Кэрол Финч - Зов одинокой звезды

— Вот это да! — вырвалось у Стоуна, когда экипаж повернул в аллею, ведущую к особняку Райана О'Доннела.

Здание напоминало королевскую резиденцию как своими размерами, так и роскошью. Невольно приходила мысль, что владелец не жалел денег на сооружение. Трехэтажный особняк подавлял своим величием. Это и в самом деле была крепость, взять которую можно было лишь хитростью.

— Что, подействовало? — усмехнулся Теренс, наблюдая за произведенным впечатлением.

— Во всяком случае, с ног не сбило, — отшутился Стоун, хотя, «будь он на ногах, они бы подкосились.

Оба направились к парадным дверям, куда вела мраморная лестница, окруженная вазами с цветущей резедой, разумеется, тоже мраморными. Приближаясь к дворецкому, так высоко задравшему нос, что глаз совсем не было видно, Стоуну пришлось собраться с духом. Однако страж дверей окинул взглядом его безупречно сшитый фрак и прочие атрибуты бального наряда и отдал почтительный поклон, пропуская внутрь.

— Держишься неплохо. — похвалил Теренс и тут же добавил: — Но я сильно сомневаюсь в успехе. Приодеться мало, и если это весь твой план, я не дам и ломаного гроша за успех. Может, ты думаешь, что самое главное — это проникнуть внутрь? Учти, с Тэры не спускают глаз, и похитить ее не удастся. И почему ты не захотел поделиться со мной своей задумкой?

«Потому что мне совсем ни к чему, чтобы рядом многозначительно ухмылялись и надувались от предвкушения того, как ловко одурачат Райана», — подумал Стоун, но вслух этого не сказал. Теренс, в котором хитрости не было ни на грош, должен выглядеть встревоженным и неуверенным в себе, как и подобала после трехлетнего отсутствия. Ставка слишком высока, и душевное состояние Теренса могло подождать. Самое главное сейчас выяснить намерения Тэры.

— Мистер Уинслоу! — вскричал седовласый слуга, когда они прошли в вестибюль. — Вот уж не думал, что снова увижу вас под этой крышей! Кое-кому из нас недоставало вашей… вашей…

— Моей кротости, — со вздохом закончил за него Теренс. — А где ваш строгий хозяин?

— В бильярдной. — Старик прикрыл рот ладонью и усмехнулся: — При виде вас он лопнет от злости.

— Тогда распорядись, чтобы прислали портного с иголкой и ниткой, — ответил Уинслоу, и слуга, посмеиваясь, побежал дальше. Газетчик с кислой улыбкой повернулся к Стоуну: — Скорее лопнет океанский пароход, чем старый Райан. Он такой раб условностей и приличий, что сам зашьет себе швы за фикусом, лишь бы все было чинно и гладко до самой последней минуты бала.

Стоун не мог не усмехнуться, живо представив себе, что реплики вроде этой так и летали взад-вперед между Теренсом и его тестем, когда те жили под одной крышей. Несмотря на клятву не вмешиваться, газетчик явно мысленно затачивал свой словесный кинжал.

— Не желают ли господа, чтобы я сообщил мистеру О'Доннелу об их прибытии? — обратился к ним другой слуга, молодой и явно не знакомый с Теренсом.

— Господа не желают, — брюзгливо ответил тот. — Господа сами объявят о своем прибытии. Не стоит отрывать хозяина дома от занятия, без сомнения, важного, каким бы оно ни было. Вперед, Прескотт!

Стоун не сразу последовал за ним, рассматривая роскошное убранство особняка. В глаза бросалась довольно экстравагантная мебель по самой последней моде; расписной потолок сверкал позолотой в свете хрустальной люстры. Ковры, дорогие безделушки, серебро. Так вот где выросла Тэра, вот где она воспитывалась! Разве из такого роскошного гнезда перебираются навсегда в простое и незатейливое? В этот момент «Даймонд» казался Стоуну хижиной. Он ощутил прежнюю неуверенность и не без усилия стряхнул ее. Он не должен решать за Тэру, она сама имела право голоса.

Наконец мужчины добрались до бильярдной, и там Стоун снова увидел того, кто год назад нанял его для расследования махинаций Меррика.

Райан О'Доннел был занят беседой, но врожденное чувство, которое всегда подсказывало ему о приближении важных событий, заставило его повернуться к двери. Все еще зоркие глаза старика заметили Теренса, и тотчас кустистые брови сдвинулись: что этот тип делает в его доме? Рядом с его зятем шел рослый и статный человек, еще молодой, но с печатью зрелости на красивом лице. Он был хорошо сложен и одет с иголочки, и Райану показалось, что однажды они уже встречались, но как он ни напрягал память, не мог вспомнить. И только когда незнакомец своеобразным движением откинул голову, сверкнув серо-синими глазами, Райан вспомнил, кто это. Простецкого вида ковбой, с которым ему довелось однажды побеседовать в Далласе, преобразился в человека светского. Элегантная одежда отлично сидела на его могучей фигуре, подчеркивая отличное сложение, и Райан, по натуре склонный к критике, не нашел ничего, что можно было бы втайне высмеять. Правда, гость явился без приглашения, но это, несомненно, было делом рук неугомонного зятя.

— Мистер О'Доннел, для меня большое удовольствие видеть вас.

Голос вновь прибывшего был негромок, но так звучен, что перекрыл шум беседы, и гости невольно оглянулись посмотреть на того, кто заговорил. Он прямо взглянул в глаза Райану, когда тот пожимал протянутую руку. Это была рука сильная, знавшая физический труд. Такая рука у человека богатого говорила бы о том, что он сам поднялся из низов. Это всегда вызывало уважение.

— Мистер Прескотт, — произнес Райан, задаваясь вопросом, кто же этот человек на самом деле.

— Позвольте высказать восхищение убранством вашего дома, — продолжал тот. — Я повидал немало и нахожу, что вы человек со вкусом.

Тем временем гость явно завладел вниманием окружающих. Женский пол откровенно любовался им, а поскольку зрение у Райана было превосходное, он отметил эту дань восхищения и мысленно присоединился к ней. Бронзовая от загара кожа Прескотта производила ошеломляющий контраст с белизной его накрахмаленной рубашки, дорогие запонки своим блеском привлекали внимание к сильным рукам. Все без исключения говорило о том, что это настоящий мужчина, из тех, кто способен рывком лассо свалить на землю молодого бычка, однако манеры его были безупречны, держался он со сдержанным достоинством, и речь его была на редкость правильной. Райан невольно спросил себя, чего ради ? Я назад этот человек разыграл перед ним простого ковбоя. Поразмыслив, он догадался, что тот попросту входил в роль, и неохотно признал, что это ему прекрасно удалось, если даже он, человек проницательный, попался на эту удочку.

— Я лично явился в Сент-Луис, чтобы уведомить вас об успешном завершении расследования на ранчо «Даймонд». В данный момент я ограничусь только этим заявлением, но позже, если желаете, охотно посвящу вас во все детали.