Андреа Кейн - Изумрудный сад

— Это тебя не касается. Просто скажи мне, что говорилось в записке. Подробно.

— Я не запомнил наизусть.

— Где спрятана шкатулка? Скажешь — и я позволю тебе жить. Откажешься — пристрелю на месте.

Дезмонд сомневался недолго. Почти сразу произнес:

— В Изумрудном домике.

— Почему ты так уверен?

— Потому что отец использует такие слова, как «драгоценные камни», «грани» — все, что относится к дорогим украшениям, имея в виду шкатулку и ее местонахождение.

— Изумрудный домик. Конечно. — Хендрик нахмурился. — К этому времени Квентин наверняка перевернул в доме все вверх дном и нашел шкатулку.

— Наоборот. Уверен, что нет, — невольно вырвалось у Дезмонда признание.

— Как ты можешь быть в этом уверен?

— Я не зря сказал, что Квентин почти ничего не понял. Дезмонд не отступал от своего, с ужасом сознавая, что если ему не удастся убедить Хендрика в неведении брата, то случится непоправимое: Хендрик ворвется в Изумрудный домик и скорее всего убьет обоих — Квентина и Брандис, а этого Дезмонд не мог допустить. Тем более сейчас, когда он с ужасом осознал, что виновен в смерти отца.

— Объяснись, — велел Хендрик.

— Ты прав насчет мастерства Квентина, — продолжил Дезмонд, с трудом отрывая взгляд от пистолета. — Однако в этом случае он понял лишь то, что тщательно отобранные отцом фразы о драгоценных камнях указывают на шкатулку, и совершенно не увидел в них двойного смысла. Учитывая все обстоятельства, этого и следовало ожидать. Квентину ничего не известно о новом завещании отца. Ни о его существовании, ни о его условиях. Если бы он знал, он бы понял следующее: отец предполагал, что Квентин станет жить в Колвертоне, а Изумрудный домик будет в основном пустовать, если не считать его редких визитов, и послужит, таким образом, идеальным местом, где можно спрятать что-то, предназначенное только для его глаз. А так Квентин верит, будто отец отдал домик в его постоянное пользование, что подразумевает множество обитателей, включая не просто скудный персонал, а целое полчище слуг. Это уже не полузаброшенный дом, который отец выбрал, чтобы спрятать свою шкатулку. Поэтому Квентину ни за что не придет в голову обыскать Изумрудный домик. Он даже не догадается, что это необходимо.

— Отлично. — Злобный блеск в глазах Хендрика сказал Дезмонду, что его красноречие было достаточно убедительным, и он с облегчением вздохнул. — Ты меня поразил, Колвертон. Возможно, у тебя есть еще на что надеяться. Если поведешь себя правильно и будешь держать рот на замке.

— Что ты собираешься предпринять?

— То, что мне и следовало сделать с самого начала. Освободить тебя от этой обременительной задачи и взвалить ее на собственные плечи. — Хендрик опустил пистолет. — Я собираюсь совершить небольшую прогулку в Изумрудный домик и разнести его по камешку, пока не найду шкатулку Кентона.

Именно этого Дезмонд и боялся.

— А как же Брандис и Квентин? — хрипло спросил он.

— При чем тут они?

— Ты не причинишь им зла?

— А тебе не все равно?

— Да, не все равно. — В его голосе ирония смешалась с холодным презрением. — Я терпеть не могу своего брата. И всегда хотел, чтобы он был подальше от отца, от Колвертона, от Англии. Но я никогда не желал его смерти. А что касается Брандис… мне все-таки непонятно, чем она так напугала тебя. Неужели тебя так страшит, вдруг она узнает о твоей причастности к подтасовке цифр в книжке Ардсли, что ты даже готов застрелить ее?

— Книжка Ардсли, — раздался скрипучий смех. — Она меньше всего меня волнует. Твоя Брандис решила найти убийцу своего отца. И если ей это удастся, тогда я буду осужден.

— Но как же ей это удастся? Единственный шаг, который она предприняла, это попытка устроить встречу с дюжиной коммерсантов. Почему она вдруг придет к заключению, что ты убийца? — Дезмонд замолчал. — Дюжина коммерсантов. Все они твои клиенты. — И тут он неожиданно понял. — А ведь ты доил не только меня, верно? И в шкатулке отца не только мои записи, которые сами по себе не содержали ничего, что могло бы заставить тебя убивать.

— И снова я поражен. — Хендрик опустил пистолет в карман камзола. — Достаточно сказать, что я предпочитаю, чтобы мои клиенты не собирались все вместе в одной комнате. Что касается шкатулки твоего отца, я намерен получить ее как можно быстрее. Твой брат и Брандис меня не волнуют. Если они вмешаются, то я с ними разберусь, как, впрочем, и со слугами.

— Слуг там нет, — выпалил Дезмонд, лихорадочно пытаясь придумать, как спасти жизни Квентина и Брандис, при этом не жертвуя собственной.

— Что ты сказал?

— Квентин отослал всех в гостиницу на несколько дней, чтобы побыть вдвоем с Брандис. Но теперь, после появления этих записок, оба, вероятно, умчались в поисках шкатулки либо в отцовское поместье в Сомерсете, либо в Эссекс, где у него скромный дом. В обоих домах никто не живет, если не считать горстки слуг, поэтому оба прекрасно подходят для устройства тайника. Кроме того, даже если Брандис и Квентин остались в Изумрудном домике, они, несомненно, примутся обдумывать новый план действий во время прогулки в своем любимом месте — в лесу. Почему бы тебе не понаблюдать за домиком, пока ты не убедишься, что они ушли? Тогда ты сможешь беспрепятственно проникнуть внутрь и осуществить свое намерение, не проливая больше крови.

— А чем будешь занят тем временем ты? — с подозрением спросил Хендрик.

— Тем, чем был занят последние две недели, — ответил Дезмонд с презрением к самому себе. — Буду пить. Чтобы утопить вину. Потому что правда в том, что мною движет вовсе не чувство порядочности — как бы я сам себя в этом ни уверял. Мною движет страх. Я не хочу умирать, поэтому не стану вмешиваться. В равной степени я не хочу оказаться в тюрьме, поэтому сделаю все, что смогу, лишь бы нас обоих не разоблачили.

— По крайней мере откровенно. — Хендрик вынул часы и взглянул на циферблат. — Я немедленно отправляюсь в Изумрудный домик.

— Прошу тебя, больше никого не убивай, Хендрик. — Дезмонд прибегнул к последней хитрой уловке. — Сыщики с Боу-стрит уже идут по горячим следам, расследуя дорожную катастрофу. Если убьют еще кого-то из семьи Ардсли или отцовской семьи, власти займутся каждым, кто с ними связан — будь то деловые или родственные связи. А тогда тебя точно обнаружат и повесят.

— Тебя тоже, — напомнил ему Хендрик. — У тебя не меньше, чем у меня, оснований убить Кентона. И если меня арестуют, будь уверен, я представлю новое завещание и все фальсифицированные документы и объявлю, что убийца ты, а я не более как соучастник, который помогал тебе осуществить твой коварный план.

— Я так и думал, — мрачно произнес Дезмонд. — Поэтому давай побеспокоимся, чтобы ничего этого не произошло. Найди шкатулку. Обыскивай Изумрудный домик, сколько душе угодно. Но сделай так, чтобы его обитатели остались живы.