Пенелопа Томас - Отчаянная

Я встретила насмешливый взгляд Фанни и не отвела глаз в сторону.

— Было бы очень любезно с твоей стороны, — сказала я, полностью овладев собой.

— Надеюсь, что мы еще встретимся, — бросила на бегу Фанни.

Исчезнув за дверью, она оставила меня наедине с моими мыслями. И с надеждой, которую вселила в мою душу.

Вздохнув, я стала разбирать оставленную Фанни груду белья. Делала это медленно, с большой неохотой. Когда уже наполовину упаковала, вспомнила, что ничего не сказала о своем отъезде миссис Мэдкрофт.

Боже мой! Как можно было такое забыть? Потрясенная этой мыслью, я выронила платье из рук.

Нужно немедленно исправлять свою ошибку. Все бросив, я быстро вышла из комнаты, испытывая одновременно чувство вины и необходимость поговорить с моей благодетельницей, рассказать ей о принятом решении. Я бесшумно шла по мягкому ковру, но не успела сделать и нескольких шагов, как в дверном проеме своей комнаты появился мистер Квомби.

— Хилари, дорогая! — с искренним чувством радости воскликнул он. — Я подумал, что это наверное вы и открыл дверь. Не могли бы вы уделить мне одну минуту?

Я засомневалась, стоит ли? Тем более, что до комнаты миссис Мэдкрофт оставалось уже недалеко.

— Дело очень важное, — убедительно добавил мистер Квомби. — И всего на одну минуту. Очень прошу вас, Хилари, всего одна минута.

Внутренне все еще колеблясь, я согласно кивнула головой. Жестом руки мистер Квомби подозвал меня и, совершенно игнорируя правила приличия, ввел меня в свою комнату. Она очень походила на мою. Но здесь отсутствовал балкон, и мебель не из ореха, как у меня, а из дуба. Меня поразило то, что нигде не было видно личных вещей мистера Квомби: все оказалось упрятанным в большом гардеробе или туалетном столике. Даже безопасную бритву и помазок хозяин комнаты убрал с умывальника. Аккуратность, достойная восхищения!

Мистер Квомби стал закрывать дверь, но я остановила его взглядом.

— Конечно, конечно, — виновато пробормотал он. — Просто я не подумал.

— Что вы хотели, мистер Квомби? — подчеркнуто холодно спросила я.

— Я хочу вам кое-что показать, — заметно теряясь, пролепетал он.

Мистер Квомби полез во внутренний карман своего пиджака и достал что-то перевязанное лентой. Кончик его высунутого языка нервно дрожал. Он молча шуршал лентой, торопливо и неловко развязывая ее. На его лбу выступили капельки пота. Наконец, он развязал ленту и извлек узкое, усыпанное мелкими бриллиантами обручальное кольцо.

— Вам нравится? — спросил мистер Квомби, и его черные глаза блеснули ярче этих бриллиантов.

Мое напряжение стало спадать. Ах, вот оно что! Он намеревается, наконец, просить руки миссис Мэдкрофт и в связи с этим приготовил ей бриллиантовое кольцо. У меня точно гора с плеч свалилась. Демарш мистера Квомби был как нельзя кстати. Если он сделает ей предложение сегодня днем, то взволнованная миссис Мэдкрофт едва ли заметит мое отсутствие. Если же и заметит, то ей будет не до меня. Мое же присутствие на этой церемонии совершенно излишне.

Я взяла кольцо из дрожащих рук мистера Квомби.

— Оно прекрасно! — не удержалась я от восхищения. — Просто великолепно!

Его плечи обмякли, выдавая чрезмерное волнение.

— Миссис Мэдкрофт будет счастлива, — ободряюще заметила я. — Она вас так любит!

Мистер Квомби захлопал глазами и стал похож на лягушку.

— Но это кольцо для вас, — пролепетал он. — Я предлагаю вам руку и сердце.

— Мне?! — не могла сдержать я изумления.

— Вас это удивляет? — спросил он после того как кивком головы подтвердил предназначение кольца. — Но, когда мы вчера разговаривали, я подумал, что вы все поняли.

— Но я не имела ни малейшего представления о том, что именно вы имеете в виду.

— Вы, конечно, рады?

— Нет. Извините, я хотела сказать, что ваше предложение для меня совершенно неожиданно.

О, Господи! Что мне делать? Я поспешно вернула кольцо, и сама теперь беспомощно залепетала, с трудом подбирая слова.

— Простите, но я не могу его принять, — сказала я. — Мне всегда казалось, что вы и миссис Мэдкрофт всегда были…

У меня чуть было не сорвалось с языка слово «любовники», но я вовремя удержала его на кончике языка.

— Были друзья, — после едва приметной заминки нашла я нужное слово. — Нет, более, чем друзья.

— Мы деловые партнеры и только, — выделяя каждое слово, произнес мистер Квомби. — А вы — та леди, которая пленила мое сердце.

Он или забыл, или сделал вид, что забыл, что я присутствовала во время многих и многих его бесед с миссис Мэдкрофт. И я неоднократно слышала его слова в адрес «делового партнера», которые никак нельзя считать деловыми… А теперь вот нагло поднес мне кольцо. Я правильно сделала, что отказалась от него.

— Вы мне не отказываете? — не отступался мистер Квомби. — Я хочу сделать вас счастливой. И неважно, что сейчас вы не любите меня. Наша любовь вырастет за те годы, которые нам суждено провести вместе.

Будь он менее серьезен, а не так расстроен, можно было бы рассмеяться. Его слова звучали так, словно он взял их по случаю из плохо написанной мелодрамы. Я почти не сомневалась, что так оно и было.

— Простите, мистер Квомби, — уточнила я. — Но миссис Мэдкрофт относится к вам более благосклонно, чем вы думаете. Прими я ваше предложение, и она расценит это как чудовищное предательство с моей стороны.

Кажется, я свой ответ взяла из той же плохой мелодрамы. Поэтому я удержалась от того, чтобы далее не сказать что-нибудь о любви, которой между нами нет и быть не может. А вообще-то, мне не хотелось, чтобы мистер Квомби подумал, будто я соперница миссис Мэдкрофт, способная на все.

Но я недооценила своего поклонника.

— Скажу вам откровенно, что миссис Мэдкрофт для меня ничего не значит, — упорствовал мистер Квомби. — К тому же, она старше меня на добрых пятнадцать или двадцать лет.

Теперь в его интонациях появилась резкость, которая все возрастала.

— А вы, моя дорогая, находитесь перед выбором, — с претензией на пророчество изрек он. — Вам предстоит или стать низкооплачиваемой гувернанткой у какого-нибудь избалованного ребенка, или компаньонкой занудной старухи. И что это будет за жизнь для молодой красивой леди?

— Не все дети избалованы, а старые женщины занудливы, — возразила я. — Что касается миссис Мэдкрофт…

— Вы не представляете, какая у вас может быть жизнь со мной! — перебив меня, кичливо произнес мистер Квомби. — Я могу положить к вашим ногам весь Лондон. Мы могли бы путешествовать по всему свету. Какая молодая женщина не мечтает о такой жизни?

У меня создалось впечатление, что последние слова мистер Квомби произнес не столько для меня, сколько для себя. Он уже любовался сам собою, он с наслаждением слушал собственный голос. Правда, его глаза при этом сверкали страстью. Но мой внутренний голос говорил мне, что мистер Квомби большой эгоист и думает, прежде всего, о себе. Поэтому мне стало легче, и я без особого усилия дала ему решительный отказ.