Розанна Битнер - Нежность

— Я ждал, пока она останется одна. Но сначала и использую ее, — прорычал Бичер. — Вы, ребята, займитесь пока чем-нибудь, а я закончу с ней.

— Нет, — сказал мужчина, помогая Саманте подняться на ноги. Он засунул ей в рот кляп и плотно обвязал лицо цветным платком. — Босс ничего не говорил об изнасиловании. Нам приказано доставить аболиционистку в тюрьму, и я не собираюсь позволить тебе изнасиловать беременную женщину.

— Это мое дело! — заорал Бичер. — Я все это организовал! И я за все отвечаю! Она — защитница ниггеров! И не заслуживает лучшего!

Человек выхватил револьвер и направил его на Бичера.

— Одно дело — изнасиловать негритянку, — зло выкрикнул он. — Но совсем другое — беременная белая женщина, даже если она и аболиционистка! Босс говорил, что судье в Индепенденсе уже надоели подобные дела. Кроме того, эта женщина хорошо известна в Лоренсе. Ее похищение может вызвать ответные действия аболиционистов, особенно, если она будет изнасилована! Плохо даже то, что ты оставил на ней синяки. Ей предстоит отсидеть какое-то время в тюрьме, что послужит для нее хорошим уроком!

Бичер подошел ближе, и мужчина взвел курок револьвера.

— У меня есть приказ поставить тебя на место, если ты затеешь нечто подобное. Ты знаешь, что с тобой произойдет, если ты назовешь какие-то имена или сделаешь что-то такое, что помешает этой женщине попасть в тюрьму.

Саманта, охваченная ужасом, наблюдала за происходящим, почти не веря своим глазам. Неужели эти люди могут застрелить Бичера прямо в ее присутствии? Кто они такие? Кто такой «босс»? Может, Ник Вест? Неужели это правда? Блейк! Нет, этого не может быть!

Из глаз Саманты текли слезы, рыдания рвались наружу. К тому же угол платка попал в горло, и она подумала, что ее сейчас вырвет. Ей хотелось кричать, но удавалось лишь издавать приглушенные звуки, скорее похожие на стоны.

— Возвращайся в Лоренс, — приказал Бичеру человек с револьвером. — Кто-нибудь видел, как ты ехал с ней?

— Нет, — торопливо ответил Бичер, вид у него теперь был довольно испуганный.

— Хорошо. Возвращайся и веди себя так, словно ничего не произошло. Поезжай к людям, у которых она жила, и притворись, что ищешь эту женщину. Когда же все поймут, что она исчезла, выражай сочувствие и сожаление. В Лоренсе не скоро успокоятся после этого. А теперь поезжай. Все идет так, как задумал босс.

Бичер хмуро посмотрел на говорившего, затем на Саманту, окинув ее алчным взглядом.

— Какая разница: найдут ее изнасилованной или застреленной? Люди подумают, что это дело рук бандитов.

— И после этого ты опять появишься в Лоренсе? — ехидно усмехнулся мужчина. — Мы сделаем так, как приказал босс. Ты знаешь, его нельзя сердить. Если эту женщину найдут изнасилованной или убитой, пол-Канзаса поднимется с оружием, чтобы найти того, кто это сделал. Люди с оружием могут появиться совсем не там, где нам бы хотелось. Она слишком известна, и ее очень любят. А теперь убирайся к черту в свой Лоренс. Тебе придется еще кое за кем последить, прежде чем ты понадобишься боссу. К тому времени, как женщину освободят, ты уже сможешь скрыться из города. В твоем распоряжении шесть месяцев. Выполняй свою работу, и тебе, как всегда, хорошо заплатят. А если ты все испортишь, то умрешь, как и другие, которые злят босса!

Бичер побледнел.

— Но постарайтесь, чтобы она была в тюрьме все шесть месяцев! Я не хочу, чтобы эта женщина вернулась прежде, чем я уеду оттуда!

Мужчина опустил револьвер.

— Поезжай.

Бросив последний взгляд на Саманту, Бичер повернулся и сел в коляску.

— Счастливо провести время в тюрьме, Ваше Высочество! — съязвил он. — Скорее всего твой ребенок там и умрет! А может, ты и сама отдашь Богу душу! Тогда ты сможешь соединиться на небесах со своими любимыми родителями! Ты же так веришь в это. В любом случае к этому времени я уже покину Лоренс и стану богатым человеком. Моя работа здесь закончена.

Бичер развернул коляску и уехал, а Саманта оторопело смотрела ему вслед. Может, это просто какой-то дьявольский кошмар? Еще недавно она тихо молилась в церкви, а сейчас ее, связанную, с кляпом во рту везут в тюрьму! Лицо Саманты горело от ударов Бичера, а осознание того, что Блейк оказался более чем прав в отношении этого человека, повергало женщину в шоковое состояние.

— Клайд Бичер! Все это время он был правой рукой ее отца! Как хорошо, что Блейк не позволил ему произнести последнее слово над могилой преподобного Уолтерса! Блейк подозревал этого человека с момента их первой встречи и оказался прав.

Блейк! Неужели он мертв? Очевидно, это правда. Так утверждает Бичер. В таком случае не остается никакой надежды, что ее найдут и помогут. Кто догадается искать Саманту Хастингс в тюрьме?! Господи, неужели ей, действительно, придется там рожать ребенка?

В это время человек, угрожавший Бичеру револьвером, схватил Саманту за руку и помог сесть в экипаж. Она была так потрясена всем случившимся, что наступила на подол своего желтого льняного платья и чуть не упала. Мужчина поддержал ее и опустил на сиденье.

— А теперь сиди здесь и отдыхай. Я не хочу, чтобы с тобой что-нибудь произошло в дороге.

С этими словами он уселся напротив и закрыл дверцу, затем опустил занавески, чтобы не было видно, кто едет внутри. Постепенно глаза Саманты привыкли к темноте, и она рассмотрела его лицо. Этот человек не позволил Бичеру изнасиловать ее, но женщина не знала, благодарить или проклинать за это.

Коляска качнулась, когда остальные мужчины сели в экипаж, и они тронулись в путь. В Индепенденс? По крайней мере, так говорили эти люди. Саманте хотелось узнать, кто приказал схватить ее, кому принадлежит этот красивый и довольно удобный экипаж. Впрочем, какое все это имеет значение? Разве кто-нибудь сможет найти ее в тюрьме? Если Блейк мертв…

Нет! Саманта не могла поверить этому! Эта мысль так взволновала ее, что она на какое-то время забыла о своем положении, о шоке, который вызвала у нее правда о Бичере, об угрозах этого негодяя и его подлых ударах. Блейк мертв! И дело не в том, что он не сможет помочь ей. Главное — Блейка уже нет, и она никогда не увидит своего любимого мужа, не окажется в его жарких объятиях, не будет больше лежать рядом с ним по ночам. А ребенок, который у нее под сердцем, никогда не узнает своего отца…

Неожиданно Саманта почувствовала слабость и головокружение. Ужасные удары Бичера, да и все случившееся сильно подействовали на нее. У Саманты зазвенело в ушах и потемнело перед глазами. Она стала медленно съезжать с сиденья, но кто-то успел подхватить ее.

Саманта очнулась на мягком сиденье экипажа и долго лежала неподвижно, вспоминая, что с ней произошло. Внутри царил полумрак, и только в узкую щель между занавесками проникал тонкий луч света. Спинка сиденья была откинута назад, чтобы Саманта могла лежать. Мужчина, который посадил ее в экипаж, сидел напротив и дремал.