Tanza Liz - Жизнь как теннис

Повернувшись вполоборота, ответила Реджина, – мисс Свон, вы не забывайте, что вскарабкивалась на эту высоту сама и завоевывала все свои титулы сама. А вы ничего обо мне, не зная, говорите, что я из себя представляю, хотя я когда вы появились, не говорила о вас вообще.

– Реджи, пожалуйста, не заводись, у девушки много амбиций, – взяв под руку брюнетку, сказал Гордон.

– Почему же не знаю, мисс Миллс, я прекрасно вас знаю. Вторая ракетка мира, многократная чемпионка турниров Большого Шлема. Вот только знаете, что мне интересно, если я не ошибаюсь, вы за свою карьеру ни разу даже не выходили в четвертьфинал здесь. Так почему же сейчас вы так уверены в своей победе? Или может, вы что-то скрываете? – видя, как подошел Джонс, Эмма успокоилась и совершенно спокойным голосом спросила Реджину.

– Вы, и, правда, много знаете о моей карьере. Да я не отказываюсь от того, что я самоуверенна в победе именно на этом турнире. Но у меня есть вопрос к вам. Если бы мы были сейчас на Уимблдоне, вы бы также говорили о моей самоуверенности, при том, что я три года подряд выигрываю этот турнир? И почему именно сейчас вас задело, что я говорю, хотя я всегда заявляла о своей победе? – улыбаясь, спросила Реджина.

Все взоры только и были направлены на дам, все гости в зале замолчали и только и ждали реплики то с одно, то с другой стороны. Эмма посмотрела по сторонам и широко улыбнулась.

– А вы умете собрать публику, мисс Миллс, – ехидничала Свон, – может, поговорим без зрителей и камер?

– Но вы тоже от меня далеко не ушли, они смотрят не только на меня одну. А пообщаться с вами без прессы я смогу завтра после игры. Согласны? – спросила Миллс, зная, что у Свон игра сразу после ее встречи.

– Отличная идея. Во сколько у вас игра? – спросила Эмма, она не любила узнавать раньше времени свое расписание и тем более не знала когда игры у соперниц.

– В 12:00. Я справлюсь за полтора часа и буду готова с вами пообщаться, – сказала Реджина.

– Но, Реджи, у нее же… – но грозный взгляд и удар локтем от Реджины, вовремя остановил Джефа.

Эмма вспомнила, что у нее у самой игра назначена на час дня и даже если бы она захотела, она не могла быть настолько уверенной на быстрый исход матча.

– Простите, мисс Миллс, могу предложить более позднее время. Игры здесь не только у вас, и я в отличие от вас уважаю своих соперниц и не могу точно сказать, во сколько закончится моя игра. Как на счет 5 вечера?

– Я тоже уважаю своих соперниц. Хорошо, тогда назначайте время и место, мне очень интересно, что вы мне скажите, – сказала Миллс.

– Вы уважаете? – усмехнулась блондинка, – если бы вы уважали, то не стали с такой легкостью говорить, что выиграете титул, и уж, тем более, что справитесь всего за 1,5 часа с соперницей. На счет времени я вам сказала. Вы даже сейчас не слушаете других, а место выбирайте сами, мисс Миллс, – с вызовом ответила Эмма.

– Я просто хорошо изучила свою статистику игр и знаю, сколько примерно уйдет на матч. А вас я прекрасно слышала и меня устраивает 5 вечера. Тут есть ресторан, я закажу там столик на свое имя и буду ждать вас там. А теперь я должна пообщаться с людьми, а то вдруг они подумают, что я их не уважаю, – кокетливо съязвила Реджина.

– Да всем уже известно ваше мнение о них, мисс Миллс. До завтра, я надеюсь, вы не опоздаете, а то, как я вижу даже тут, вы ведете себя бестактно, – кинула блондинка и, не оборачиваясь ни на тренера, ни на Саймона вплотную прошла мимо брюнетки и, посмотрев в ее карие глаза, покинула помещение.

Видя как Эмма, хоть и спокойно, но прошла мимо Тины с таким лицом, будто готова разорвать первого встречного на куски и скрылась за дверьми зала, Паркер быстро поднялась и остановила Джонса, который уже собирался догнать свою ученицу.

– Стой, Киллиан, подожди, – беря его под руку, остановила Тина.

– О, Тина, здравствуй, не заметил тебя сегодня, – чуть приобнял он девушку и тут же устремил свой взгляд на двери, собираясь проследовать к ним, – извини, давай позже поговорим…

– Нет, не ходи за ней, – видя, как вырывается мужчина, просила Паркер, – я сама с ней поговорю, ты только хуже сделаешь.

– Тина, мне нужно ей объяснить, как себя вести с такими, как Миллс.

– Джонс, а разве после интервью она тебя послушала? Пусть подышит воздухом, поразмыслит. Не нужно ее сейчас трогать, Миллс умеет напрячь обстановку до предела, и Эмма вовремя ее остановила, предлагая встречу.

– Да это она разумно сделала, а то я уже представлял себе заголовки завтрашней прессы – «Эмма Свон и Реджина Миллс сыграли, не выходя на корт», – засмеялся мужчина.

– Вот видишь, Эмма умеет держать удар. Не беспокойся за нее, иди к гостям, а я прослежу, чтобы она не наделала глупостей.

– Ты права, Тина, меня она и не послушает. Ладно, увидимся позже, ты ведь присоединишься к нашей тренировке послезавтра? – спросил Джонс, понимая, что хороший спарринг-партнер Эмме сейчас не помешает.

– У меня игра послезавтра, но я с удовольствием проведу вечернюю тренировку с вами, – улыбнулась Тина и, оставив Джонса, проследовала из зала.

«Да что я такое делаю? Зачем мне вообще с ней встречаться? Почему она так задевает именно меня? Неужели я завидую ей… Да, нет, чему можно завидовать? Наглой самоуверенности и пренебрежению к другим? Да она просто самовлюбленная эгоистка, которая ни во что не ставит ни меня, ни других. Ничего, ничего я еще покажу себя. Я выгрызу любую глотку лишь бы пройти в финал, и встретиться с ней» – думала блондинка и не заметила, как оказалась на крыльце гостиницы перед взорами различных фотокамер и папарацци. Она всем им мило улыбнулась и не стала дожидаться, пока они завалят ее вопросами быстрой походкой отошла от крыльца и скрылась за угол здания.

Уже был вечер, но Эмма не чувствовала холода, хоть и была одета в короткое платье. Смотря на вечернее небо, она откинула, наконец, мысли о брюнетке и немного, расслабилась, вспоминая свой родной городок, отца который сейчас далеко и не стал приезжать на турнир. Он никогда не приезжал на игры дочери. Она не просила его об этом, но он прекрасно понимал, что Эмма не могла сосредоточиться и хорошо отыграть в его присутствии. Она была дерганная и постоянно отвлекалась, хотя никто кроме него и Джонса не замечал этого, даже сама девушка. И турнир в самом начале ее пути с Джонсом убедил его в этом окончательно. Эмма получила значительную травму плеча, которая следовала за девушкой в течение всей ее дальнейшей карьеры и могла обостриться в любой момент и на любом турнире. Она получила ее в матче своего второго турнира WTA против сильнейшей уже на тот момент Марии Шарахниной, и ей пришлось сняться с матча. На том матче и был Дэвид Свон. Эмма долго боролась с последствиями травмы, но уже через месяц реабилитации и месяца напряженных тренировок, чемпионатов и проигрышей она выступила на трех крупных турнирах в конце сезона и в каждом из них доходила до решающих стадий.