Сири Джеймс - Дракула, любовь моя

Только я знала, что этот план обречен на провал. Николае говорил мне, что теория профессора насчет того, что вампиры не способны пересекать проточную воду, — совершенная чушь. Да его вообще не было на борту корабля.

— Я взломаю ящик и прикончу чудовище, прежде чем оно проснется! — вскричал Джонатан.

— А нас не заподозрят в убийстве? — обеспокоился доктор Сьюард.

— Нет, — ответил доктор Ван Хельсинг. — Ведь если мы отрежем ему голову и пронзим сердце колом, то тело вампира рассыплется в прах, не оставив никаких улик против нас.

— Почему? — спросил мистер Моррис. — Ведь с мисс Люси не произошло ничего подобного, когда мы проделали с ней то же самое.

— Она была новообращенным вампиром, и ее тело еще не истлело. Графу Дракуле много веков. Да возвратится он в прах!

Николае мысленно общался со мной каждый день, с тех пор как покинул Англию. Он проследовал тем же маршрутом шестью днями ранее, как и мы, на «Восточном экспрессе», втайне отдыхая днем в товарном вагоне, в ящике с землей, замаскированном под обычный груз. Он только что сообщил мне, что прибыл в свой замок Дракулы и отдает необходимые распоряжения для представления.

«А как же „Царица Екатерина“? — мысленно спросила я. — Что случится, когда судно пристанет в Варне?»

«Подожди — и сама увидишь», — ответил он.

Мы провели неделю в Варне, ожидая вестей касательно «Царицы Екатерины». Тем временем я стала очень уставать и много спала, порой до самого вечера. У меня пропал аппетит, я часто мерзла и заметила, что выгляжу немного бледнее, чем обычно, отчего алый шрам на моем лбу пылал еще ярче.

Я видела, что мужчины обратили внимание на эти перемены и втайне беспокоятся, хотя и молчат о них в моем присутствии. Они продолжали верить, что я была запятнана в ту ночь, когда пила кровь Дракулы. Я утешалась тем, что во всем виноваты бессонные ночи и томительные дни путешествия..

Двадцать четвертого октября принесли телеграмму, в которой сообщалось, что «Царица Екатерина» прошла Дарданеллы. Это означало, что она пристанет в Варне не позже чем через сутки. Мужчин охватило дикое и радостное возбуждение. Однако, к общему разочарованию, «Царица Екатерина» не причалила в Варне ни на следующий день, ни позже. Четыре напряженных дня не было вестей ни о судне, ни о возможных причинах его задержки. Мужчины, за исключением Джонатана, изнемогали от лихорадочного беспокойства. По утрам муж безмятежно сидел в нашем номере и точил огромный изогнутый нож кукри, с которым больше не расставался. От вида острого как бритва клинка у меня кровь стыла в жилах. Я с невольным ужасом представляла, что может случиться, если лезвие, сжимаемое твердой и решительной рукой Джонатана, коснется горла Николае.

Муж держал свое обещание ничего от меня не скрывать и вскоре убедил остальных поступать так же. Я и дальше позволяла доктору Ван Хельсингу гипнотизировать меня дважды в день, всякий раз повторяя одно и то же. Однажды на рассвете, когда я находилась в притворном трансе, он открыл мне рот, чтобы осмотреть зубы, чем ужасно напугал меня.

— Пока что без перемен, — заметил профессор.

— О чем вы говорите? — спросил мистер Моррис.

— Помните, как клыки мисс Люси стали длиннее и острее в последние дни перед ее смертью? — спросил доктор Ван Хельсинг, и мужчины закивали с серьезным видом. — Я слежу и за другими симптомами. Разве вы не видите? Мадам Мина уже теряет аппетит. Если она начнет алкать крови…

— Что тогда? — тревожно спросил лорд Годалминг.

— Нам придется принять меры, — с сожалением ответил профессор.

— Какие? — в ужасе воскликнул Джонатан.

В комнате повисла тишина.

— «Эвтаназия» — прекрасное и утешительное слово, — тихо ответил доктор Сьюард.

— Вы что, рехнулись? — закричал Джонатан. — Вы хотите лишить мою Мину жизни до срока? Не желаю и слышать об этом!

— Вы не понимаете, друг мой, потому что вас с нами не было, — возразил доктор Ван Хельсинг. — Мы все видели ужас воскрешения мисс Люси.

— Вместо женщины из плоти и крови перед нами предстало существо из сладострастной похоти и ужаса, — добавил мистер Моррис — Поверьте, Харкер, вашей жене лучше умереть, чем рыскать по полям подобным чудовищем.

Мое сердце забилось от тревоги. Господи! Если мужчины решат, что я бесповоротно становлюсь вампиром, они прикончат меня! Я постаралась не думать, что это может случиться, что, возможно, Николае пил мою кровь слишком часто и…

«Не тревожься, — раздался голос в моей голове. — Что бы ни случилось, эти мясники не причинят тебе вреда. Я буду поблизости, любовь моя. Я охраняю тебя даже сейчас».

«Где? — мысленно спросила я. — Где ты?»

«Рядом. Я двигаю судно. Управлять погодой довольно непросто».

Я мысленно улыбнулась. Столь небрежное замечание и такая невероятная задача.

Я быстро открыла глаза, улыбнулась как можно слаще и спросила:

— Профессор, что я сказала? Ничего не помню.

Джонатан и остальные отвернулись с виноватыми лицами.

— Только то, что мы уже знаем, мадам Мина, — поспешно ответил доктор Ван Хельсинг. — Судно по-прежнему где-то в пути.

— Вероятно, его задержал туман, — предположил лорд Годалминг. — С некоторых пароходов, пришедших прошлой ночью, сообщалось о пластах тумана, лежащих на север и юг от порта.

— Нам остается только ждать и наблюдать, — подытожил профессор. — Корабль может причалить в любую минуту.

В то же утро пришла телеграмма. Мы собрались в гостиной, чтобы прочесть ее.

ЛОНДОН, 28 ОКТЯБРЯ 1890 ГОДА

ЛОРДУ ГОДАЛМИНГУ. ЧЕРЕЗ ВИЦЕ-КОНСУЛА ЕЕ БРИТАНСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА В ВАРНЕ. ПОСТУПИЛО СООБЩЕНИЕ, ЧТО «ЦАРИЦА ЕКАТЕРИНА» ВОШЛА В ГАЛАЦ СЕГОДНЯ В ЧАС НОЧИ. РЕГИСТР ЛЛОЙДА, ЛОНДОН.

— Галац? Нет! Не может быть! — потрясенно вскричал доктор Ван Хельсинг и на мгновение воздел руку над головой, как бы апеллируя к всемогущему Господу.

— Где это — Галац? — мертвенно побледнев, спросил лорд Годалминг.

— В Молдавии, — ответил доктор Сьюард, качая головой в изумленном разочаровании. — Это их главный торговый порт, примерно в ста пятидесяти милях на север от нас.

— Я ожидал чего-то подобного с тех пор, как судно изрядно задержалось, — напряженно сказал мистер Моррис.

Джонатан вцепился в рукоятку своего огромного ножа кукри, мрачно, горько усмехнулся и заявил:

— Граф играет с нами. Он заглянул в разум Мины, выяснил, что мы ждем его здесь, и потому призвал туман, чтобы обойти и опередить нас.

— Хотел бы я знать, когда отправляется следующий поезд в Галац, — задумчиво пробормотал профессор.