Рексанна Бекнел - Ночная голубка

Джоанна помотала головой, отгоняя эти нелепые мысли. Какое ей дело, кто нынче остановился в этой комнате? Ее не может интересовать ничто из происходящего в Оксвиче. И, будто стремясь доказать самой себе правоту этого утверждения, она нахмурилась и решительно зашагала вниз по ступеням узкой лестницы. Сейчас она позавтракает, потом перемолвится несколькими словами с челядью, а после этого уедет отсюда. Навсегда.

Спустившись в коридор, Джоанна направилась к главному залу замка и еще издали услышала голос Райлана и неотчетливое бормотание нескольких его собеседников. Сквозь арку, отделявшую зал от коридора, она увидела несколько воинов, которые заканчивали завтрак за узким длинным столом. Слуги споро и расторопно убирали грязную посуду — большинство людей Райлана уже успели поесть и разбрелись кто куда. Человек пять мастеровых переминались с ноги на ногу у стены, увешанной рыцарскими доспехами и охотничьими трофеями. Они ждали, когда можно будет поговорить о своих делах с новым хозяином. Райлан о чем-то говорил с управляющим и его помощниками, сидя за столом подле трех узких решетчатых окон. Вот он наклонился и принялся делать пометки на пергаменте. Косой луч солнца осветил его лицо и руку зажатым в ней гусиным пером. Джоанна остановилась, любуясь его темными, как смоль, волосами, мужественными чертами лица, грациозностью движений. Словно почувствовав ее присутствие, Райлан поднял голову, взглянул в ее сторону и улыбнулся.

Остальные, увидев, как внезапно преобразилось лицо их господина, проследили за направлением его взгляда и тоже как по команде посмотрели на нее. И заулыбались, узнав в ней дочь прежнего хозяина, свою новую госпожу. Но Джоанна не обратила на них внимания. Она не сводила глаз с Райлана.

В улыбке, преобразившей его суровые черты, было что-то новое, Джоанна никогда еще не видела его таким. В сознании ее вновь возник вопрос, над которым она думала, прежде чем выйти из своей комнаты. Но теперь она точно знала ответ на этот вопрос: да, она была влюблена в своего мужа. Она любила его и верила ему, и чувство это было неизмеримо выше простого физического влечения. Каким-то непостижимым образом ему удалось найти путь к ее сердцу и навек завладеть им.

Словно прочитав ее мысли, Райлан отложил перо, встал и пошел прямо к Джоанне, не отрывая взора от ее лица.

— Доброе утро, госпожа супруга, — сказал он, улыбаясь. — Если вы не против, я представлю вас вашим преданным слугам. После чего мы можем приступить к трапезе.

Но Джоанна была переполнена столь сильными чувствами, что язык не повиновался ей. Она молча во все глаза смотрела на Райлана, так, словно в эту самую минуту с ее глаз упала застилавшая их пелена. Боже, как он красив! — думала она, потрясенная этим открытием. Как он прост и одновременно величествен! Его стройное, мужественное тело, как всегда, было облачено в одежду неброских цветов и строгого покроя, темные волосы стягивала черная бархатная лента, а единственным украшением по-прежнему оставался кожаный пояс с дорогой отделкой. И все же в нем безошибочно угадывался аристократ, отважный воин и искусный политик. Человек, умеющий добиваться своего.

Как могла она отмахнуться от всего этого тогда, в монастыре, во время их самой первой встречи? Почему не догадалась, что он — ее суженый, ее первая и единственная любовь? Сердце ее радостно забилось, к горлу подкатил комок. О, какой чудесной может быть жизнь! Зардевшись, Джоанна опустила глаза.

— Так как же, Джоанна? Да или нет? — мягко спросил он ее, понизив голос.

— О, я, право… д-да… Я готова познакомиться с ними. — Опираясь на его руку, Джоанна медленно шла рядом с ним вдоль большого зала. Она чувствовала под своими пальцами его крепкие мускулы. Ее охватило прежде неведомое чувство обладания. Это ее муж. Она — его жена.

И она любит его!

Но они еще не разделили супружеское ложе, пронеслось у нее в голове. Джоанна сделала безуспешную попытку отогнать эту неуместную мысль.

Джоанна механически бормотала слова благодарности в ответ на приветствия сенешаля, его помощников, маршала, мажордома, поваров и горничных.

— Пастухи, птичницы и скотницы заняты своей работой. А что касается гарнизона, Келл сейчас проводит его смотр и обсуждает с капитаном вопросы обороны замка и остальных владений, — объяснял Райлан. — Поскольку мы сегодня уезжаем, знакомство ваше с ними, боюсь, придется отложить на неопределенный срок. — Он искоса взглянул на нее, словно надеясь, что она передумает.

Говоря по правде, Джоанна за последние несколько минут и думать забыла о своей ненависти к Оксвичу. Она была рядом с любимым мужем. Все остальное отступило на задний план. Кроме того, она вспомнила некоторых из тех, кто почтительно приветствовал ее сегодня. Но и остальные, кого она не знала, радостно и приветливо улыбались ей. Они были довольны, что у них теперь есть хозяин и хозяйка, способные защитить Оксвич и позаботиться о нуждах всех его обитателей. Они готовы были любить и почитать ее, и Джоанна подумала, что вполне могла бы стать требовательной, но справедливой госпожой всех этих людей. Если бы не Оксвич. Она чувствовала, что здесь совсем неподходящее место для начала их с Райланом супружеской жизни. Она сможет подарить ему всю свою любовь, лишь когда покинет эти мрачные своды. Собравшись с духом, она твердо сказала:

— Я могу поесть и одна. Ведь вас ждут дела. Я сама о себе позабочусь и приготовлю все необходимое для переезда в Блэкстон. — Джоанна блестяще справилась с этой небольшой речью, но под конец выдержка изменила ей, и она добавила с мольбой в голосе: — Постарайтесь, пожалуйста, не задерживать наш отъезд!

Он сжал ее локоть и бодро ответил:

— Я должен лишь принять присягу в верности и рассудить некоторые спорные дела. Если вас не затруднит взять на себя сборы в дорогу, мы выедем сразу же после полудня.

Эти слова успокоили Джоанну. Она погрузилась в хозяйственные хлопоты, но все необходимые приготовления заняли почему-то совсем мало времени. Ей больше нечего было делать, и она почувствовала, как неодолимая сила влечет ее наверх, туда, в ту самую комнату…

Туда убежал котенок, вспомнила она. Кошкам нечего делать в комнате ее покойной матери! Она подошла к лестнице и в нерешительности остановилась, затем оглянулась на сводчатую арку входа в главный зал. Райлан пошел разбирать спор, возникший из-за того, что собака одного из крестьян покусала молочную корову другого. От испуга у той пропало молоко. Когда же он наконец вернется?!

Внезапно она услыхала пронзительное мяуканье, и в зал вбежали две крупные кошки, преследуемые по пятам рассерженной служанкой.