Мэри Гилганнон - Мечта Дракона

Мэлгон проснулся, судорожно хватая ртом воздух. Прошло немало времени, прежде чем он отдышался и, наконец, понял, где находится. Кто-то стоял над ним и звал по имени. Мэлгон поднял голову – и поначалу глазам своим не поверил. Он уже отчаялся, разыскивая Рианнон. И вот просыпается и видит ее всего в нескольких футах от себя.

Мэлгон взял ее на руки и уложил прямо к себе на грудь. Она была совершенно голой и дрожала от холода; с ее мокрых волос стекала вода. Всхлипывая, Рианнон прижалась к мужу.

– О Мэлгон, – бормотала она, – я так рада, что ты в безопасности.

Он не ответил. К горлу подступил ком; на глаза навернулись слезы.

Рианнон подняла голову, и Мэлгон увидел ее блуждающие, устремленные в даль глаза.

– Я пыталась уйти в иной мир, милый. Я хотела увидеть там Эсилт... спросить, почему?.. Я хотела увидеть... нашего ребенка, – она снова всхлипнула, – но я их там не нашла. Уже на очень большой глубине туман уплотнился, и я увидела женщину... Никогда прежде мы не встречались с нею. Она была очень красива, с каштановыми волосами и необычными, чужеземными чертами лица. На руках она держала младенца. Увидев меня, женщина произнесла только твое имя.

Мэлгон ахнул и уселся, приподнимая Рианнон и устраивая ее на своем колене.

– Аврора, – прошептал он. – Ты видела Аврору.

Рианнон кивнула.

– Она велела мне вернуться. Она сказала... что я нужна тебе.

Мэлгон закрыл глаза, чтобы побороть захлестнувшие его чувства. Рианнон зашла слишком глубоко, на самое дно мира призраков. Просто чудо, что она осталась в живых и вернулась к нему.

– Но как же ты нашла меня? – с искренним удивлением спросил Мэлгон.

Рианнон поудобнее устроилась на его колене.

– Когда я пришла в себя, сразу поняла, что лежу на берегу, мокрая до костей. Я знала, что мне надо разыскать тебя. Каким-то чудом меня забросило сюда, на эти скалы, на то самое место, где впервые соприкоснулись наши души.

Мэлгон судорожно сглотнул.

– О милая моя Рианнон. Я так рад твоему возвращению. Аврора ведь сказала правду, – громко прошептал он. – Без тебя я – ничто.

Рианнон поцеловала его в шею, и он почувствовал прикосновение мягкой груди к своему торсу. И тут он припомнил давешний сон.

– Мне приснилось, что ты – Богиня, – сказал король. – Ты танцевала обнаженная в свете луны, и я познал твою власть. – Он взял ладонь Рианнон и приложил ее к растущей от желания части своего тела.. – Ты с самого начала пленила меня, с того момента, когда впервые опустилась передо мной на колени и коснулась меня твоими сладкими нежными губами. С тех пор моя душа принадлежит тебе.

Жена погладила его по щеке.

– Я много думала: для чего Богиня меня спасла? Теперь я знаю – чтобы я могла любить тебя и носить твоих сыновей.

– О да, Рианнон. – Голос короля дрожал. – Сегодня же ночью твое чрево наполнится моим семенем. Ты будешь носить моих детей, вскормишь их и станешь любить их.

Он притянул к себе ее лицо, держа в чаше своей ладони узкий подбородок. Во всем облике его жены было что-то неземное, какая-то небесная, безграничная красота, неуклонно влекущая его. Он чувствовал биение ее сердца, горячий ток крови под тонкой кожей. Он дал этим таинственным очам поглотить себя. Душа его слилась с ее душой, и они вместе поплыли в бархатистую тьму.

– Моя прекрасная Рианнон, ты действительно всемогуща. Ты меня просто околдовала.

Она таинственно улыбнулась, и рука Мэлгона скользнула по ее спине и коснулась ягодиц.

– Я хочу тебя, – прошептал он. – Поднимись, чтобы я мог раздеться.

Рианнон поднялась, покинув теплые объятия мужа. Несмотря на наготу, она уже не чувствовала ночной прохлады. Внутри нее, согревая, пылал костер. А когда Мэлгон смотрел на нее, она чувствовала себя божественно красивой и безусловно желанной.

Рианнон откинула волосы за спину, чтобы муж мог видеть ее всю. Желание супруга передалось ей, и она принялась танцевать под музыку моря и луны, слышную только им двоим. Этот ритм закружил ее в пляске, неистовой и вдохновенной. Никогда прежде она не ощущала подобной свободы. Тело стало легким, как пух, прозрачным, как вода. Кости словно растаяли и уже не тянули к земле, и она почувствовала то же самое, что и во время лесного хоровода. Холодный ветер подхватил ее и понес в какую-то волшебную тьму.

Мэлгон остановил этот самозабвенный танец, крепко прижав к себе супругу. Он был обнажен и огромен. Но она совсем не боялась его. Ведь это был просто мужчина, а она – она женщина! Он поднял жену, и Рианнон открылась ему навстречу.

Они соединились, и меж ними вспыхнуло и загорелось ровное, стойкое пламя любви. Рианнон ахнула, когда муж встал на колени и прижал ее спиной к земле. Он целовал ее так же, как любил: крепким, настойчивым поцелуем, который высасывал самую душу из ее хрупкого тела. И она с наслаждением уступила ему свое сокровище, зная, что он обязательно вернет сторицей, понимая, что она сама точно так же владеет его душой.

Океан чувств обрушился на супругов, и они затерялись в волнах пульсирующей, бесконечной, вечной страсти, которая превращалась то в живительный свет дня, то в благодатную тьму ночи. Наконец, они вновь превратились в земные существа из плоти и крови, обессилено распростертые на поросшем травой выступе скалы.

Глава 30

Далеко на востоке первыми лучами солнца осветился небосвод. Рианнон, дрожавшая подле своего возлюбленного, прижалась к нему плотнее и умиротворенно вздохнула.

– Как же мы вернемся после этого в мир людей?

Мэлгон сел, и Рианнон увидела, как он устал. Впалые щеки казались еще бледнее от проросшей щетины, а прекрасные синие глаза были обведены темными тенями.

– Проклятие, клянусь Юпитером! – вдруг прошептал он.

– Что? Что такое?

– Моя крепость битком набита союзниками. Все они ждут от меня важного известия.

Рианнон поднялась на ноги и с удивлением поглядела на мужа, но не испугалась. Нет, она ни капли не боится. Король поднял голову; глаза его сверкнули.

– Я собираюсь увезти тебя с собой, Рианнон. Твое появление объяснит всем причину сбора. Ты поедешь?

Вот он, настал момент, которого она раньше так боялась: миг, когда муж попросит ее вернуться, оставить собственную жизнь позади и снова стать его королевой. Но сейчас мысль о таком будущем уже не пугала Рианнон. Необходимость следовать за Мэлгоном не представлялась теперь насилием. Скорее, наоборот: незаменимость в качестве супруги и королевы возвышала ее в собственных глазах.

Она кивнула, и король поднялся и коснулся ладонью ее щеки.

– Это будет нелегко, – сказал он. – Многие боятся тех старинных традиций и тех сил, с которыми ты связана. Потребуются вся твоя сила и мужество, чтобы встретиться с людьми, но я верю, что ты сумеешь. Ты – моя королева, моя половина, супруга. Мы так много пережили вместе – и ненависть, и отчаяние, и даже смерть. Мы и это переживем.