Виктория - Лилия Фандеева

Ознакомительный фрагмент

– Какая бы она хорошая не была, у тебя нет с ней перспектив. Тебе нужно держаться семьи. Ты лишишься всех денег.

– Мам, какой семьи? От нее давно остались одни развалины. Вике ваши деньги не нужны. Наше убежище похоже на номер «Люкс»? Ты видела, на чем она готовит и что? Ты попробуй завтрак, а потом поговорим о финансах. Видя, что я к ней не ровно дышу, она могла потребовать съемную квартиру?

– Я бы так и поступила, – сказала мать, жуя бутерброд.

– Ты мам ни она. Она едет на дачу с двумя пересадками и не жалуется на неудобства. Я ее два месяца добивался, третий месяц живем вместе, а я часы считаю до встречи с ней. Она настоящая, искренняя. У меня таких бескорыстных еще не было. Ну, нет за ней больших денег, вместо них большая душа.

– У нас их тоже не будет, если ты разведешься с Русланой. В выходной вы будете здесь?

– Нет. Я буду с Женей дома, а Вика поедет к деду в деревню. Это ее еженедельные поездки и она не собирается их отменять даже ради меня. Деду63 года и он там совсем один.

– Чем же она добирается? – спросила мать, у которой созрел план встречи с Викторией.

– Автобусом с автовокзала, а ведь могла и меня заставить.

Утром в восемь часов Раиса Николаевна караулила Викторию у входа в больницу. Девушку она узнала сразу, как только та открыла дверь.

– Вика, можно тебя на минутку. Садись я тебя довезу до автостанции. Мы вчера так и не договорили, – попросила мать Данилова.

– Здравствуйте. Будете ругать или воспитывать? – сев в машину, спросила она. – Я выслушаю Вас молча. Не спорить, не оправдываться, не обещать то, чего не сделаю, я не буду.

– Нарисую тебе перспективу, а ты сама решишь: что делать и как поступить?

– Хорошо, говорите. Я так понимаю, Алеша не знает о Вашем визите?

– Не знает. Его жена беременная вторым ребенком и намерена рожать. Пока ребенок не родиться и не сделают тест ДНК, о разводе можно не заикаться. Я сейчас пекусь не столько о сыне, сколько о семье вообще. Пройдет не меньше года, а в это время у него запланирована стажировка за границей, – говорила она, внимательно следя за дорогой.

– Вы не уверены в том, что это ребенок Алексея?

– Я уже не в чем не уверена, кроме того, что из Русланы мать никакая. Если это способ удержать Алексея, то очень глупый. А, если это ребенок все же его? Выходит, он спит и с тобой, и с женой, а значит, между ними не все так плохо. Как тебе такое положение дел? Изменой это назвать нельзя, они все же женаты, но и бедной овечкой он не является. Значит, он тебе чего-то не договаривает.

– Вы хотите сказать мне, чтобы я оставила Алексея в покое? В этом случае в его жизни ничего не поменяется, он сможет уехать с семьей на стажировку. Я правильно вас поняла? Тогда ответьте мне: чего стоит эта призрачная перспектива? Вы готовы навязать сыну чужого ребенка ради его роста, карьеры? Я этого не понимаю.

– Тебе и не надо ничего понимать, девочка. Я тебе обрисовала возможную ситуацию. Дай ему самому сделать выбор: беременная Руслана со специализацией за рубежом или ты, со своим дедом и незаконченным образованием. Я прошу тебя только об одном: не дави на него.

– Вы знаете, сегодняшняя ночь многое изменила. Даже не случись между мной и Вами этого разговора, я уже прекратила все отношения с Вашим сыном. С таким цинизмом я встречаюсь в первый раз. Мы расстались с ним утром, не прошли и сутки, а он занимается сексом прямо на рабочем месте во время дежурства с другой. Видимо, для него это нормально, а вот для меня это начало конца. Я рассталась с Вашим сыном. Вам не о чем беспокоиться. Извините. Я пойду. Прощайте.

Виктория вышла из машины и неторопливо пошла к автобусу, а Раисе Николаевне вдруг стало жаль эту молодую особу, которая, скорее всего, впервые столкнулась с мужским предательством и разочарованием. Вика, заняв место в салоне автобуса, прижалась виском к стеклу окна, прикрыла глаза, но вместо сна в дороге, еще раз пережила неприятные минуты прошедшей ночи.

Часы показывали полночь, когда она набрала номер телефона сокурсницы, работающей в отделении хирургии.

– Свет, не забудь забрать реферат на посту. Я утром могу тебя не увидеть. Сразу после смены поеду к деду.

– Вика, я освобожусь и забегу. А лучше ты через полчасика зайди, я тебе сразу и деньги отдам.

Вика через сорок минут подошла на соседний пост.

– Саш, послушай, пожалуйста, моих. Я в хирургию на пять минут и назад, – попросила она и вышла из отделения.

На посту Светланы не оказалось. Кабинет ординаторской был закрыт. В отделении была тишина. Вика прислушалась и услышала ни то вздох, ни то стон. Это была больница, здесь возможно такое. Она прошла дальше, где располагалась комната отдыха, дверь была чуть приоткрыта и звуки шли оттуда. Она приоткрыла дверь чуть шире, и ее ноги словно приросли к полу. На столе, согнув ноги в коленях, на спине лежала Света, именно она издавала «охи», а Данилов, прикрыв глаза, ритмично двигался. Вике показалось, что она даже покраснела от того, что увидела. Рывком, закрыв дверь, она, почти бегом, вернулась на пост Светланы, бросив реферат на стол, и очнулась в своем отделении. Присев за свой стол, она обхватила голову руками: «Черт меня понес именно в это время. Ни раньше, ни позже, а в самый момент, – думала она, дрожа от нервного напряжения. – А может, все к лучшему? Оказывается Данилов та еще птица, которую в народе называют д…..б». Прошли минут десять. Ее мысли прервала Светлана.

– Не делай трагедии из того, что видела, – говорила она, положив на стол купюру. – Спасибо за помощь. Скажи: что сверхъестественного произошло? Ну, трахнул меня Данилов, так я сама этого хотела, обхаживая его целый месяц. Вика, там такой агрегат! Давно я не получала такого удовольствия. – Она даже не заметила, что подруга чем-то расстроена, обняла Вику за плечи. – Это было необыкновенно. Теперь я понимаю всех баб, которые от него без ума.

– И рассмотрела, и удовольствие получила, молодец. Давно это у вас? – не глядя на Светлану, спросила Вика. – Вы бы двери закрывали. Может, ты специально меня пригласила на сеанс порнофильма?

– В первый раз. Он мне виделся таким непреступным, а