Болевой порог (СИ) - Рузанова Ольга

  Весь день я просидела на подоконнике, наблюдая за резвившимися собаками и размышляя над сложившейся ситуацией. Я до сих пор понятия не имела, зачем понадобилась Шевцу. Одна за другой отметались мои версии. Это не похищение с целью выкупа. Это не похищение с целью оказания давления на Карманова, иначе, зачем понадобилось оформлять развод?

  И тут меня осенило, что, если он решил отмести половину имущества моего, теперь уже бывшего, мужа, как это положено при разводе?! Я потерла пульсирующие от боли виски и усмехнулась. По брачному договору после развода с Карманом я остаюсь с голым задом. Шевц не стал бы так заморачиваться, не перепроверив все на сто раз.

  Тогда что?! Зачем я здесь?! Зачем ему этот развод?! Увидел меня и без памяти влюбился?!

  Эта мысль показалась настолько смешной, что я хохотнула, но тут же скривилась от стрельнувшей в затылке боли.

  Решив, что хватит терпеть, и пора попросить обезболивающего, я слезла с подоконника и, подойдя к двери, выглянула в коридор. Рассчитывала увидеть кого-нибудь из персонала, того же Олега, тот вечно ошивался около моей комнаты. Но, как назло, в коридоре никого не было.

  Я мысленно ругнулась и, поправив волосы, вышла из комнаты. Снизу доносились голоса. Остановившись и затаив дыхание, я прислушалась, но голоса Шевца, к своему облегчению, не услышала. Дошла до лестницы, думала, гляну вниз, и, если там кто-то есть, позову и попрошу лекарство. Но под лестницей тоже никого не оказалось.

  Тихонько спустилась и огляделась. Прямо передо мной оказалась распахнутая двустворчатая дверь, которая вела, судя по всему, в гостиную. Я заглянула туда и, никого не обнаружив, просто пошла на голоса. Они доносились с кухни.

  Большая, светлая, оборудованная по последнему слову техники, кухня занимала не менее тридцати квадратных метров. В дальнем углу у рабочего стола, спиной ко мне, стояла Валентина Ивановна. А за большим столом, что стоял в центре комнаты, пили чай двое мужчин.

 Я в замешательстве замерла на пороге, ожидая, когда меня заметят.

- Ольга Игоревна… чаю?.. – Олег первым увидел и привстал из-за стола.

  Второй мужчина, похоже, тот, что был за рулем джипа, который привез меня сюда, отставил чашку и с любопытством принялся разглядывать мою фигуру.

- Нет… - ответила ему и подошла к кухарке, - Валентина Ивановна, могу я попросить у вас обезболивающее?..

  Женщина бросила на меня обеспокоенный взгляд и посмотрела на Олега.

- Вы себя плохо чувствуете?! Что у вас болит? – всполошился он.

- Ничего страшного… Обычная головная боль…

  Интересно, чего он так перепугался?! Даже удивительно, что кому-то есть дело до твоего самочувствия. В доме Карманова все срать хотели на меня. Никому и в голову не приходило поинтересоваться, отчего же Ольга Игоревна блюет целый день или два дня ничего не ест. Однажды у меня сильно заболела поясница, я испугалась и вызвала сама себе скорую, так ее даже на территорию особняка не пустили. Потому что, видите ли, указания от хозяина не поступало, а телефон его в этот момент был недоступен, потому что он был занят с дамой.

- Точно?.. Я могу позвонить врачу.

- Это лишнее… - хмыкнула, принимая из рук женщины таблетку и стакан воды.

- Вам ужин здесь накрыть или у себя ужинать будете? – спросила она.

По ее тону я поняла, что она до сих пор злится на меня за наше с ней знакомство. Молодец! Я бы на ее месте тоже такого не простила.

- В комнате поужинаю… - не хотелось мозолить им глаза, да и видеть кого бы то ни было желания не было.

 Вернувшись к себе, я вновь забралась на подоконник. Еще вчера поняла, что если прижаться правой щекой к стеклу, можно наблюдать за воротами. Зачем мне это, я пока не поняла. Точно не за тем, чтобы следить, во сколько Шевц приезжает домой.

 В тот вечер он не приехал. Головная боль отступила. Я приняла горячую ванну, но спать ложиться не торопилась. Была боязнь снова проснуться в его объятьях. Вновь почувствовать себя беспомощной в его руках.

