Жаклин Монсиньи - Флорис. «Красавица из Луизианы»

Раздраженные сим маловразумительным ответом, Флорис и Адриан отправились дальше. Чтобы выиграть время, они оставили карету неподалеку от порта, под бдительным оком Федора и Ли Кана.

Вот уже пятеро суток молодые люди без сна и отдыха неслись к заветной цели. Они ели и пили, не слезая с седла. Любой другой человек свалился бы без сил, но эти двое, казалось, были сделаны из какого-то особого теста. Жесткая щетина покрывала их щеки, глаза у обоих горели от возбуждения. Несмотря на запыленную, грязную одежду, никто не мог бы ошибиться на их счет. Это были господа, большие вельможи.

Флорис почти не замечал жизни, кипевшей в порту. А посмотреть было на что. Повозки и телеги то и дело встречались на причалах. По сходням с тяжелой ношей на спинах сбегали грузчики и матросы. Моряки чинили огромные паруса, рыбаки плели сети. Флорис и Адриан объезжали их осторожно, чтобы не порвать белые полотнища. Они внимательно осматривали все корабли, стоявшие в гавани на якоре: «Святой Иоанн», «Дофина», «Мариетта», «Святая Варвара», «Опал», «Нептун» — красовались надписи на бортах судов, но нужного братьям среди них не было.

Военные корабли и торговые суда стояли у разных причалов.

— А где находится управление портом? — спросил Адриан у матросов, игравших в карты, хотя азартные игры на флоте были запрещены. Один из них, не отрывая глаз от карт, указал пальцем на строение у мола. Перед его дверьми множество моряков, солдат и каких-то девиц о чем-то яростно спорили. Флорис и Адриан спешились. В прихожей они увидели морского офицера.

— Капитан, мы ищем корабль под названием «Красавица из Луизианы». Не могли бы вы сказать нам, где он стоит? — спросил Флорис.

Офицер усмехнулся и подвел молодых людей к окну.

— Смотрите… Вон она, ваша «Красавица»… как раз в середине каравана…

Флорис побледнел. Около сотни кораблей с раздутыми парусами выходили в открытое море…

— Вы… вы уверены, капитан, что «Красавица из Луизианы» — среди этих кораблей? — настаивал Адриан.

— Я знаю, что говорю, господа! А вообще-то, кто вы, собственно говоря, такие? — спросил офицер, поглядывая на братьев с некоторым подозрением. Молодые люди назвали свои имена. Капитан тотчас же смягчился. Он увлек их в свой кабинет, чтобы побеседовать в более приятной обстановке.

— Нельзя ли нанять быстроходный корвет, чтобы догнать их? — спросил Флорис.

— Это было бы возможно, если бы ветер не изменил направление. Но сейчас ни одно судно не выйдет из порта. Приказ есть приказ. Люди боятся, чего же вы хотите! А все из-за войны с проклятыми англичанами! Мы формируем целые караваны из торговых судов, они выходят в море под охраной фрегатов. Следующий караван отправится не ранее, чем через два месяца. Но почему вас интересует «Красавица из Луизианы»?

Флорис и Адриан переглянулись. Казалось, капитан был симпатичным, добрым человеком, и следовало ему все объяснить, как есть. К тому же еще оставалась надежда, что Батистина не отплыла на «Красавице».

Узнав истинное положение дел, капитан печально покачал головой:

— А знаете ли вы, что за груз находится на борту «Красавицы»?

— Нет! — ответили братья, тотчас же припомнив обеспокоенную физиономию господина Ленормана.

— Ну так смотрите! Вот бумаги. О, не волнуйтесь, здесь все по правилам. Вот контракт, оформленный должным образом. Он заключен с министерством Военно-морского флота… Этот корабль везет женщин из тюрем, а также из злачных мест столицы… Воровок, проституток, убийц… Смотрите, вот список…

Дрожащими руками схватили Флорис и Адриан лист пергамента и принялись читать:

— Мария-Анна Фонтен, прозвище Крючница, 38 лет, приговорена к пожизненному заключению за множество убийств;

Сара де Висм, прозвище Золотая Ляжка, 18 лет, опасная интриганка, скандалистка и бунтовщица;

Жанна Лефевр, прозвище Дядюшка, знаменитая воровка и мошенница, заклейменная цветком королевской лилии, величайшая распутница;

Мари Демаре, прозвище Нене, известная развратница, пыталась обвинить судью в том, что он, якобы, склонял ее к постыдному сожительству;

Туанетта Женест, прозвище сводница, плутовка и мошенница, обвиняемая во всех мыслимых и немыслимых грехах;

Жанна Виньерон, прозвище Людовик, очень опасная девица, отравительница и фальшивомонетчица;

Юлия Менгден, прозвище Иностранка, ужасная распутница, тайная сводница и страшная грешница;

Мария-Франсуаза де Палси, прозвище Тряпка, 17 лет, наводчица и богохульница;

Лапорше, прозвище Свинья, 30 лет, заклеймена цветком королевской лилии, отрезала бритвой два пальца у жандарма, который ее арестовал, и подожгла камеру;

Мария-Луиза Приме, прозвище Дитя, распутница и аферистка…

— Сами видите, какой кошмар! — сказал капитан, забирая документ назад.

Флорис был смертельно бледен. Он чувствовал, как волосы у него на голове встают от ужаса дыбом. Адриан крепко сжал плечо брата.

— А нет ли там детей или молодых девушек, похищенных в Париже? — спросил Флорис прерывающимся голосом.

— Да нет же! Все это пустая болтовня! Глупые сплетни! Женщины, которых отправляют за море, всего лишь жалкий сброд, отребье… И общество избавляется от них таким образом, да и колонии заселяются! — заверил братьев офицер.

— Капитан, мы не увидели имени той девушки, которую разыскиваем, в этом списке. Мы уверены, она не могла быть в тюрьме! — воскликнул Адриан.

— А! Так, может быть, она среди пассажиров? Подождите, подождите, здесь у меня где-то был список! Ах, вот и он! Да, на борту всего три пассажира: господин Вейль, хирург и аптекарь, направляющийся в Новый Орлеан, шевалье Гонтран д’Обинье и мадемуазель Батистина Бургиньон…

Флорис и Адриан разом вскрикнули. Они поспешно выхватили листок из рук капитана. Батистина Бургиньон… Батистина Бургиньон…

Флорис отер со лба холодный пот. Итак, она действительно убежала от него после их ночи любви. А он-то надеялся… Да, надеялся найти ее, если и не раскаявшейся в своем поступке, то хотя бы порастерявшей свой гнев.

У Адриана на глазах выступили слезы: его дорогая сестренка отказалась от фамилии де Вильнев и приняла фамилию матери.

— Во всем виновата гордость! Проклятая семейная гордость!

Братья медленно плелись по набережной. Они не могли вымолвить ни слова. А вдалеке за горизонтом исчезали паруса.

Они попытались соблазнить кучей золота капитана одного быстроходного суденышка, но тот только рассмеялся им в лицо, как и все остальные моряки, к которым они обращались.

— Пытаться догнать караван! Да английские пираты тут же набросятся на нас! — такой ответ они получали всюду.