Бетти Монт - Тихая гавань

Он сурово ответил:

— Не стоит пытаться. Мне бы очень не хотелось сажать вас за решетку.

— Напротив, вы были бы рады упрятать меня, — заявила она, наморщив розовые дразнящие губы. — Мужчины любят демонстрировать свою силу. Тирания — их призвание.

Лоренс не стал больше с ней спорить. Он повернулся, чтобы уйти, но в этот момент дверь распахнулась и из дома вывалилось шумное сборище, тут же окружившее его. Здесь были пара собак, которые виляли хвостами и норовили лизнуть его в руку, полудюжина вопящих детей в неопрятных джинсах и свитерах, три пожилые леди в цветастых передниках и старик в грязных ботинках и комбинезоне.

Лоренсу следовало бы кинуться прочь, но он замешкался, рассматривая женщин и гадая, нет ли среди них его матери. Ни одну из них он не признал, но это и немудрено после двадцатипятилетней разлуки. Впрочем, Мэй говорила, что его мать хрупка и болезненна, а это описание не подходило к присутствующим здесь. Женщины казались вполне крепкими и деятельными, несмотря на то что обеим было никак не меньше семидесяти.

— Он забрал нашего щенка и собирается его утопить, — рыдал один из мальчишек. — Вели ему отдать щенка обратно!

Мэй в этот момент здоровалась с собаками, трепля их по загривкам и стараясь увернуться от дружественных языков.

— Какой щенок? — спросила она у самого высокого паренька с копной рыжих волос и глазами цвета ирисок.

Старик сварливо ответил:

— Они где-то подобрали его и притащили с собой в дом. Как будто здесь и без того мало собак, вечно путающихся под ногами!

— Он мой, — вмешался самый маленький мальчик с огненно-рыжими волосами. — Мы прилетели сюда на моем космическом корабле.

— Космическом корабле? — переспросила Мэй.

— Она привезла его на своей тачке, — пояснил мальчик постарше.

Она? Так это девочка?

Мэй улыбнулась малышке, потрепав ее по голове.

— Где ты его нашла, Бетти? А вдруг у него есть хозяева? Они могут беспокоиться, мы должны дать им знать, что со щенком все в порядке.

— Не стоит! — фыркнул старик. — Они были счастливы от него избавиться.

— Миссис Пирс, — пояснила Бетти, — сказала, что он никому не нужен и я могу его взять. А я ему понравилась. Он пошел за мной, лизнул меня в лицо и запрыгнул в мой космический корабль, но Билл сказал, что утопит его. Не разрешай ему, Мэй, пожалуйста… — И слезы заструились по ее маленькому лицу.

— Здесь и так уже полно животных — две собаки, три кошки. Пора наконец остановиться! — не унимался старик.

— Я ненавижу тебя, ненавижу! — воскликнула Бетти, пнув старика в лодыжку с неожиданной силой и яростью.

Тот отпрыгнул.

— Эй ты, прекрати!

Словно по сигналу дети ринулись вперед, явно собираясь тоже напасть на него, однако Мэй резко воскликнула:

— Стоп! Ведите себя как следует!

Те неохотно подчинились, не сводя со старика возмущенных взглядов и сердито сопя.

— Он гадкий! — все еще сквозь слезы выкрикнула Бетти.

— И потом — это вообще не его дело! — горячо подхватил самый высокий мальчик ломающимся от волнения голосом, отчего показался Лоренсу странно трогательным, застрявшим на полпути от ребенка к мужчине.

Мэй достала носовой платок и вытерла мокрое личико Бетти.

— Ты отлично знаешь, что нельзя пинать старших, Бетти.

— Даже тогда, когда они этого заслуживают? — спросил высокий мальчик.

Мэй казалась смущенной.

— Даже тогда, Мэтт, — сказала она наконец.

Дети нахмурившись отступили. Лоренс уже понял, что на самом деле детей было не шестеро, а только трое. И судя по цвету волос, они, возможно, имели какое-то отношение к Мэй.

Скотт, выйдя из машины и поднявшись по ступенькам, спокойно спросил:

— Вы идете, мистер Хейз? Я должен вернуться к Марте, иначе мы опоздаем в кино.

Мэй, обернувшись, посмотрела на Лоренса. Дети, пожилые женщины и старик также испытующе уставились на него.

— Это он? — прошептал кто-то из детей, и Мэй кивнула, приложив к губам палец.

Похоже «Тихая гавань» в данном случае является синонимом сумасшедшего дома, решил Лоренс. Его жизнь всегда была четко спокойной и размеренной, он существовал в мире блеклых красок и приглушенных голосов. Поэтому его помимо воли заворожила эта совершенно новая вселенная, внезапно открывшаяся перед ним.

— Поезжайте, Скотт, нельзя заставлять Марту ждать. Я возьму такси, — небрежно сказал Лоренс.

Шофер кивнул.

— Да, сэр.

Он почему-то улыбался, словно одобряя хозяина, хотя Лоренс и не мог представить за что. Он слегка покраснел от раздражения и смущения. А когда машина отъехала, почувствовал неодолимое желание броситься за ней следом. Однако в этот момент маленькая ручка ухватилась за его пальцы. Он посмотрел вниз и столкнулся со взглядом светло-зеленых глаз Бетти.

— Пойдемте, я покажу вам моего щенка. Вы любите щенков?

— Не потакайте ей, — проворчал старик. — У нас уже есть две собаки? Нам совсем ни к чему еще одна, а этот щенок даже не приучен к дому, все кругом обгадит. Он уже порвал половик при входе… изодрал в клочья, да-да!

— Да забудьте вы о старом половике! Он не стоит и двух центов. Я считаю, что нельзя топить бедняжку, — сказала бодрая седовласая женщина, чей голубой передник в точности соответствовал цвету глаз. — Я быстро научу его, как вести себя в доме.

— Ах вот вы как! Подрываете мой авторитет? — нахмурился старик.

— Какой авторитет? — фыркнула женщина. — Что вы о себе мните? Эти дети абсолютно правы… Хороший пинок — вот что вам нужно, Билл!

— Нэнси! — прервала ее Мэй. — Пожалуйста, давайте прекратим пререкаться! Бетти, покажи мистеру Хейзу своего щенка, но не забывай, что скоро ужин и вы должны успеть помыть руки.

Бетти доверчиво посмотрела на Лоренса.

— Она так любит командовать!

— Да, я это заметил, — сказал Лоренс, которого совсем не интересовал щенок. Однако он смирился с мыслью, что ему придется познакомиться с ним, независимо от своего желания. Эти дети были очень похожи на Мэй. Эдакие паровые катки в человеческом обличье…

3

Когда он вволю «налюбовался» щенком, почти целиком состоявшим из огромных глаз и грязных лап, Бетти, очевидно решившая, что Лоренс — ее собственность, устроила ему экскурсию по наиболее примечательным местам сада. Щенок сопровождал их, радостно виляя хвостом.

Лоренс покорно осмотрел золотистые нарциссы, рассаду гиацинтов в самодельных ящиках — море зеленых ростков, которые, как уверяла Бетти, вскоре превратятся в море душистых колокольчиков. Увидел он и кедр, на который вскарабкался юный Мэтт и, оседлав ветку тощими ногами в грязных джинсах, свысока взирал на оставшихся внизу. В то время как щенок, продираясь сквозь густую траву, облаивал все потайные местечки в зарослях кустарника, где, как сказала Бетти, находились шалаши.