Опасное знакомство (СИ) - Лоранс Полина

Коллектив цеха с любовью отзывался о Кирилле Андреевиче. Рассказывали, что в прошлом году все получили солидную премию, а на швейной фабрике состоялся фуршет для сотрудников. Славно повеселились, босс даже потанцевал с некоторыми швеями.

Это, безусловно, произвело фурор. Счастливицы до сих пор вспоминали, какая твёрдая у шефа рука и какой восхитительный парфюм.

— Вот это мужчина! Богач, красавчик, а совсем не высокомерный, не жлоб. А то бывают начальники, для них обычные люди — пыль.

Я с удовольствием слушала наших дам, эти разговоры бальзамом проливались на сердце. Мне было очень приятно, что мой кумир пользуется уважением и любовью коллектива. Без сомнения, он этого заслуживает!

Решила специально к празднику сшить вечернее платье: вдруг Кирилл Андреевич со мной тоже потанцует? Постараюсь выглядеть так, чтобы он не смог меня не заметить.

Взяла у Лизы шпильки и вечером ходила в туфлях по коридору — тренировалась.

— Сонь, ты чего тут маршируешь, как солдат на плацу? — удивился наш сосед Вова с отделения информатики. Он с тоской посмотрел на мои голые коленки — я была в шортах и топе. Осенью мы страшно мёрзли, зато зимой отопление в общежитии врубили на полную мощь, и теперь в нашей комнатушке была Африка.

— Гуляю, — с независимым видом ответила я. — Проветриваюсь, жара у нас, дышать нечем. А куда ты смотришь?

— Ножки у тебя зачётные, Воробьёва, — сумрачно пробубнил Вова.

Он классный парень. На первом курсе, когда мы с Лизой только привыкали к столичной жизни и чувствовали себя совершенно потерянными в гигантском мегаполисе, Вова нам всё объяснял. На втором курсе мы полгода пользовались его утюгом, когда наш сломался, а накопить на новый не получалось. А однажды Панкратов неделю подкармливал нас колбасой и редиской, когда мы вывалились из бюджета и умирали от голода, хотя сам в тот момент был на нуле.

В общем, Вован — настоящий друг, в беде не бросит.

— Сонь, пойдём в кино?

— Какое кино, Панкратов? Сессия, экзамены! Ты забыл?

— Воробьёва, не дерзи старшим! Идём в кино, я сказал.

— Ты меня старше всего на три месяца!

— Я и говорю, не дерзи!

Вова перегородил мне путь, а я встала в позу сахарницы — руки в боки — и картинно отставила ногу в сторону. Так делают манекенщицы, когда дойдут до конца подиума.

— Воробьёва, ну давай просто в парке погуляем? Ты же хочешь проветриться. — Панкратов прожёг мою отставленную ногу лазерным взглядом.

— Так уже поздно, Вовочка!

Я протянула руку и взъерошила тёмную чёлку соседа, а потом обошла его и продолжила путь по коридору. Старалась не сгибать колени и плавно двигать бёдрами. Сзади послышался душераздирающий Вовин вздох. Видимо, я всё делаю правильно — не зря смотрела обучающие видео на ютубе!

* * *

Целую неделю параллельно с основной работой я занималась тем, что разрабатывала модель толстовки. Это была мой первый самостоятельный проект. Я очень волновалась, когда распечатала финальный вариант и принесла его Дане.

Что она скажет?

— Дана, посмотри, пожалуйста. Я здесь кое-что придумала.

— Кхм… Давай-ка сюда… Так-так…

Ни жива ни мертва, я стояла около стола начальницы, пока та рассматривала мой эскиз. Думаю, такая толстовка запросто станет хитом. Карманы интересной формы, угловатая пройма, а на капюшоне оригинальный клапан под застёжку. Нигде ещё такого не видела, мы будем первопроходцами!

— Сонечка… Если честно, то мне как-то не очень. — Дана отодвинула рисунки и пожала плечами. — Только не обижайся, зайка, хорошо?

— Не нравится? — обескураженно выдавила я.

— Кажется, мне уже где-то попадалось нечто похожее.

— Нет, Дана, нет! Я всё сама придумала.

— Солнышко, ты просто совсем маленькая и неопытная, — снисходительно улыбнулась Дана. — Тебе кажется, что ты всё придумала сама, но суть в том, что в этом мире всё вторично.

