Карин Монк - Ведьма и воин

– А как ты объяснишь кинжал в спине Роберта? – тихо спросил он.

– Я не знаю! – крикнула она, уткнувшись головой ему в плечо. – Это произошло само собой!

– Ну, успокойся, – утешал он, еще крепче обнимая ее и поглаживая по спине. – Все хорошо, любовь моя. Теперь ты в безопасности.

Гвендолин плакала в его объятиях. Всю жизнь ее считали ведьмой, но сознание того, что эти обвинения лживы, давало хоть какое-то утешение, даже если об этом было известно лишь ей одной. Теперь же, несмотря на желание опровергнуть слова Макдана, она не могла не вспомнить о необыкновенных ощущениях, охвативших ее, когда она приказала кинжалу Роберта убить его.

Сила ее желания заставила кинжал подняться в воздух и вонзиться в спину Роберта.

Внезапно Макдан замер.

– Что случилось? – спросила она, отстраняясь.

– Мы не одни.

Земля дрожала от топота копыт. Гвендолин взглянула на холм и увидела отряд всадников, спускающихся по склону с факелами в руках. Когда они приблизились, она смогла разглядеть во главе отряда Камерона, Бродика и Неда.

– Добрый вечер, Гвендолин! – радостно поздоровался Камерон, останавливая коня. Он поднял меч и взмахнул им, описав в воздухе серебристую дугу – сигнал воинам образовать кольцо вокруг Алекса и Гвендолин.

– Мы решили, что должны присоединиться к вам, потому что скоро здесь будут гости, – сообщил Бродик, кивнув головой в сторону леса, и перевел взгляд на безжизненное тело Роберта. – Вижу, ты наконец успокоил этого негодяя.

– На самом деле это Гвендолин сразила его.

– Максуину это не понравится, – высказал предположение Нед и придвинулся к девушке, как будто хотел защитить ее.

В этот момент из гущи леса выскочили пять десятков всадников. Увидев воинов Макдана, образовавших кольцо вокруг Алекса и Гвендолин, они остановились, но мечи их были по-прежнему обнажены и сверкали в свете факелов.

– Добрый вечер, Макдан, – произнес лэрд Максуин, выезжая вперед. Его взгляд скользнул по Гвендолин, а затем остановился на безжизненном, окровавленном теле брата. На его лице отразилось сожаление.

– Он должен был умереть, Максуин, – мрачно сказал Алекс. – Он убил отца Гвендолин ради своих целей, а затем ложно обвинил ее в этом преступлении. Вслед за этим он усугубил свои обвинения ложью о колдовстве и вредительстве, и ты, вместо того чтобы выслушать Гвендолин, как требовали от тебя твои обязанности, вынес ей несправедливый приговор. – В его голосе сквозило осуждение.

Лицо Максуина стало еще более несчастным.

– Я давно знал о жадности брата, – печально признался он, – но не мог себе представить, что он способен навредить члену собственного клана.

– Она уже не в твоем клане, Максуин, – твердо заявил Алекс. – Теперь она принадлежит к клану Макданов. Если ты или кто-либо из твоих людей попытается опять причинить ей вред, я убью тебя.

– Или я, – поддержал его Камерон, взмахнув мечом. – Даже если это будет стоить мне жизни.

– Или я, – сказал Бродик, поднимая оружие.

– Тем более я, – поклялся Нед.

– Я уж и подавно, – повторил Мунро.

Гвендолин в изумлении смотрела на Макданов. Слова клятвы медленно перемещались по кругу воинов, и каждый, кто тут был, обещал защищать ее. Произнося клятву, они поднимали вверх меч или факел, и на фоне темного неба теперь сиял ореол из золота и серебра. Потрясенная Гвендолин заморгала и отвела взгляд, не в силах понять, почему эти храбрые люди готовы пожертвовать жизнью, защищая ее.

– Воины, которых Роберт привел с собой, чтобы напасть на мои земли, связаны и ждут тебя у вершины вон того холма, – сообщил Алекс лэрду Максуину. – Пообещай, что позволишь нам с миром уйти домой, Максуин, и можешь забирать их. Ты можешь забрать с собой и тело Роберта, – добавил он, – чтобы устроить ему соответствующие похороны.

Максуин кивнул и приказал двум воинам забрать тело Роберта и его лошадь. После того как это было сделано, он в нерешительности остановился.

– Прошу прощения, Макдан, но мне нужно знать… как поживает моя Изабелла? – Его хриплый голос свидетельствовал о том, как сильно он озабочен судьбой дочери.

Его отцовский страх помог Гвендолин вновь обрести дар речи.

– С ней все хорошо, Максуин, – ответила она, торопясь обрадовать его. – Макданы проявили к ней доброту и уважение, и ни один мужчина никогда не покушался на ее честь.

Его глаза осветились надеждой.

– Думаешь, теперь, когда Роберт мертв, она согласится вернуться домой?

– Нет, – вмешался Бродик, прежде чем Алекс успел ответить Максуину, что на этой неделе с радостью доставит ее домой.

Все удивленно посмотрели на него.

– Изабелла выходит за меня замуж, – решительно заявил Бродик и внезапно охрипшим голосом добавил: – Я уверен, она будет рада, Максуин, если ты благословишь нас.

Максуин в замешательстве пристально смотрел на него.

– Разве ты не тот воин, который, будучи гостем у меня в доме, ухаживал за ней, а потом приставил ей кинжал к горлу и угрожал убить?

– Тот самый. Меня зовут Бродик.

– Моя дочь не стеснялась в выражениях, когда говорила о тебе после того приключения. Я удивлен, что вижу тебя живым и здоровым. Раз так, мне остается только похвалить тебя за стойкость и благословить.

Бродик улыбнулся:

– Мы с Изабеллой приедем к тебе в гости, Максуин, после того как поженимся.

– Буду с нетерпением ждать, – заверил его лэрд. – Желаю тебе и твоим людям, Макдан, доброго пути.

Он на прощание кивнул Алексу, повернул коня и повел своих людей к вершине холма, чтобы забрать воинов Роберта.

– Нам лучше отправиться в лес и разбить лагерь для ночевки, – сказал Камерон, поглядывая на небо. – Гроза может разразиться в любую секунду.

– Может, Гвендолин остановит ее, – высказал предположение Бродик.

– Ей и так досталось сегодня, чтобы еще менять погоду ради твоего удовольствия, – возразил Нед. – Ради всего святого, она же только что уничтожила Роберта.

– Точно, – согласился Камерон. – Девочка устала.

– Мы не возражаем против хорошей грозы, девушка, – бодро добавил Мунро. – Так что можешь не беспокоиться.

– Я даже немного полюбил грозы, – заметил Эван, – с того раза, когда ты вызвала дикий шторм во время нападения Роберта.

– Вот это была буря! – с воодушевлением стал вспоминать Гаррик, двигаясь вместе с остальными в сторону леса. – Помните, как она стояла на стене, обдуваемая ветром…

– Казалось, что она парит в воздухе, – вставил Квентин, – как какое-то сверхъестественное существо…

Воины шествовали среди деревьев, продолжая удивляться вызванной Гвендолин буре.

Гвендолин долго смотрела им вслед. А когда их голоса стихли и последний отблеск факела исчез за деревьями, она медленно подняла глаза на Макдана.