Элизабет Деланси - Нежное прикосновение

Она кипела от ярости: ей хотелось сдавить горло и придушить, придушить этого Били.

— Прямо-таки буйнопомешанная, вот кто она, — выдохнул Били, поправляя галстук. — Она тебе очень подходит, Флин. Бросается, как бешеная кошка, да и характер тоже поганый.

— Джил! — закричал Стефен.

Открылась дверь с черного хода, и Джил просунул голову.

— Нужно помочь, парень?

— Покажи Магири выход.

Джил взглянул на Анну, и у него глаза на лоб полезли.

— Иисусе Христе! Магири, похоже на то, что она хочет тебя лишить жизни.

— Чтобы тебя черти забрали совсем! — вопила Анна, пока Били торопливо шел к двери. Она оттолкнула Стефена и пронеслась в спальню, хлопнув дверью.

Она села на кровать, вся дрожа в ознобе от шока, пытаясь понять, что все это значит. Она начищала дом Били, и стряпала, и чинила его рубашки. Но хуже всего то, что она ложилась с ним, когда бы он этого ни пожелал. Она считала, что выполняла требования божественной святости брака, а все, что делала, было жизнью блудницы.

Вошел Стефен:

— Ну, Нэн, оставь это. Все это в прошлом.

— Убить его готова.

Стефен сел рядом с ней и дотронулся до плеча. Анна отвернулась.

— Он мучил меня и загубил мою жизнь.

— Твою жизнь он не загубил. Все это прошло, все, что он сделал. У тебя сейчас новая жизнь, светлая — со мной и с Рори, и с этим малышом, который родится. Не позволяй Магири все это отравить.

Анна обхватила голову руками. Может быть, это как раз то, что она просила у Бога? То, что освободит ее от Били, так что она сможет по-настоящему стать Стефену женой?

— На Этой неделе мы поедем в Саратогу. Ты отдохнешь и будешь обрастать жирком и наблюдать за скачками вместе с Джилом. Снимем комнату в гостинице, какая понравится. Там для тебя работы не будет никакой, хотя я просто не представляю, как ты продержишься без шайки мужчин, за которыми нужен глаз да глаз.

Анна почти не слышала слов Стефена. Брака с Били нет, никогда не было этого брака. Всего за секунду она превратилась в другого человека, с другим именем. Она никогда не была Анной Мэси, а только Анной Кируен. И Анной Флин. Внезапно она осознала, что ее брак со Стефеном реален, тогда как венчание с Били было шарадой.

— Ничего не загублено, Нэн, — продолжал говорить Стефен. — Мы вместе навсегда.

Он отнял руки от ее лица и взял их в свои. Он больше ничего не сделал, и за это она ему была благодарна. Ей нужно было посидеть тихо и подумать.

Постепенно она стала чувствовать запах кипящих на тихом огне тушеных овощей с мясом, аромат запекающихся персиков. Вспомнила о том, что на обед Рори приведет Карэнов и, само собой, будут Дэйви и Моуз.

— У меня полно дел, — сказала она, — вставая. Стефен проводил ее до кухни. Она сняла котелок с овощным рагу с огня и стала расставлять тарелки. Когда ставила их, то думала о словах Стефена и поняла, что он прав. Не имеет значения, как она сердита на Били, тратить время на горечь обиды и проклятий ей незачем. И не нужно ей думать о прошлом, когда так много чего происходит в настоящем.

— Пэги говорит, что сейчас, когда уехал Эмет, Дэйви каждую минуту ей делает предложение, — сказала она. — А Джил сказал, что бросит пить, если я найду ему хорошенькую девушку в невесты. Ох, еще ведь миссис Смит-Хэмптон прислала записку. Она решила, что я должна сделать все приданое для ее малыша.

Стефен наблюдал за ней.

— Так, хорошо. Дел масса, верно?

Анна остановилась и взглянула на Стефена.

— А что его заставило признаться? Уверена, что не хотел это делать.

— Я ему кое-чем пригрозил.

— Что знаешь о его шпионстве?

— Шоу подтвердил, да и другие тоже. Это значит, что оброни я словечко — и Били мертвец. И он это знает!

Анна нахмурилась:

— А как ты узнал, что он на мне женился обманом?

— Разве он сам признается в таком о себе? Он хотел информацию об оружии в обмен на твою свободу. Я ему посоветовал рассказать мне правду о твоем браке, или я проговорюсь, что он шпионит. Он немного побушевал, но долго не упирался. Он согласился задержаться в Нью-Йорке проследить за аннулированием своего дела. Это займет какое-то время, Нэн, надо получить подтверждение из Ирландии. Но как только это произойдет, в тот же день Били уедет. Он говорит, что всегда мечтал о Калифорнии.

Анна закончила раскладывать приборы. Она взяла горшок с цветами с кухонного столика и поставила его на середину стола.

— Он всегда болтал о Калифорнии.

— Он знает, что если он не сбежит туда, мы его притянем. Братство шпионов не щадит, и однажды ему придет конец— от пули или от ножа. А он не такой уж храбрый, наш Били, когда дело доходит до этого.

Анна взяла чашку и положила немного рагу. От сердца отлегло, гнев смягчался.

— И тогда мы обвенчаемся как надо. В церкви.

— В церкви святого Пэтрика, только в ней, обещаю. — В тоне Стефена прозвучала хрипловатая нежность, он улыбался.

Анна поставила чашку и посмотрела на него: гнев совсем растаял.

— Ах, Стефен, — сказала она.

Она потянулась к нему, но остановилась, услышав гром шагов на лестнице, звуки юных голосов.

— Господи, помилуй нас! Это Рори и Карэны. — Она потянулась за другой чашкой. — Сейчас иди и зови Дэйви и Моуза. И Джила тоже, если он способен поесть. А ты помойся. Я не хочу, чтобы остывала моя стряпня.

Руки Стефена кольцом обхватили ее талию.

— Пусть они подождут.

— Но, Стефен…

— Поцелуй меня.

Он прижал ее к себе и поцеловал. А потом еще раз. Анна повисла на нем, запустив пальцы ему в волосы.

— А обед… — прошептала она против его рта. — А мальчишки…

— Успокойся, — промурлыкал Стефен, и Анна успокоилась. Губы его были теплые, раскрылись, большие руки крепко прижимали ее. И он целовал ее до тех пор, пока она не ослабела от счастья, пока они не проскользнули в свою уединенную комнату, которая принадлежала только им, только им одним.

Когда с грохотом открылась дверь и на кухню ввалились Рори и Карэны, с криками и прыжками, Анна уже вообще ничего не слышала.

ЭПИЛОГ

— Индейское лето, — повторила Анна.

Это выражение было для нее новым, но звучало очень приятно, потому что это время было прекрасным, с красным и золотом в листве, прозрачным воздухом и с солнцем, теплым, но не жарким.

— Вот какое время года так названо, — пояснил Стефен. — Хотя какое это имеет отношение к индейцам, не знаю.

Анна прислонилась головой к обманчивой спинке кресла-качалки на веранде и посмотрела на него. Он был очень красив — волевые черты лица, сильное тело. Он выезжал с группой мужчин на остров, чтобы начать строить коттедж, потом достраивал его с помощью Дэйви, Моуза и трех парнишек. Сейчас было начало октября, их последний в сезоне выезд.