— Я училась в Гарварде, — быстро произнесла она. Уж по крайней мере, тут вроде бы все было в порядке. Миссис Осакиро говорила, что Жанетт окончила Гарвард. Вопрос только, на чем она специализировалась? К сожалению, это начисто вылетело у Аманды из головы. Тогда, пожалуй, лучше ограничиться общими фразами.

— Да. Я вообще люблю учиться. Вокруг столько всего интересного… если как следует посмотреть. Вы понимаете, что я имею в виду?

Конечно, сейчас она говорила более за себя, чем за мадемуазель Лолливаль, но что тут можно было поделать? Когда нет фактов, приходится довериться интуиции и уповать на лучшее. И все же, догадываясь, что Альваро вот-вот спросит что-нибудь более конкретное, девушка поспешила сменить тему.

— Но все это было так давно, что уже почти и неправда. Давайте поговорим о чем-нибудь другом. Ну, например, о вас. Где учились вы?