  Уснула в кресле и, только проснувшись в три часа ночи, перебралась в кровать. А утром пробудилась с легкой головой и вполне выспавшейся.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Глава 15

На обед я решила спуститься в столовую. Не то, чтобы жаждала общения с обитателями этого дома, просто чувствовала, что начинаю медленно сходить с ума от одиночества.

- Пообедай со мной, - попросила Олега, когда встретила того в холле первого этажа.

  Охранник засветился от счастья, а я, мысленно назвав его болваном, невинно улыбнулась.

- Нам можно только на кухне, Ольга Игоревна…

- Тогда я с тобой на кухне, - подмигнула и заметила, как мужчина густо покраснел.

- Олег, для тебя я просто Ольга… - продолжила я свою игру.

  Уже и забыла, что такое флирт. А с ним захотелось вспомнить молодость. Вспомнила, как строила глазки покупателям ювелирки, когда работала продавцом. У меня были самые большие выручки… Вот только до добра меня это не довело…

- Дмитрий Александрович не одобрит…

  При звуке его имени по спине прошелся холодок, и игривое настроение куда-то улетучилось. Ненавижу его…

- Олег, - я наклонилась к нему через стол, дождавшись, когда Валентина Ивановна выйдет из кухни, - зачем я ему?

- Я… не обладаю этой информацией, - его глаза забегали, - да и полномочий…

- Ясно! – перебила мужчину, отправляя в рот ложку грибного супа.

- Извините…

  Я глянула на него исподлобья. Он мне нравился. Не как мужчина, как человек. Не красавец.  Но приятный внешне и в общении.  Я ведь могла использовать его симпатию ко мне  в своих целях. Возможно, он бы мог помочь мне бежать, но что-то претило мне… Страшно было представить, что мог сделать с ним Шевц в данном случае.

  Похоже, на все мои вопросы может ответить только он сам.

- Есть в этом доме книги? – перевела тему в безопасное русло.

- Есть, кажется… - он облегченно вздохнул, - в кабинете Дмитрия Александровича.

- Могу я их взять?

- Сейчас узнаю… - он  тут же набрал Шевца и задал ему этот вопрос.

    «Пусть возьмет» - услышала я из динамика.

  Я выбрала Гоголя. Не знаю, почему. Может, за его любовь к нечистой силе и мистике. Или его вере в фатализм. Но , почему-то, на данном этапе моей жизни, его творчество было наиболее близким мне.

  Неожиданно вспомнились слова цыганки Лалы. Неужели, она предвидела все это?! Нет, бред это все…

  Поужинала я в столовой, на этот раз одна. Валентина Ивановна накрыла мне и молча удалилась. Запихала в себя бризоль из рыбы, салат из свежих овощей, сама отнесла посуду на кухню под неодобрительным  взглядом кухарки и поднялась в свою комнату. Меня ждал вечер на подоконнике в компании Вакулы и Оксаны.

  Шевц приехал в девять.  Это точно был он. Кого еще мог привезти черный джип так поздно?! Горло перехватил спазм, во рту пересохло. Я соскочила с подоконника и скрылась в ванной.

   Из зеркала на меня смотрела молодая, невероятной красоты, девушка с глазами загнанной лани. Очень красивая… Слишком… Иногда мне хотелось порезать лицо лезвием, оставить на нем безобразные шрамы. Казалось, это облегчит мою жизнь, освободит меня от власти мужчин и подарит мне свободу.

  Он здесь. В одном доме со мной. Может в любой момент появиться в «моей» комнате. Принудить меня к сексу. И что тогда?! Голова трещала от предположений, а сердце громко билось прямо в горле.

  Но время шло, а он все не появлялся. У меня получилось немного успокоиться, и я даже смогла сосредоточиться на чтении. Через полтора часа сидения на подоконнике у меня затекли спина и попа. Уже решила слезть, как заметила въезжающий на территорию особняка красный «Ауди». Кто вышел из него, я не видела, потому что обзор из моего окна не позволял этого сделать. Но точно такой же автомобиль был у Польки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

  И тут я вспомнила слова Тати о том, что Шевц сделал ту своей любовницей. Голова загудела от предположений. Неужели он настолько циничен, чтобы приглашать в свой дом постоянную любовницу, зная, что она в любой момент может встретить здесь меня?!