Шэрон Мэтис - Возвращенная любовь

— Она будет рада тебя видеть, девочка, — сказала Карен ласково. — Входи же.

Марта, как и Родж, послушно пошлепала в дом.

Едва она успела вернуться на кушетку, как звонок опять затрещал. Так, подумала она, это будет тот еще вечерок. Подростки имели тенденцию собираться в грозди. У других родителей хватало ума понять, как быстро группа подростков может превратить дом черт знает во что. Никто их не хотел принимать. Никто, в здравом уме и твердой памяти, не открыл бы для них свой дом, и Карен отлично знала, что все родители по соседству считают ее бесхарактерной дурехой.

И правильно считают. Рассчитывая в уме, хватит ли в доме картофельных чипсов и прочей ерунды на вечер, и отлично понимая, что этой ерунды никогда еще не хватало, она в третий раз пошла открывать дверь.

— Они либо в кухне, либо… — И тут ее голос прервался.

В дверях на этот раз стоял не угловатый переросток, но очень высокий мужчина в сером в полоску деловом костюме.

Мгновенно у нее пересохло во рту. Язык как будто распух, жилка на горле конвульсивно забилась. Бывший муж, соображала она, явился, должно быть, прямо с работы. Он был в галстуке, а глаза были усталые, замученные. Он окинул ее взглядом, оценив синюю юбку и белую блузку, но особых эмоций на его лице не отразилось. Разве что он выглядел озабоченным.

— Извини, Карен. Я должен был позвонить. Но сегодня первый раз за всю неделю удалось уйти с работы пораньше. А я тебе обещал, что переговорю с ребятами.

— Звонить было не обязательно. Но с ребятами я уже переговорила.

— Я знаю. Предполагал. Но когда возникает проблема, она валится прежде всего на тебя. А данной проблемой, я думаю, мы должны заняться вдвоем. Они дома?

Крэйг, как и предыдущие гости, исчез в направлении кухни. Карен не двинулась с порога. Вторжение любого взрослого в компанию подростков имеет легко предсказуемые результаты. Через несколько мгновений Родж выкатился из кухни, всего два раза запнувшись на пути к выходу. За ним немедленно последовала Марта. Оба быстро пробормотали:

— До скорого, тетя Карен.

Карен было тридцать шесть, а не сто десять и она всегда сердилась, когда ребята ее называли "тетей". Но сегодня она клюнула на наживку. Еще несколько минут после исчезновения ребят она не могла стронуться с места. В голове все крутилось: "С тобой все в порядке. С тобой все в порядке, Карен".

Только все было не в порядке. Не было ни тени порядка с тех пор, как они занимались любовью с Крэйгом. Всю неделю она впадала в панику, когда думала, как встретится с ним снова.

Она понимала, что это будет трудно, что между ними возникнут тяжелые, неловкие ощущения. И они возникли — у нее. Безоблачный сентябрьский вечер внезапно пронизало током. Сердце билось, как колокол. Кровь бросилась в голову.

Очевидно, у ее бывшего мужа не было таких смехотворных проблем. Сколько миллионов раз он вот так же входил, тратил на разговор с ней несколько секунд, а потом уходил к детям. Ничто не изменилось. Субботы вполне могло не быть. Она почувствовала облегчение и благодарность. Любовь, очевидно, ничего не значила для него.

Ужасное облегчение и сумасшедшая благодарность, сказала она себе твердо. О Господи. Потенциальные последствия, если бы любой из них еще придавал этому значение, были бы кошмарными — для детей, для нее, для них обоих. Слава Богу, она не построила никаких глупых, лживых надежд на основании одной встречи. Секс был, но просто секс. Последний и единственный раз ничего не менял. Они сожгли свои эмоциональные мосты еще до развода. И пути назад нет.

И вот сейчас, сказала себе Карен, в ближайшие секунды громадный, невыносимый комок в горле исчезнет.

Глава 4

Карен вовсе не собиралась подслушивать. Она отошла от двери и, будучи слишком взвинченной, чтобы вернуться к телевизору, пошла дальше в холл за книжкой. Не ее вина, что голоса были ясно слышны через открытую дверь кухни. Она хотела было уйти, Крэйг имел полное право поговорить с детьми наедине, но предмет разговора было невозможно игнорировать.

Дети знали, что иногда им удается втереть ей очки. С отцом они пробовали эти трюки редко. У Крэйга стиль воспитания был прямой и откровенный и, как предполагала Карен, он вынуждал ребят говорить об их чувствах. Попутно он четко выражал свои собственные.

Если Карен и питала некие томительные надежды на то, что любовный эпизод что-то между ними изменил, голос ее бывшего мужа убивал их так же бесповоротно, как дантист убивает больной нерв.

— Слушай, пап, мы извиняемся. Мы не хотели сделать больно тебе или маме.

— Вы должны извиниться перед матерью, а не передо мной. Все, чего я хочу, — это получить от вас несколько прямых ответов. Вы устроили целый заговор, чтобы свести меня и мать в бунгало вместе. Очевидно, вы имели в виду какую-то цель. Чего именно вы хотели или на что надеялись?

Карен слышала, как сын смущенно кашлянул.

— Мы просто подумали, что если в картине появится кто-то еще — парень у ма, или у тебя девушка, с которой ты встречаешься, — вы оба поймете, что еще близки друг другу.

— И ты клюнул, па! — вставила Джулия. — Сам знаешь, что клюнул. Я видела твое лицо, когда я сказала, что у мамы могут быть неприятности…

— И мама! Когда я сказал маме, что у тебя девушка, ее чуть удар не хватил. Вы же еще беспокоитесь друг о друге…

Крэйг спокойно прервал сына:

— Стало быть, вы открыли, что ваша мать и я еще имеют чувства друг к другу. Вы думали, это такая сенсация? Вы думали, что для нас двоих это будет чудесным откровением?

— Пап…

— Пап…

— Джулия, ты заставила меня поверить, что у матери неприятности. А ты, Джон, устроил ей еще более тяжелую сцену. Ну да, мы оба "клюнули". Если два человека в разводе, это еще не значит, что они перестали беспокоиться друг о друге.

— Но вот у Мэйсона родители в разводе. — У Джона от нервного напряжения задрожал голос. — Они в одной комнате не могут находиться без крика. Ты и мама никогда так не относились друг к другу.

— И это абсолютно ничего не означает, сынок. Люди разводятся по разным причинам и справляются с этим разными способами. — Крэйг заговорил рокочущим авторитетным тоном. — Я хочу, чтобы ни один из вас никогда не вмешивались в то, о чем ничего не знаете.

Его тон смягчился:

— Теперь слушайте. Вы оба. Вы думаете, мы прошли через развод просто так? Вы думаете, что мать и я стали бы терпеть все это, да и вы тоже, если хоть немного надеялись, что сможем заставить наш брак работать?

Карен взглянула на свои руки и увидела, что они так стиснули книжку, что суставы побелели. Крэйг всегда имел дар забивать гвоздь по самую шляпку, подумала она уныло.