Патриция Нолл - Белые розы Аризоны

Разливая лимонад по высоким бокалам, она услышала громкие шаги на террасе. Вошел Сет в сопровождении троих мужчин, и все они, желая помыться, выстроились в очередь в коридоре, чтобы войти в ее, как она уже считала, ванную комнату.

Едва звуки шагов достигли ее слуха, Жанна немедленно скинула с себя передник, разгладила и взбила пальцами волосы, слипшиеся от стоявшей в кухне жары.

Остановившись возле двери ванной, Сет заглянул в кухню и безо всякого стеснения оглядел Жанну с ног до головы, а затем наоборот — от рыжеватых волос до пальцев ног, и, остановив свой взор на ее разгоряченном лице, несколько секунд не отрывался от него.

Что-то мелькнуло в его глазах. Жанну обдало жаром, она вздрогнула, губы ее сами собой сложились в улыбку. Заметив это, Сет моментально нахмурился и прошел в освободившуюся ванную. Спустя несколько минут вся четверка вошла в кухню.

Не иначе как он напрочь забыл об этом необъяснимом моменте, подумала Жанна, в свою очередь стараясь принять безразличный вид. Сет осведомился о самочувствии Эмми и представил Жанне двух юношей, пришедших с ним, — Стива и Гаса Коллинзов.

— Их бабушка — лучшая подруга Эмми, — пояснил он. — Парни захотели поработать у нас, чтобы узнать на собственной шкуре, какова жизнь на ферме.

Да, Эмми упоминала свою подругу. Интересно, как Сет чувствует себя в компании таких молокососов?

Гас и Стив, загорелые блондины, чрезвычайно походили друг на друга. Высокие — оба выше Сета — и худые, как все юноши в их возрасте. Интуиция подсказала Жанне, что они абсолютно невинны — точь-в-точь как ее собственные братья.

Третьего из пришедших Сет представил как Хосе. Испанец в летах, с выразительными карими глазами и мягким голосом, в знак приветствия дружелюбно улыбнулся Жанне. И он, и Коллинзы, выдвигая стулья и занимая свои места за столом, с жадностью поглядывали на блюдо с перцем.

Зато Сет вел себя совершенно иначе. Обозрев стол, он снова нахмурился.

— Жанна, выйдем на минутку, мне надо с вами поговорить.

— Хорошо, — сказала она, гася улыбку и выходя вслед за ним на террасу.

— Так вот что вы имели в виду, говоря, что «немножко» умеете готовить? Вы умеете подогревать консервы?

Жанна закусила нижнюю губу. Наступил момент, которого она страшилась! Но не станет же она лгать!

— Да.

— Выходит, вы не в ладах с истиной. И всегда так?

Жанна в смущении теребила цепочку у себя на шее, не смея взглянуть ему в глаза.

— Но ведь скажи я вам правду, вы бы меня ни за что не взяли!

— Вот это точно!

— А я между тем умею печь, да и всему остальному смогу выучиться, если…

— Печь умеете, а готовить — нет? Забавно.

— Ничего забавного, я… Впрочем, подождите.

Круто повернувшись, Жанна бросилась обратно в кухню, мигом выхватила из ящика стола нож, не обращая внимания на глазеющих на нее работников, отрезала от торта кусок, швырнула на тарелку и, схватив по дороге вилку, выбежала обратно на террасу. С вызовом глядя на Сета, она подцепила на вилку кусочек торта и поднесла к его рту:

— Вот! Попробуйте!

Сет взглянул на нее мрачно, но деваться было некуда — или он раскрывает рот, или торт падает ему на подбородок, — и он послушно разжал губы, словно раскапризничавшийся ребенок, поддавшийся уговорам матери.

Жанна занесла было опустевшую вилку над тортом, чтобы отрезать следующий кусок, но Сет схватил ее руку. Прожевав и проглотив, он удивленно хмыкнул и произнес, к радости Жанны:

— Не так уж и плохо, черт возьми!

Высвободив руку, Жанна торжествующе улыбнулась.

— Это изумительно вкусно!

Еще бы! Франсуа раскрыл ей все свои секреты, а уж он-то мастер хоть куда!

— И все же, — Сет поднял брови, — ваша профессиональная пригодность вызывает большие сомнения.

Жанна почувствовала, что вспыхнула, но сочла за благо воздержаться от ответа.

— Готовить вы не умеете.

Жанна показала на тарелку:

— Разве это не доказывает, что умею?

— Да оставьте! — Сет провел рукой по своей шевелюре. — Надо же, какого я свалял дурака, привезя вас сюда. Такой неженке, как вы, здесь не место.

Обиженная, Жанна начала что-то бормотать, протестуя, но Сет поднял руку, призывая ее к молчанию. Вид у него был усталый и огорченный, и Жанна, справедливо сочтя, что причиной тому она, почувствовала себя виноватой.

— Ну что поделаешь, — проворчал Сет, — вы уже здесь, а Эмми не в силах вам помочь. Давайте завтра я покажу вам, как готовить бифштексы. Смысла особого в этом нет — вы же пробудете у нас недолго, — но все же…

Проглотив обиду, Жанна с благодарностью улыбнулась Сету.

— Чудесно! Я быстро постигну эту науку. Даже не сомневаюсь.

— Который раз я уже сегодня это слышу?!

От благодарности, переполнившей душу Жанны, не осталось и следа.

— Вот увидите, я…

Раздался громкий стук сапог по лестнице, ведшей на террасу. Преодолев последние ступени, к ним присоединился еще один работник ранчо — высокий и стройный мужчина, но уже лысый, что выяснилось после того, как он снял шляпу.

— Тебе, Сет, надо бы поспешить к Голди. Мне кажется, что жеребенок уже идет. Во всяком случае, начались родовые схватки.

— Спасибо, Баркер. Бегу. Оставайся и поешь, — предложил Сет, махнув рукой в сторону кухни. — А после ужина посмотри вместе с ребятами ворота на южном пастбище. Я сегодня ехал мимо и заметил, что они еле держатся. Не иначе как новый бык пытался их пробить.

Бросив на Жанну уничижительный взгляд, яснее всяких слов выражавший отношение к приготовленному ею ужину, Сет направился к двери. Горя желанием продолжить дискуссию, Жанна поставила тарелку на какой-то шкафчик возле двери черного хода и поспешила за ним следом. Сет чуть ли не бежал, делая огромные шаги, и Жанна, запыхавшись, с трудом за ним поспевала, но, споткнувшись о кочку, еле удержала равновесие, а Сет за это время успел миновать спальный барак, затем хозяйственные постройки и вошел в конюшню.

Она вбежала следом за ним. Конюшня встретила ее незнакомыми, но приятными запахами сена и хорошо ухоженных животных. На стенных крючках были развешены различные инструменты и упряжь. У боковой стены на копне сена важно восседала, словно царица на троне, огромная пятнистая кошка. Такой большой Жанна никогда не встречала. У задней стены были расположены денники. В одном из них слышалось тихое жалобное ржание.

Сет, успевший опуститься на колени, при ее приближении поднял глаза.

— Вы, конечно, собираетесь продолжить наш спор, но, раз уж явились, может, какая-нибудь польза от вас будет.

— Польза? — не без ужаса переспросила Жанна, делая шаг вперед, хотя ноги ее как чугуном налились. Никогда ей не приходилось присутствовать при родах, хотя бы и лошадиных. Но она заставила себя заглянуть в денник и увидела, что кобыла лежит на боку.