Рини Россель - Любимый, единственный... друг

— Ты щекочешь меня! — взвизгнула женщина, схватив Джекса за плечо. Ее губы находились в сантиметре от его губ.

— Потому что ты крутишься! — рука мужчины лежала на ее груди.

На ее груди!..

— Не щекочи!

— Ты вообще хочешь, чтобы я это сделал?

— Да, да! — умоляла она игриво.

— Тогда перестань крутиться.

— Но я боюсь щекотки! Ты-то уж должен знать.

— Везде?

— Прекрати задавать глупые вопросы и сделай это наконец!

— Я оторву.

— Да! Оторви!

В голосе женщины звучало нетерпение. Или возбуждение?

— Быстрее, Джекс, ты сводишь меня с ума! Ах...

Ким моргнула. Она сказала что-то вслух? Очевидно, потому что оба посмотрели в ее сторону.

— Ким? — улыбка Джекса исчезла, и он отстранился от партнерши. — Я не...

Женщина весело улыбнулась.

— Ким? Так это вы — подруга детства, о которой я столько слышала? — Женщина фамильярно похлопала Джекса по щеке. — Дорогой, большое тебе спасибо.

Собрав со стола несколько файлов, она прижала их к той самой груди, которая совсем недавно приютила руки Джекса. По-видимому, в некоторых особенных ситуациях Трейси без труда справляется с ролью хозяйки...

По телу Ким пробежал противный озноб. Женщина направилась прямо к ней и без капли смущения представилась:

— Трейси Росс, я — партнер Джекса.

Девушке больше всего хотелось повернуться и убежать, однако ей удалось остаться внешне спокойной. Сказались годы тренировки и намертво усвоенные светские манеры.

— Как... поживаете? — дурацкий вопрос. Судя по произошедшему только что — прекрасно.

— Ну, хорошенького понемножку. Одними забавами денег не заработаешь. — Трейси послала Джексу воздушный поцелуй. — Еще раз благодарю... милый.

Она направилась к двери кабинета.

Ким было больно и тошно, будто бы она получила оплеуху. Но, в конце концов, Джекс ведь мужчина, а не монах...

Колоссальным усилием воли девушка изобразила веселую, беспечную улыбку.

— Привет!

Он молча кивнул.

— Полагаю, я немного не вовремя...

Идиотка, разве нужно напоминать ему о том, что тут произошло? Это его дело, Джекс — не твоя собственность! А что ты хотела? Чтобы он вечно поклонялся одному лишь образу Кимберли Норман, подсчитывая дни, когда той снова приспичит свалиться на голову Мастера Джекса?

— Да, немного, — ответил мужчина.

— Сюрприз!

Он молча нахмурился.

Почему Ким никогда не задумывалась об отношениях Джекса с женщинами? Да просто насколько она себя помнила, у него никогда не было подружки. И вот — партнер, женщина, да еще такая роскошная! Ее охватило горькое разочарование. Пусть они и не живут вместе, но... Трейси наверняка целовала его!

И что? Хватит, Джекс не твой. Пора отбросить навязчивые мысли!

— Извини, что ворвалась... Она очень красивая.

— Да, привлекательная.

И это все, что он мог сказать? Ким хотелось знать гораздо, гораздо больше! У них все серьезно? Он любит ее? Собираются ли они пожениться? Или просто останутся сексуальными партнерами?

Кем именно является для Джекса эта женщина?!

— Белая фата и черный смокинг уже маячат на горизонте?

Мужчина отвел глаза.

— Я бы хотел создать семью... когда-нибудь, — признался он. — Правда, Трейси не верит в институт брака.

О господи! Мелко и глупо испытывать боль, потому что он хочет на ком-то жениться. Тогда почему же она отдала бы что угодно, чтобы именно Джекс негативно отнесся к возможной женитьбе?

— Да? — девушка старалась сохранить небрежный тон. — Что ж, ты — человек, получающий от жизни то, что захочет, — заметила она, сдерживая крик: образумься! Трейси совершенно тебе не подходит!

Но почему Ким с первого взгляда невзлюбила эту женщину? Что она сделала дурного — кроме того, что стала объектом вожделения Джекса?

— На самом деле, я хотел бы объяснить...

— Глупости, — прервала его Ким. — Твоя личная жизнь меня никоим образом не касается. Ты — мужчина. Она — женщина. Вы партнеры. Это... это совершенно нормально!

Не в силах смотреть на друга, она с подчеркнутым интересом разглядывала книжный шкаф.

— Просто я утомилась придумывать развлечения для жен бизнесменов и решила заскочить в ваш офис...

А что было бы, войди она минутой позже? Может, они устроились бы на столе и развлеклись по полной программе? От этой мысли Ким затошнило. Она сделала глубокий вдох и выразительно взглянула на часы.

— О, пора бежать! Дела, понимаешь ли... — ей удалось улыбнуться. — Здесь действительно красиво.

— Спасибо.

Как это ни прискорбно, Джекс выглядел невероятно сексуально: белая рубашка и темные шерстяные брюки безукоризненно сидели на нем. Знакомый завиток — отличительная черта плохого мальчика — красовался над высоким, благородным лбом.

— Пожалуйста, не за что!

Постоянные натянутые паузы в разговоре начали угнетать Ким. Обычно она непринужденно чувствовала себя со старым другом — но не сегодня. Ее визит явно разозлил его.

Несомненно одно: прошлым вечером у Джекса вовсе не болели зубы — он просто желал Трейси. Ему пришлось выдумать предлог и сбежать, потому что некая эгоистичная особа своим неожиданным приездом поломала все его планы.

Девушка почувствовала, что у нее горят щеки.

— Ну, все... Слушай, супермаркет все равно по пути, приготовить что-нибудь особенное на ужин?

— Я не знаю, когда вернусь домой. Не беспокойся.

Ей хотелось крикнуть: ты — не беспокойство, Джекс, а мой лучший друг! Если захочешь трюфели и пахлаву, я приготовлю их! И... вообще сделаю для тебя что угодно, понятно? Я люблю тебя!

Вместо этого Ким кивнула.

— Как скажешь. Увидимся — когда увидимся...

— Хорошо.

Джекс молчал. Неловкость ощутимо витала в воздухе.

— Хорошо, ну... Привет, — крикнула девушка, выходя.

Он не ответил.

Джекс долго смотрел ей вслед. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что Ким подумала о нем и Трейси. А бессовестная Росс своими легкомысленными намеками только усугубила ситуацию. Забавы... спасибо, милый... Джексу хотелось задушить ее.

В реальности все было куда проще: Трейси потянулась мимо него за стопкой файлов, и шерстяная нитка ее дорогой мохеровой кофты зацепилась за пуговицу его рубашки. Когда вошла Ким, он как раз пытался отцепиться. А шутница Трейси нарочно разыграла двусмысленную сценку, чтобы его подразнить.

Джекс разжал кулак, и маленькая белая пуговица упала на стол. В полной тишине просторного кабинета звук ее падения прозвучал, словно выстрел. Может быть, ему следовало все объяснить?

Но, с другой стороны, если Ким все равно, зачем беспокоиться?