Эмили Джордж - Предел желаний

— Понятно. Вы предпочли выбираться самостоятельно — ночью, одна, в незнакомом городе, где всякое может случиться, — только бы не просить о помощи меня? Я прав?

— Я просто подумала, что это моя проблема.

— Позиция, достойная восхищения. Однако, похоже, что ваши проблемы как‑то сами собой стали и моими тоже.

Диана закусила губу и молча проглотила упрек. Он был прав. И пока она не придумает, как ей выпутаться из этой чудовищной ситуации, ей придется стерпеть еще не одно унижение.

— Вы, само собой, уже заявили в полицию?

— Нет. И не надо читать мне еще одну нотацию, ладно? У меня просто не было времени. Мне пришлось выбирать: ехать в полицейский участок или на пристань. Я уже опаздывала на теплоход, и…

— На теплоход?!

Девушка съежилась на сиденье. Все. Она проговорилась!

— Да. «Христофор Колумб». Я поехала в круиз, и мы заходили в Майами, и…

— Ушам своим не верю! Во‑первых, у вас нет денег. Во‑вторых, у вас нет документов. В‑третьих…

— А в‑третьих, вы умудрились представить все это так, будто произошла мировая катастрофа! Да, случилась досадная неприятность. Но не так это страшно. Я не первая пассажирка, которая опоздала на теплоход. Просто мне даже в голову не могло прийти, что корабль уйдет без меня…

— Я знаю, что вы думали, — оборвал ее Энтони.

— Что капитан задержит судно, что ради вашего удобства он причинит неудобство всем остальным. Чем вы таким занимались, что потеряли счет времени?

— Ходила по магазинам. И это было забавно. И вы правы: я действительно думала, что капитан подождет меня.

— Так, где мне вас высадить в Майами? Вы, может быть, этого не заметили, но мы уже приехали в центр города.

— Простите, — холодно отозвалась она.

— Я не заметила. Я задумалась о том, как сильно вы меня раздражаете, мистер Родригес, и как мне будет приятно с вами распрощаться!

— В последний раз, женщина: где мне вас высадить?

Диана взглянула в окно. На улицах было полно народу. Горели фонари. А впереди виднелся большой отель.

— Здесь, — выдохнула она.

Энтони подрулил к тротуару. Диана рывком распахнула дверцу, не дождавшись, пока машина полностью остановится. Отстегнув ремень, она сорвала с плеч пиджак и швырнула его на колени Энтони.

— До свидания, мистер Родригес, — сказала она, пулей вылетая из машины.

— Спасибо за этот замечательный день. Я запомню его надолго!

— Я тоже, мисс Сазерленд!

Диана захлопнула дверцу автомобиля. Энтони нажал на газ, двигатель протестующе взвыл, и машина отъехала от тротуара.

Невозможная женщина! Такая высокомерная. Такая холодная… как будто весь мир — ее собственность…

И такие ножки. Спрашивается, зачем ей было сидеть вот так — вытянув ноги вперед и скрестив лодыжки?! Запах ее духов тоже ужасно его раздражал. Как получилось, что даже дождь не смыл этот едва уловимый дурманящий аромат? И ее волосы… Дженни предложила ей расческу, ну и взяла бы ее себе, причесалась бы по‑человечески. Так нет же! Волосы высохли растрепанными прядями… и Энтони то и дело ловил себя на мысли, что вот так бы, наверное, выглядела Диана Сазерленд, поднявшись утром с постели. После долгой и сладкой ночи в его объятиях.

Слава Богу, он больше ее никогда не увидит.

Энтони надавил на газ.

Проехав кварталов шесть, он резко нажал на тормоз и остановился у края проезжей части.

Денег у нее нет. Кредитных карточек тоже. Чем она будет расплачиваться в отеле? Документов тоже нет. У нее могут возникнуть серьезные неприятности.

А тебе‑то какая разница? — убеждал он себя. Он ее раздражает, она его — тоже. У него с ней взаимная неприязнь. Она сама говорит, что это ее проблемы. Вот и пусть объясняется с управляющим в отеле. Равно как и с полицией.

Энтони забарабанил пальцами по рулю. Если она сунется в полицейский участок, все может закончиться тем, что ей придется провести эту ночь за решеткой. А то и все выходные, если только она не сумеет убедить какого‑нибудь офицера отпустить ее. А дальше что?

Хотя ей, в общем‑то, не повредило бы провести пару ночей за решеткой. Такой дамочке это пошло бы только на пользу.

— Черт побери! — выругался он снова.

Потом отъехал от тротуара и, развернувшись в неположенном месте, понесся обратно.

Он успел как раз вовремя. Когда Энтони выехал из‑за угла, Диана выходила из отеля. Подбородок вздернут, плечи развернуты — этакая королева. Но что‑то подсказывало ему, что настроение у нее не самое бодрое.

Швейцар у дверей посмотрел на нее как‑то странно, и Диана ускорила шаг. Какой‑то мужчина выбежал из подъезда. Он что‑то сказал швейцару, и тот шагнул следом за девушкой.

Энтони перегнулся через сиденье, открыл переднюю дверцу на пассажирской стороне и нажал кулаком на гудок.

— Мисс Сазерленд!

Она нерешительно приостановилась, глядя на дорогу. Он позвал ее еще раз и вдруг увидел, что лицо у нее просияло, а губы беззвучно произнесли его имя.

— Садитесь.

Диана бегом бросилась к нему.

— О, мистер Родригес, — выдохнула она, — вы подоспели как раз вовремя!

Глаза у нее буквально горели от возбуждения. Ему вдруг захотелось сделать хоть что‑нибудь… но что? Схватить ее за плечи и как следует встряхнуть? Или поцеловать ее и целовать до тех пор, пока она не ответит на его поцелуи?

— Жалко, мистер Родригес, вы не видели, как это все было. Точно как в шпионском боевике. Я хотела снять номер…

— Да вы что, рехнулись? — грубо перебил ее Энтони.

— Или вы думаете, что все это игра? Вы рассчитывали, что вам предоставят номер люкс и скажут, мол, не беспокойтесь, заплатите позже — на будущий год?

Ее улыбка мгновенно погасла.

— Прекратите на меня орать! И не смотрите на меня так, будто… будто я нуждаюсь в няньке!

— Вот именно в няньке вы и нуждаетесь, — в ярости выпалил Энтони.

— Что вы сказали управляющему отелем, который гнался за вами?

— Правду. Что я была в городе на экскурсии, что у меня вырвали сумку, что я опоздала на теплоход.

— А он видел перед собой какую‑то странную женщину, у которой был такой вид, словно она спала в одежде.

Диана покраснела и безотчетно провела рукой по волосам.

— Знаю, я выгляжу ужасно, но…

Она выглядела отнюдь не ужасно. Пусть даже растрепанная и всклокоченная, она все равно оставалась очень красивой женщиной. Сейчас она даже показалась Энтони гораздо красивее, чем тогда — на банкете в Новом Орлеане. Потому что теперь это была живая женщина, а не холодный манекен.

Энтони нахмурился. Ему‑то что до того, как она выглядит? У него есть проблемы и поважнее. Например, что с ней делать.