Хельга Нортон - Коттедж «Жимолость»

Джеррет Брент медленно покачал головой, внимательно рассматривая ее. Улыбка не исчезла.

— Вы незаурядная женщина, мисс Карлтон. — Он шагнул к ней.

Сара в панике отступила, перед глазами вновь всплыл ее сон, и она отнюдь не была уверена, что наяву, как и во сне, она не поддастся его грубой чувственной мужественности.

— Я никогда раньше не встречал такую тигрицу. — Его голос стал более низким. Он сделал еще шаг, и теперь их разделяло всего несколько дюймов.

Всем своим существом Сара вдруг почувствовала, что ее сон станет реальностью, если он только дотронется до нее. Барьеров уже не существовало, и она ничего не могла с собой поделать. Сон был таким реальным, и теперь реальность готова была превратиться в страшный, но чудесный сон…

Его голубые глаза сияли.

— Вы чертовски решительная особа.

Он сказал это уже во второй раз, но она не чувствовала себя польщенной, ибо ждала не слов. Она ощущала разочарование.

— Я не люблю брать все на веру, — резко произнесла она. — Вы думали, что я поверю, что коттедж принадлежит вам, не так ли? Выдумали, что я повернусь и уеду? Нет, я не сделаю этого и буду бороться до конца… — Она неожиданно остановилась и нахмурилась. — Мы никогда раньше не встречались, мистер Брент?

— Не думаю, — с некоторым удивлением ответил он. — Я уверен, что если бы я встретил кого-нибудь столь очаровательного, как вы, то никогда не забыл бы этого.

Сара недоверчиво покачала головой.

— Мне знакомо ваше лицо. Чем дольше я вас вижу, тем больше убеждаюсь в этом.

Он сухо ответил:

— К сожалению, вы меня с кем-то путаете.

— Вы бывали в Дарлингтоне?

— Много раз, — подтвердил он. — Специально для того, чтобы посмотреть локомотив Стефенсона. Должен признать, что я в некотором роде любитель железнодорожного транспорта. Вы там живете?

Сара кивнула и неожиданно спросила:

— А как вы зарабатываете на жизнь?

Он помрачнел.

— Это что, допрос?

Она тут же прикусила язык и покачала головой.

— Неважно, это на самом деле меня не интересует. — Она взглянула на часы. — Мне пора звонить мистеру Кирби. Вы идете?

Ее прямота вызвала у него кривую улыбку.

— Меня выставляют?

— Да, поскольку нам больше нечего обсуждать.

Они достигли двери одновременно. Сара думала, что он пропустит ее вперед, но он не сделал этого, и их тела прижались друг к другу, когда они вместе протискивались в дверной проем. Она вновь почувствовала возвращение своего сна. Чувства пробудились, нервы затрепетали, сердце заколотилось.

Когда его руки обхватили ее и прижали к крепкому, мужественному телу, которое она уже ощущала раньше, Сара даже не удивилась. Она уже испытала это во сне, она ждала этого. Только ее широко раскрытые глаза удивленно и потерянно смотрели на него, да язык машинально попытался протестовать.

— Что вы…

Он закрыл ее рот на полуслове, его губы впились в ее. Этот поцелуй вдруг открыл ей, что между ними могло быть, если бы не эта вражда, если бы она могла позволить ему это. И она позволила… А коттедж? А его холодные, циничные издевательства? А Джой Вудсток? Да за кого он ее принимает? То, что она ответила на его поцелуй, было нелепой случайностью, глупостью… И все же она не нашла в себе сил, чтобы оттолкнуть его.

Поцелуй потряс и ошеломил Сару. Но наконец оцепенение немного отпустило ее, и она вдруг почувствовала, что уже и борется, и вырывается, и кричит.

— Как вы смеете? Идиот! Держитесь от меня подальше, если не хотите быть арестованным за насилие!

Он усмехнулся и выглядел очень довольным.

— Вряд ли поцелуй можно расценить как насилие.

— Можно, если это поцелуй без согласия. Убирайтесь отсюда немедленно. — Ее раздражение усиливалось тем, что она вынуждена была говорить ему это, когда хотела бы сказать совсем другое.

— Вам не кажется, что вы слишком бурно реагируете?

— Нет. Вы не имели права целовать меня.

— Почему не имел, если в вашей жизни нет другого мужчины? Ведь у вас никого нет?

— Действительно, нет, — растерялась Сара, но тут же спохватилась: — Но дело не в этом. Я не могу понять, откуда вы взяли, что я желаю иметь с вами подобные отношения? Если вы так думаете, то принимаете меня за кого-то другого!

— И вся эта буря — из-за Джой? — Его глаза блеснули. — Чувство собственности?

— Разумеется, нет, — презрительно ответила она. — Хотя мне жаль девушку, если вы так ведете себя у нее за спиной. Вы, мужчины — удивительные существа! — не удержавшись, в сердцах воскликнула Сара. — Вы так самонадеянны, так глубоко уверены в том, что женщины будут падать к вашим ногам!..

— Только не вы, Сара, — вдруг как-то очень серьезно сказал он. — Вы совсем другая. Но если вы настаиваете, я пойду. Вам нужно звонить, но, может быть, позже мы пообедаем вместе?

Ну и нахальный тип! Сара, абсолютно сбитая с толку, недоверчиво и вопросительно глядела на него во все глаза.

— Вам что, стало жаль меня? Вы хотите успокоить свою совесть? Нет, спасибо.

Наступила пауза, во время которой на его лице промелькнули какие-то непонятные чувства, после чего он решительно произнес:

— Я не принимаю ваш отказ. Я заеду за вами в семь тридцать. Пожалуйста, будьте готовы.

Она открыла рот, чтобы возразить, но дверь уже захлопнулась за ним, и Сара осталась в полной неопределенности. Сначала сон, потом поцелуй, теперь это приглашение… — и что же еще должно было произойти? Что еще ожидалось? И, главное — когда он собирался решить вопрос с коттеджем?

Ее звонок мистеру Кирби оказался безрезультатным.

— Елизавета хранила документы дома, — напомнил он. — Я всегда говорил ей, что это неправильно, что следует хранить их в надежном месте, но она не слушала. Завещание было, это точно. Но с тех пор мало ли что могло произойти? Я хочу попросить вас найти документы, чтобы можно было перевести все на ваше имя.

— Понятно, — медленно произнесла Сара. Ее надежда стала меркнуть. Если бы ей удалось найти их… — Она говорила вам когда-нибудь о мистере Джеррете Бренте?

— Нет, кажется, нет, — задумчиво ответил он. — А кто он такой?

— Он ее сосед и утверждает, что коттедж принадлежит ему, — кратко пояснила Сара. — Он говорит, что бабушка продала его ему.

На другом конце линии возникла долгая пауза.

— Вы уверены в этом?

— Конечно, уверена, — сказала Сара, пытаясь скрыть зазвеневшие в голосе слезы. — Он доставляет мне столько мучений!

— Елизавета никогда не говорила мне об этом. У него есть какие-нибудь доказательства?

— Он утверждает, что у него есть документы, — произнесла Сара безнадежно. — Но уже третий день не приносит их. Хорошо, что я поговорила с вами. Я прямо сейчас начну поиски.