Бетина Крэн - Выбор страсти

– Мы везли в Филадельфию Вул-вич. Здесь живет ее отец, у него магазин. Вот мы с Рейдером и везли ее домой, – бессвязно повторял одно и то же Бастиан.

– Да, твоя женщина должна гордиться тобой. – Сигне указала на мачты «Гурмана». – Такая добыча!

– У меня нет женщины, – ответил Бастиан, и ему показалось, что в ее глазах мелькнула радость. Он бы наверняка, очень удивился если бы прочитал мысли Сигне: «О, у тебя есть женщина, Бастиан Кейн!»

Сделка между капитанами завершилась удивительно быстро. К этому моменту как раз подошел Рейдер и несказанно удивился, увидев Сигне Торвальд. Их представили друг другу, причем оба сделали вид, что совершенно не знакомы. Прощаясь, Сигне Торвальд пригласила Бастиана Кейна на ужин к Ольстенам… чтобы отпраздновать сделку.

Запинаясь и краснея, Бастиан принял предложение, а потом долго смотрел ей вслед, пока она не скрылась из виду. Он даже не заметил, что за ними наблюдает Рейдер. А тот вдруг вспомнил, что все эти ночи Бастиан проводил в доме Вулричей, ни разу не напивался до бесчувствия и не уходил с какой-нибудь портовой шлюхой. Это было совсем не похоже на Бастиана. А как он смотрел на Сигне Торвальд! Рейдер никогда не думал, что у Бастиана Кейна может быть такой взгляд.

Бастиан прибыл в дом Ольсенов ровно в семь. Перед этим он принял горячую ванну, тщательно оделся, вот только долго ломал голову над тем, надевать или нет на глаз черную повязку. В конце концов по совету Блайт Бастиан решил оставить ее дома. Оказавшись в гостиной Ольсенов и увидев Сигне, он понял, что старался не напрасно.

Ужин был великолепным, хотя Бастиан больше наслаждался соседством с Сигне, чем изысканными блюдами. После уроков Рейдера и Блайт он вполне уверенно чувствовал себя за столом, ловко орудуя ножом и вилкой.

После ужина, когда время близилось к десяти, Хильде зевнула, прикрываясь ладошкой. Заметив это, Сигне отослала ее и Ларса спать. Супруги удивленно посмотрели на нее, но потом решили, что ей лучше знать, что делать, и, извинившись, ушли к себе.

Сигне расположилась на небольшом диванчике, предложив Бастиану сесть рядом. Он с радостью принял предложение, и между ними тут же завязался непринужденный разговор.

Сигне расспрашивала Бастиана о Рейдере и Блайт, о Франко и обо всех остальных. Он подробно отвечал на все ее вопросы и даже рассказал о стычке с Лонг Беном. Но, Боже, как же ему было трудно сидеть рядом с Сигне и сдержанно беседовать о пустяках, когда… Неужели Рейдеру удавалось так долго находиться возле Блайт и не заваливать ее на спину?!

Бастиан сказал Сигне, что очень рад тому, что она не держит на них зла за похищение. Эти слова сразу напомнили им о вечере на острове, и оба замолчали.

– Я думала о тебе, Бастиан Кейн, – первой нарушила молчание Сигне. – Часто.

– Да?! – Он едва мог говорить из-за внезапно вспыхнувшего желания.

Исходящий от нее аромат кружил ему голову. Сигне сладко пахла розами, мускусом и вином. Признаться, его чуткий нос, столь разборчивый к запахам, редко вдыхал такой упоительный аромат.

– Я почти сожалею о том, что оставила тебя той ночью, – неожиданно призналась Сигне; они посмотрели друг другу в глаза. – Жизнь коротка и тяжела. Нельзя терять прекрасные мгновения любви.

– Я… – Бастиан с трудом сглотнул, – я тоже думал о тебе. Клянусь кровью Моргана, я очень много думал о тебе. – Он робко взял ее за плечи, и Сигне сама прильнула к его груди.

Тогда Бастиан крепко прижал ее к себе. Они начали целоваться, забыв обо всем на свете. Он грубовато ласкал плечи Сигне, мял полные груди. Но Сигне хотелось куда большего, хотелось оказаться с ним в одной постели и позволить его большому телу вытворять с ней все, что угодно.

– Бастиан, мой Бастиан, – простонала она, отрывая от него распухшие губы. – Я хочу тебя.

– Господи, Сигне, я тоже хочу тебя, – пробормотал он, уткнувшись лицом в ее шею.

Сигне взяла голову Бастиана в свои ладони и повернула так, чтобы видеть его глаза.

– Мне двадцать семь лет. Я не так молода, но и не стара. Я пять лет была замужем. Однако Йенс Торвальд не дал мне детей. Не знаю, смогу ли я родить. Но… женись на мне, Бастиан Кейн. Уплывай на «Виндрейдере», куда тебе нужно, и возвращайся ко мне домой, в мою постель, когда сможешь.

В ее голосе звучала надежда и желание. Бастиан вздрогнул. «Жениться на ней?! Жениться!» – застучало у него в висках. Он напрягся, чувствуя, как постепенно исчезает желание, уступая место смятению и страху. Бастиан мягко отстранил ее от себя. Господи, неужели Сигне не понимает? Он пират, разбойник, а она порядочная женщина!

Бастиан посмотрел ей в глаза и увидел в них смятение и боль. Нет, он не в силах вынести это! Бастиан вскочил на ноги, не зная что сказать и как поступить. Он буквально разрывался на части: его тянуло к Сигне, хотелось ее любви, но в то же время ужасала одна только мысль о том, чтобы стать пленником порядочной леди.

– Сигне, – задыхаясь, проговорил Бастиан; однажды он уже сбежал от нее и готовился сделать это опять. – Сигне…

Нет, Бастиан не смог заставить себя сказать ей хоть что-нибудь. Бросившись к двери, он выскочил наружу. Сигне осталась сидеть на диванчике, обливаясь слезами, униженная и по-прежнему бесконечно одинокая. Подумать только, Бастиан Кейн, смелый, отважный пират, позорно сбежал от нее в холодную ночь!

Бастиан словно ураган носился по холодным ночным улицам, пока не забрался в первую попавшуюся таверну. Он заказал хорошую порцию рома и крепкого темного пива и теперь пил, не замечая ни подмигиваний разудалой девицы, ни призывных прикосновений к своему плечу ее пышной груди. Бастиан думал о Сигне Торвальд. Боже, как он позволил себе попасться на эту удочку! Ведь знал же, к чему это может привести! Стоит только взглянуть на Рейдера!

«Да, вот именно, посмотри на Рейдера, – сказал ему внутренний голос. – Рейдер доволен, счастлив и сейчас, наверное, занимается любовью со своей женой, в то время как я, Бастиан Кейн, свободный от семейных уз, сижу в одиночестве в таверне и напиваюсь до бесчувствия. Да, у Рейдера есть жена, он с ней постоянно спит, и, более того, ему есть с кем поделиться своими мыслями, есть с кем поговорить, посмеяться». Бастиан не раз видел, какими нежными, понимающими взглядами обменивались между собой Блайт и Рейдер. Внезапно перед ним вновь явственно возник образ Сигне Торвальд. Бастиан вдруг понял, что постоянно думает о ней так, как Рейдер думает о своей Вул-вич!

О Боже! Ведь они с Сигне тоже давно обменивались понятными только им взглядами. Бастиану очень хотелось иметь женщину, с которой он мог бы поговорить, поделиться своими мыслями. Сигне наверняка сумела бы его понять, понять душу моряка.