Случайный наследник - Настя Ильина

так будет лучше для всех. Для неё в первую очередь. Ей ребёнка точно не вытянуть, а я могу. Финансы позволят поднять достойного наследника на ноги. И она должна понимать это.

Когда Яков заводит девушку в гостиную, я тут же прошу прислугу принести нам чай с какими-нибудь сладостями, которые нравятся девчонкам.

Настроенной на нормальный разговор Мария не выглядит, но это не имеет особого значения. Ей придётся выслушать меня, и я надеюсь, что она услышит всё, что я хочу ей сказать.

Мария молчит. Она не пытается спорить со мной, выставлять себя правой или что-то вроде того, и мне нравится её смиренность. Вспоминаю девчонку, которая свела меня с ума три года назад. Тогда я впервые посмотрел на девушку, как на возможную спутницу, с которой мне хотелось бы встретить старость, но отец убедил меня, что такие бредни существуют только в сказках для маленьких девочек. Не получится с одной и до конца дней. Не бывает такого.

— У меня есть для тебя интересное предложение, — стараюсь мягко начать разговор я.

— Яков сообщил причину столь резкой необходимости явиться сюда. Уверен, что твоё предложение покажется интересным и мне тоже? — спрашивает Мария.

Вижу, что она боится меня, но в то же время старается не показывать свой страх, выставляет грудь вперёд и выглядит чересчур сильной. Смотрит в глаза с уверенностью, словно готова до последнего вздоха биться за свою правоту. И я понимаю её. Наверное, я вёл бы себя точно так же на её месте.

— Маша, мы оба оказались в крайне неловкой и некрасивой ситуации. Если честно, я не думал, что снова когда-то встречусь с тобой.

— Всё верно, следы прошлого нужно оставлять там, где им самое место, — кивает девчонка.

— Наверное, ты права, но дело не в этом. Ты многого не знаешь, а объяснять сейчас не вижу смысла. То, что я ушёл, не попрощавшись…

— Никита, — останавливает меня голосом Маша и смотрит на меня своими искренними глазами, в которых плещется отчаяние. — Прошу тебя, не надо. Всё это осталось в прошлом и не имеет совершенно никакого значения в настоящем. Ты хотел поговорить о конкретной ситуации, а не о причинах нашего расставания. Они мне уже не интересны. Ты ушёл, имел на это полное право, а теперь не следует вздыхать о том, что не вернуть назад.

— Да, конечно. Ты права! — киваю я.

Кажется, я слишком много соглашаюсь с еей, а ведь пригласил её сюда совсем не для этого. Я хотел мягко убедить её в том, что она не права, и она должна будет прислушаться ко мне.

— Мы оба оказались в безвыходном положении. Тебе ребёнок не нужен, поэтому следует мирно урегулировать данный конфликт.

Прислуга приносит чай с конфетами, зефиром и какими-то пирожными, и я чувствую, что горло сдавливает комом. Тошнит от всех этих приторных сладостей. Тошнит от собственного поведения. Я привык брать всё, что хочу, получать от этой жизни максимум удовольствия, а теперь сижу перед девчонкой из прошлого и не могу найтись со словами. У меня возникло такое чувство, словно я ей должен что-то, но сам не понимаю, что именно. Падать в ножки и молить простить меня за расставание не буду. Мне тоже было больно тогда, но ей совсем необязательно знать правду.

— Как ты хочешь урегулировать данный конфликт? Я вижу, что тебе этот ребёнок не нужен в первую очередь. Что ты хочешь сделать, Никита? Как исправить ситуацию? — спрашивает Мария, берёт в руки чашечку с чаем и трясущейся рукой подносит к губам.

— Мне ребёнок нужен, — пытаюсь спорить, пусть в её словах есть истина. Мне он необходим для достижения конечной цели, получения наследства. На этом точка. — Впрочем, я всё обдумал, и я потяну финансово воспитание наследника, а ты — нет.

— Мне будут помогать родители. Вытянуть финансово ребёнка совсем не первостепенная задача. Ему нужна любовь. Кого ты воспитаешь, если не будешь любить малыша? — спрашивает Мария.

— А ты будешь? Ты ведь не планировала рожать так рано, тем более от меня. Кто-то допустил грубую ошибку, и ты оказалась беременной, но это совсем не означает, что тебе придется взваливать тяжелый груз на свои плечи.

— Никита, я не оставлю ребёнка! — отрицательно мотает головой Мария. — Я полюблю его. Малыш будет нуждаться в материнской любви и ласке. Как я смогу спать спокойно, зная, что предала маленькую крошку, которая досталась мне по воле судьбы. Скажи мне честно, зачем тебе нужен ребёнок? Ты мог обратиться в репродуктивный центр только в случае крайней необходимости. Что именно заставило тебя сделать это? Ты смертельно болен и потому решил завести ребёнка, чтобы всё твоё состояние досталось ему?

Наивная…

Какая же она наивная и простая.

Всё куда сложнее.

Я стискиваю зубы и молчу, потому что не могу сказать ей правду. Если скажу, то она сразу же встанет в штыки, не захочет даже слушать меня.

Да что там говорить?

Девчонка наверняка возненавидит меня, назовёт алчным психом.

Ненависть — последнее, что мне хочется видеть в её взгляде.

Важно вести себя крайне осторожно в разговорах с девчонкой. Смотрю на неё, беру в руки конфету, которые уже лет сто не ел, медленно снимаю фантик и отправляю её в рот. Маша тоже наблюдает за мной, и по выражению её лица понимаю, что моё молчание её не устраивает.

Она ждёт конкретный ответ, который я пока не хочу давать.

Не готов.

— Потому что я могу позволить его себе? — спрашиваю у девчонки, а она покачивает головой, словно осталась неудовлетворенна моими словами.

Часть 11. Никита

— Вижу, тебе не нравятся мои слова, но ты хотела получить правду, ты её получила. Почему теперь так странно смотришь на меня? Я ведь сказал тебе, когда у тебя есть деньги, ты можешь позволить себе много всего. Я захотел ребёнка, но не собираюсь ограничивать свою свободу. В чём проблема, Мышка?

Мария вздрагивает, ставит кружку с чаем на стол и мотает головой.

— Проблема в том, что ребёнок станет простой игрушкой в твоих