Кэт Мартин - В огне желания

С этими словами Джеми скрылся за дверью, а Рози смотрела на нее, не в силах оторвать взгляда. Присцилла подошла к ней. Она хотела убедить сестру в том, что Джеми хорошо обдумал каждое свое слово, но времени на разговоры не было.

— Я должна сделать хоть что-нибудь! — прошептала Присцилла в отчаянии. — Где их искать? Они, должно быть, взяли Брендона с собой к реке…

— Едва ли, — заметила Рози, все так же зачарованно глядя на дверь.

— Что ты имеешь в виду?

— Скорее всего твой Траск сейчас неподалеку от «Плоскодонки». Так называется кабак, собственность Мак-Лири. Это ли не лучшее место, чтобы укрыть того, кто знает слишком много? До операции вряд ли они примут окончательные меры, но потом…

— Продолжай!

— Тебе это не понравится.

— Продолжай!

— Я не так хорошо знаю Эгана, но, боюсь, в ярости он не владеет собой. В таком случае твой друг уже мертв. Но если Эган способен держать себя в руках и мстит хладнокровно, то лучший способ расправиться с соперником — взять его с собой на дело. После завершения операции в реке останется много убитых. Одним больше, одним меньше. Таким образом сведения, добытые Траском, умрут вместе с ним.

От слов Рози Присциллу охватило безысходное отчаяние, внезапно сменившееся решимостью.

— Если Брендон жив, я этого не допущу! По-твоему, он еще в кабаке Мак-Лири, живой или мертвый?

— Скорее всего так. До темноты они не решатся забрать его оттуда.

— Тогда мне нужно какое-нибудь оружие. У Мак-Лири должен быть револьвер или что-то в этом роде…

— А зачем револьвер и кому?

— Если Брендон в «Плоскодонке» и все еще жив, возможно, мне удастся вызволить его оттуда. Не могу же я сделать это безоружная! Ну же, Рози, говори скорее!

Темноволосая красавица в изумлении посмотрела на нее, потом на губах ее медленно проступила улыбка.

— Хм… теперь-то я не сомневаюсь, что ты моя сестра. Рози скрылась в спальне Калеба и пробыла там совсем недолго, но Присцилле эти несколько минут показались вечностью. Она мерила шагами гостиную, бросая на дверь нетерпеливые взгляды.

— У Калеба есть кое-что получше револьвера. — Рози вышла из спальни с винтовкой в руке. — Восьмизарядная, системы «кольт», и еще ни разу не бывшая в употреблении. Калеб хвастался, что это новейшая модель. Мистер Тиммонс, хозяин оружейной лавки, доставил ее вчера, но Мак-Лири, к счастью, уже не было. Он сделал заказ несколько месяцев назад и чуть не свихнулся от злости, узнав, что винтовка не поспеет к сроку.

— Она заряжена? — спросила Присцилла, принимая тяжелое оружие…

— Конечно. Мистер Тиммонс особо подчеркнул, что она смазана и проверена, а магазин полон. Так распорядился Калеб. — Рози помолчала, потом бросила косой взгляд на сестру. — Только вот в чем дело, Присцилла. Мне пришлось в жизни повидать всякого, но при этом я осталась горожанкой и понятия не имею, как пользоваться оружием.

Присцилла взвесила винтовку в руке и внимательно осмотрела ее, стараясь не вспоминать об убитом индейце и о бедняжке Чарити, чья короткая жизнь едва не оборвалась из-за такой смертельной игрушки.

— У Брендона была точно такая же. Специально он не обучал меня пользоваться ею, но я частенько видела, как он стрелял. Поэтому я знаю, что к чему. Это легко: надо только нажать курок, а для нового выстрела передернуть вот эту металлическую штуку. Она поворачивает барабан, и можно стрелять снова.

— Ты уверена, что не отступишь в последнюю минуту?

— Нет, только не на этот раз! — воскликнула Присцилла, думая о Брендоне, которому, возможно, в этот момент грозила смерть.

— Тогда я пойду с тобой.

— Ты? — Присцилла бросила на сестру удивленный взгляд. — Это еще зачем? Тебя ведь все это не касается.

— Во-первых, без меня тебе придется разыскивать их гораздо дольше, а во-вторых, мы же все-таки сестры.

— Верно. — Присцилла улыбнулась, несмотря на серьезность ситуации.

— Здесь неподалеку конюшня, Калеб держит в ней свой драндулет. Меня там знают и даже запрягут лошадей, но не могу же я взять кучера. Свидетели нам ни к чему, а я не умею править.

— Я умею.

И Присцилла снова улыбнулась в ответ на восхищенный взгляд сестры.

— Похоже, какой-то идиот слишком сильно намылил веревку, и тебе удалось выскользнуть, Траск.

Стюарт произнес это ровно и неспешно, обходя стул, к которому привязали Брендона. Тот сидел свесив голову на грудь. Лишь усилием воли ему удавалось до сих пор бороться с беспамятством, но ненависть к Эгану была так сильна, что он все же поднял голову, скривил разбитые губы в усмешке и прохрипел:

— Да уж, я скользкий как угорь…

— Значит, придется на этот раз обойтись парой пуль, — спокойно заметил Стюарт.

Его лицо расплывалось и удалялось, чтобы внезапно вновь вернуться в фокус. Веки казались свинцовыми, и их едва удавалось разлепить. Один глаз заплыл совсем, другой отзывался мучительной болью после бесчисленных ударов по лицу. Нос, по-видимому, был сломан в переносице, но некоторое время назад острая боль сменилась ноющей, а теперь и вовсе не ощущалась, вытесненная другими, более мучительными ощущениями. Ребра болели отчаянно и страдая Брендон спрашивал себя, сколько костей у него переломано. Кровь, сочившуюся изо рта, он поначалу сплевывал, потом длинная красная струйка засохла на подбородке и шее. Конца избиению не предвиделось, поэтому не стоило беспокоиться о таких мелочах.

— Что ты делал в «Плоскодонке»? — раздался, словно сквозь слой ваты, голос Эгана, и тотчас под дых впечатался кулак Хардинга.

Истерзанное тело жаждало передышки, но Брендон стиснул зубы и приказал остановиться вращающимся стенам пещеры. Он был здесь давно и уже привык к запаху сырости, к беготне крыс в темных закоулках.

— Просто зашел выпить…

Он повторил это не менее дюжины раз, но Эган, появившийся здесь несколько минут назад, слышал это впервые.

— Зашел выпить. Вполне понятное желание… впрочем, как и желание раздвигать ноги моей жене.

— Она тут ни при чем! — Брендон сплюнул и ненадолго ощутил прилив сил.

— А я думаю, очень даже при чем. Славная маленькая шлюшка, особенно после того, как прошла твой курс обучения. В постели она — просто огонь!

— Откуда тебе знать, какова она в постели, — презрительно бросил Брендон.

«Однако и впрямь, — тупо подумал он, — откуда ему знать об этом?» Внезапно, несмотря на боль — острую, колющую, пульсирующую и ноющую, он явственно увидел Присциллу в объятиях Эгана. Нет, Брендон не верил ни на миг, что она отдалась ему добровольно, но что, если этот подлец все-таки принудил ее? Он напряг связанные руки в тщетной попытке освободиться.