Мюриэл Митчелл - Детство Скарлетт

Ретт Батлер медленно вытащил револьвер, стараясь держать его стволом вверх.

И тут случай помог Ретту Батлеру. Справа от него послышался шорох и он на всякий случай резко обернулся. На шорох повернулись и все трое мужчин.

В боковой улочке, прямо у дома, росло большое апельсиновое дерево, и мальчишка камнями пытался сбить себе несколько плодов. Но ему это никак не удавалось. И тогда мальчишка, взяв большую палку, попытался дотянуться до нижней ветки. Но и тут его постигла неудача: мальчишка был еще слишком мал.

Ретт Батлер взвел курок револьвера и выстрелил. И апельсин упал прямо к ногам ребенка. Ретт Батлер стрелял еще трижды — и каждый раз к ногам мальчика падал плод. Мальчишка даже не испугался, а радостно захохотал. Наверное, в Аква-Колиенте выстрелы звучали каждый день.

Мексиканцы переглянулись: такого им еще не доводилось видеть.

Ретт Батлер спрятал револьвер в кобуру. И тут же у него над головой прозвучало шесть выстрелов — один за другим и шесть апельсинов с верхних ветвей упали вниз.

А мальчик, совсем не интересуясь тем, кто это стрелял, принялся собирать их в подол белой рубахи.

Мексиканцы, увидев подобное искусство стрельбы, к тому же не видя, откуда стреляют, бросились врассыпную, улица мгновенно опустела. На ней остались лишь мальчишка с апельсинами и Ретт Батлер.

Ретт, запрокинув голову, посмотрел на верхний этаж дома: там, в раскрытом окне, прямо над вывеской, извещавшей своими буквами, что тут располагается таверна, стоял полковник Чарльз Брандергас с дымящимся револьвером в руке.

Но Ретта Батлера не так-то легко было застать врасплох. Он не испугался и даже не изумился.

— Откуда ты здесь взялся, Чарльз? — только и спросил он.

Но ответом ему была только ехидная улыбка полковника Брандергаса. Он повесил свой длинноствольный револьвер на живот и застегнул сюртук. А потом кивнул, показывая, чтобы Ретт Батлер зашел в таверну.

Долго упрашивать того не приходилось, ведь он прекрасно понимал, что Альфаро Сикейрос со своими людьми, заслышав стрельбу тут же окажутся на месте, а ему нужно было еще переговорить с Чарльзом Брандергасом наедине.

Ретт Батлер шагнул в прохладное, аккуратно выбеленное помещение таверны.

Полковник Брандергас уже сидел за столиком, положив перед собой руки.

— Как ты здесь оказался? — вновь задал свой вопрос Ретт Батлер.

Полковник улыбнулся и кивнул Батлеру на стул, чтобы тот присаживался.

Но Ретт прислонился спиной к дверному косяку и скрестил на груди руки.

— Как хочешь, — сказал полковник, — можешь и постоять.

Ретт Батлер явно ждал объяснений и полковник, хмыкнув, сказал:

— Думаешь, я такой идиот, чтобы ехать на север.

— Я думал так, — сказал Ретт Батлер.

— Как видишь, ошибался. Я понял, ты предложишь Альфаро Сикейросу ехать на юг, чтобы он принял противоположное решение. Но Альфаро Сикейрос не менее хитер, чем я и ты вместе взятые. И он, естественно, выбрал третий путь — на восток, ведь на запад, в Бергтаун, ему не было смысла ехать.

Объяснение было таким простым, что Ретт Батлер даже растерялся.

Он не думал, что полковник Брандергас так ловко обведет его и Альфаро Сикейроса вокруг пальца. Но факт был налицо, полковник Брандергас сидел в Аква-Колиенте собственной персоной и как обычно немного надменно смотрел на Ретта Батлера и кривил свои тонкие губы в немного ехидной улыбке.

Ретт Батлер тяжело вздохнул.

— Ну что ж, вот мы и встретились.

Хозяин таверны, поняв, что гости не собираются чинить у него погром, вышел из боковой двери и поставил перед полковником Брандергасом поднос, полный еды. Здесь было все, на что способна местная кухня: вперемешку лежали фрукты, овощи, куски жареного на вертеле мяса. Вилки и ножа не было в помине.

Полковник Брандергас взял в руку кусок мяса и принялся жадно есть. Мясо было сочным и хорошо прожаренным. Полковник улыбался, словно хорошо приготовленное мясо было его собственной заслугой.

А Ретт Батлер сглотнул слюну. Ему хотелось бы присоединиться к трапезе полковника, но чтобы этого не делать, у Ретта Батлера было две причины: во-первых, он чувствовал себя виноватым перед полковником, ведь он хотел его обмануть, а во-вторых, сейчас тут должны были появиться люди Альфаро Сикейроса, и не стоило выставлять напоказ свое знакомство с Чарльзом Брандергасом.

Ретт Батлер, заслышав шаги на улице, понял, что это идет Альфаро Сикейрос и его люди. Он тут же подошел к стойке и заказал себе выпивку.

В таверну ввалились Альфаро Сикейрос и его подручные. Трое остались на улице сторожить фургон и лошадей, а остальные сразу же с порога закричали:

— Виски! Виски!

Но Альфаро Сикейрос остановил хозяина таверны, уже готового налить стаканы.

— Всем вина, никакой крепкой выпивки.

Полковник Брандергас сидел, низко опустив голову так, что из-за полей его шляпы трудно было разглядеть лицо, и ел тщательно пережевывая. Он смаковал каждый кусок, который попадал ему в рот и нимало не смущался тем, что закусывал мясо сладкими фруктами.

А на бандитов он вообще не обращал внимания, как будто бы находился в таверне один.

Наконец, бандиты получили желанную выпивку. Правда, это было не совсем то, на что они рассчитывали, но Альфаро Сикейрос строго посмотрел каждому из них в глаза, словно предупреждая, что если кто-нибудь его ослушается — ему несдобровать.

Горбун, выпив стакан вина, вытер рот рукавом и блаженно улыбнулся. Ему, конечно же, хотелось еще выпивки, но ослушаться Альфаро Сикейроса он не решился. Ему следовало бы чем-нибудь себя занять. А следующим удовольствием после выпивки у Горбуна-ирландца было повздорить с кем-нибудь и начать ссору.

Его внимание привлек полковник Брандергас, ведь судя по одежде, тот был явно не из здешних краев и заступиться за него тут было некому.

Горбун несколько мгновений пристально всматривался в обедающего мужчину, а потом пригнулся, чтобы заглянуть тому в лицо.

Чтобы дать себя рассмотреть, полковник Брандергас поднял голову и глянул в потолок.

Горбун присвистнул, узнав своего обидчика, с которым не смог поквитаться в Бергтауне. На его лице появилось мерзкое выражение — какая-то смесь ненависти и сладострастной радости.

Удобный случай сам пришел ему в руки, в уголках губ ирландца появились сгустки слюны. Он сузил свои глаза и, оттолкнувшись от стойки, покачиваясь при каждом шаге, двинулся к спокойно обедающему полковнику Брандергасу.

А тот словно бы даже не заметил ирландца и продолжал есть мясо.

— А по-моему, это наш старый знакомый, — воскликнул ирландец, указывая пальцем на полковника Брандергаса.