Мелоди Томас - В сердце моем

– Не волнуйтесь насчет ее сиятельства, мистер Донелли, – успокоил его Смит. – Если Ричард и повел себя грубо, то это потому, что он тревожился за Бриджетт.

Вдоль стен в задней комнате рядами стояли дубовые шкафы. Ювелир зажег лампу и поставил ее на стол, жестом предлагая гостю присесть.

– Похоже, вам этот стул нужнее, чем мне, мистер Донелли.

– Давно вы знакомы с Атлером? – спросил Кристофер, поставив рядом с собой чашку с чаем.

Смит подошел к деревянной конторке.

– Уже два года. Нас познакомила моя племянница. Моя Бридж всегда была независимой; она переехала в Блумсбери несколько лет назад, когда умерла ее мать, моя сестра: у нее было немного денег, и, будучи дочкой викария, она сумела получить кое-какое образование, так что ей удалось устроиться на работу в музей. Они с Ричардом поженились в прошлом месяце. Это была гражданская церемония, и никакого оглашения – уж очень он боится своего отца.

– Почему же мисс О'Коннелл оставила музей?

– Она была вынуждена это сделать. Девочка неважно себя чувствовала из-за ребенка и несколько дней провела дома. Ее друзья даже начали волноваться. А тут папаша Ричарда явился и принялся колотить в дверь, будто все здесь принадлежит ему, включая и хозяйку. И ведь не поленился выяснить, где она живет, а затем пригрозил ей всеми возможными бедами, если она не перестанет видеться с его сынком, и уволил ее из музея. Даже жалованье ей не заплатил. Той же ночью кто-то ворвался в ее квартиру и все там перевернул вверх дном. С тех пор бедняжка у меня.

– А тело, которое нашли у меня на участке?

– Не знаю. – Ювелир покачал лысой головой. – Одежду Бридж и все, что имело хоть какую-то ценность, из ее квартиры похитили. Теперь Ричард боится, как бы его отец не прознал, где она скрывается.

Смит вытащил несколько черных бархатных ящичков и положил их на стол. Открывая крышки одну за другой, он принялся показывать Кристоферу свою коллекцию драгоценностей – кольца и ожерелья с изумрудами, сапфировые броши со скарабеями и слонов, украшенных рубинами. Все эти изумительные вещицы являлись копиями музейных ценностей.

– Создать искусственные бриллианты невозможно, поэтому их и нет в нашей коллекции. В качестве образцов мы использовали музейные экспонаты.

– И брали их из хранилища без разрешения, как я понимаю.

– Ни одна из драгоценностей никогда не покидала стены музея. Ричард делал все слепки там же.

– У кого еще был доступ к копиям драгоценностей?

– Ричард держал большую часть коллекции дома, там, где он живет со своим отцом. Время от времени он устраивал небольшие закрытые показы для близких друзей. И вообще ему было удобно держать образцы под рукой. Камень, который вы держите в руках, тоже из той коллекции.

Кристофер окинул задумчивым взглядом рубин «Белый лебедь». За свою жизнь ему довелось разгадать немало головоломок, и он без труда понял, что на этот раз в своем небольшом расследовании наткнулся на что-то гораздо более сложное, нежели простая кража драгоценностей.

– Тебе придется сказать властям, что Бриджетт жива, Ричард. – Она стояла у окна, рассеянно перебирая пальцами розовые муслиновые занавески. Солнечные лучи приветливо освещали ее стройную фигуру. – Ни к чему поддерживать их в заблуждении, что было совершено убийство, и оно как-то связано с музеем.

– Как я понимаю, теперь Донелли не станет терять времени даром и попытается вывести меня на чистую воду... – Ричард стоял у кровати над раскрытым чемоданом и аккуратно склады вал тонкую женскую ночную сорочку, в то время как мисс О'Коннелл спала, удобно устроившись в соседней комнате.

Александра отвернулась. Ричард не произнес почти ни слова с того момента, как она рассказала ему о кражах в музее. Дядя Бриджетт О'Коннелл тоже скорее всего замешан в эту историю. Она не знала, где собирается спрятаться Ричард, но какое бы место он ни выбрал, уехать ему лучше было прямо сегодня.

– Кристофер оказался вовлечен в это дело, потому что я попросила его о помощи. – Александра отбросила занавеску. – Почему ты не рассказал мне о мисс О'Коннелл?

– Мы с тобой знаем друг друга довольно давно, но, если, честно, я не доверяю тебе, – сказал Ричард, не поднимая глаз, на щеке у него красовался кровоподтек, подбородок почернел и распух. – Когда констебль вызвал тебя на допрос, чего, к сожалению, никак нельзя было избежать, я этого не хотел. Я не хочу также защищать свои отношения с Бриджетт и оправдываться перед тобой сейчас, не хочу слушать твои нравоучения. В конце концов, это просто оскорбительно.

Некоторое время они молча смотрели друг другу в глаза, потом Ричард снова принялся паковать вещи. Щеки Александры пылали. Слова Ричарда больно задели ее. Если она и высказывала иногда критические суждения, то на нее всегда можно было положиться. Может быть, в последнее время она и принимала необдуманные, скоропалительные решения, но разве у Ричарда не имелось возможности убедиться в ее сочувствии и готовности прийти на помощь?

– Какая-то женщина все-таки утонула в Темзе...

– Но я никого не убивал, – Ричард замер над чемоданом с вещами, а затем поднял глаза на Александру, – и не собираюсь обсуждать это происшествие. В отличие от Донелли я никогда не проявлял излишней щепетильности в вопросах морали. Какая-то несчастная решила свести счеты с жизнью, спрыгнув с моста, и выбрала для этого участок, на котором ведется строительство. Всего лишь нелепое совпадение, но оно сделало свое дело и помогло сбить со следа моего отца, который охотится за Бриджетт.

Александра сжала губы. Со все возрастающим чувством разочарования она наблюдала за тем, как суетится Ричард.

– Для тебя это просто предлог, чтобы бросить все. Всю свою работу...

– Я хочу стать художником. Меня мутит при мысли о том, чтобы провести остаток своих дней, корпя над этими проклятыми книгами. Еще я хочу обреет и свободу, чтобы иметь возможность заглянуть к себе в душу. Я всегда этого хотел. Если бы ты присмотрелась ко мне внимательнее, ты бы давно это поняла.

Александра почувствовала, как в ней закипает гнев. Сейчас ее мысли занимали скорее собственные проблемы, чем идейные искания молодого Атлера.

– Ты нужен мне сейчас, Ричард, – она нервно сжала ладонями виски, – и просто должен мне помочь.

– Справиться с мнимыми ворами в музее? – насмешливо произнес Ричард.

– Они вовсе не мнимые. Я сама подписала отчет для твоего отца. – Голос Александры дрогнул, и она рассеянно взглянула в окно. Ей вдруг стало противно до тошноты. Холодная дрожь прошла по спине. Профессор Атлер полностью вычистил ее кабинет и уничтожил все ее первоначальные записи. – Твой отец пригласил специалистов из университета, чтобы они провели инвентаризацию музейных коллекций, а я молчала, чтобы сохранить свою должность и не нанести ущерб репутации музея.