— Да нет же! Я…

— Вероятно, ты видела краем глаза рекламу спортивной одежды. Твоё подсознание за это зацепилось и переработало картинку.

— Не может быть, Дана! Я сама! Может, покажем эту модель Кириллу Андреевичу, а? Вдруг ему понравится.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Понимаешь, надо, чтобы наш филиал генерировал действительно свежие идеи. Поэтому я не могу взять в работу твой эскиз, прости. Не думаю, что стоит его показывать шефу. Но ты, Соня, не зацикливайся на неудачах, иди дальше.

— Я не считаю эту модель неудачей, — тихо пробубнила я.

— Извини, если обидела. Ты очень талантливая девочка, Соня. Ты ещё придумаешь массу интересного, не расстраивайся.

Не расстраивайся! Да она меня убила своим приговором!

Я вернулась к столу и засунула эскизы в нижний ящик, чтобы больше их не видеть и не переживать. Затем направилась к манекену, на который накалывала булавками трикотажный топ.

На глазах выступили слёзы. Заявление Даны прозвучало так, будто я подсмотрела у кого-то модель толстовки. Но я ведь специально проверяла в интернете и не нашла ничего подобного!

* * *

Как обычно, своим горем я поделилась с подругой. Хорошо, что у меня есть Лиза, она всегда поддержит и успокоит. Вряд ли поодиночке мы бы смогли выжить в столице, не справились бы.

— Да что ты её слушаешь! — возмутилась Лиза. — Езжай к Казанцеву и покажи ему эту толстовку.

— Я не могу действовать за спиной у Даны, так нечестно. Она столько добра для меня сделала.

— Сколько? Отправила тебя к подлой Оксанке?

— Возможно, сейчас Дана права… Моя модель вторична, мне не удалось найти оригинальную идею.

— Твоя начальница просто тебе завидует и боится, что Казанцев заметит твои успехи.

— Господи, как Дана может мне завидовать? Она почти богиня.

— Серьёзно? Богиня? Какая же ты глупышка, Сонь, ничего не понимаешь. Тебе девятнадцать, а она старуха! Видела я твою Дану, когда к тебе в цех приезжала. Ей почти тридцатник, это зашибись какой кошмар.

— Ей всего двадцать семь, не выдумывай, Лиза.

— Вот! Столько не живут. Недаром она так активно пользуется тональником, наверное, есть что замазывать. И губы у неё подколотые. И ресницы приклееные. Не удивлюсь, что и грудь она себе сделала. С её-то деньщижами! Вернее, с деньгами её родителей. Кто у неё папашка? Депутат? Олигарх?

— Бизнесмен какой-то.

— Вот.

— Дана и сама хорошо зарабатывает.

— Столько, чтобы купить такую квартиру, как у неё? — саркастически усмехнулась Лиза. — Для Москвы у неё очень даже скромненькая зарплата. Ты же сама говорила, что деньгами её заваливают родители.

— Ну, говорила. И что? Лиз, да ладно тебе, перестань наезжать на мою начальницу. Она хорошая, милая.

— Сонь, у тебя все милые!

— Даже то, что с её средствами Дана не прохлаждается на курортах, а работает полный рабочий день, вызывает уважение.

— Тогда завтра попытайся её убедить, что твоя модель достойна внимания. Вы же можете сшить несколько штук и посмотреть, заинтересуются ли покупатели. В чём проблема?

— Хорошо, я завтра снова подойду к Дане.

— Дожми её.

— Попробую, — неуверенно произнесла я.

* * *

Но на следующий день я так и не решилась поговорить с начальницей и отстоять перед ней свой проект. Мысленно обзывала себя мямлей. Что же я такая робкая? Я же приезжая, должна быть настырной и пробивной. А у меня не получается.

Однако долго горевать не пришлось, потому что внезапно Дана расхвалила экспериментальную модель, над которой мы работали в прошлом месяце. Мы несколько раз переделывали дизайн, и уже смирились с тем, что проект провалился. Но сейчас Дана сообщила, что пробная партия улетела за два дня и модель запускают в производство.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Дана поманила меня в свой кабинет.

— Сегодня утром я была в главном офисе. Кирилл Андреевич расспрашивал, кто это так отличился, и я, конечно, сообщила ему, какова твоя роль. Ты сделала основную работу.

— Да? — Я обалдела от счастья. Дана рассказала обо мне шефу!