Джо Гудмэн - В сердце моем навсегда

— Раштон решил, что это наш долг, — ответила Берил.

Последовало неловкое молчание. Ренни попыталась прийти сестре на помощь.

— Я с радостью узнала о возможности познакомиться с вами, — сказала она. — Мы с Джарретом приехали в Денвер всего на неделю, потом направляемся в Нью-Йорк. Работали над проектом для Северо-Восточной железной дороги всю осень и большую часть зимы. Светло-голубые глаза Берил блеснули.

— Я не знала, что вы пробыли здесь так долго. На верное, мне казалось, что после того, как вы не получили землю ранчо «Дабл Эйч», вы вернулись домой.

— Мы были в Калифорнии, — ответила Ренни. — Но меня все еще интересует колея через «Дабл Эйч», только я ни минуты не сомневаюсь, что Коннор землю не продаст.

— Теперь, конечно, нет, — сказала Берил. Ее легкий смешок звучал резковато. — Когда он так дорого заплатил за нее.

— Вы имеете в виду его женитьбу? — спросила Рении, ощетиниваясь. — Коннор Холидей должен считать себя счастливчиком, получив согласие моей сестры.

У Майкл терпения было не больше, чем у Ренни, но зрелище разъяренной сестры помогло ей обуздать собственный гнев.

— Коннор и Мэгги были у меня вскоре после свадьбы. Они были совершенно счастливы. — Она не посмела взглянуть на Ренни, которая уже выслушала другую версию об этом визите. — Трудно сказать, кому в этой сделке повезло больше. Еще чаю?

Берил протянула чашку, и Майкл налила ей чаю.

— Вы поймете меня, если я предположу, что Мэгги.

Ренни приветливо улыбнулась:

— Уверена, что положение мачехи подсказывает вам подобное предположение. — Уголком глаза она заметила, что Майкл чуть не поперхнулась чаем. — В конце концов вы же предпочли ему его отца. — Ренни поднялась, поставила чашку на край столика и, извинившись, вышла.

Майкл охотно удавила бы сестру, но не стала извиняться за нее. Она подхватила беседу, словно ничего не произошло:

— Я слышала, как Раштон упомянул, что вы через два дня уезжаете в Квннз-Пойнт.

Щеки Берил покрылись яркими пятнами, потом побледнели, когда она овладела собой.

— Это правда. — Теперь, когда Ренни в комнате не было, ей стало легче говорить. На протяжении всего обеда она не могла забыть, что Ренни Салливан в ответе за то, что Коннор женился на Мэгги. Именно интерес Ренни к ранчо «Дабл Эйч», ее рассказы Джею Маку о Конноре в конце концов и привели к такому повороту событий. — Дороги уже должны были открыться. Готова поклясться, что вчера я видела цветущий нарцисс. Майкл заставила себя улыбнуться:

— Не удивлюсь, если Мэгги уже чувствует потребность в обществе. Мы с Этаном говорили о поездке. Нам бы очень хотелось осмотреть это ранчо. И, откровенно говоря, теперь, когда Мэгги так близко от нас, я скучаю по ней как никогда.

— «Дабл Эйч» очень красивое ранчо, — сказала Берил. — Но я уверена, Ренни вам об этом говорила.

Майкл снова ощутила в голосе Берил плохо скрываемую нелюбовь к сестре. Она постаралась говорить все тем же ровным голосом:

— Поскольку мы с Этаном не скоро выберемся, то хотела попросить вас с Раштоном об одолжении.

Берил поставила чашку на блюдце. Потрогала аметистовую сережку в правом ухе, склонив голову набок.

— Буду счастлива помочь, если смогу.

— Мэгги пришлось оставить тут часть своих вещей. У нас несколько ее сундуков, чемоданов и… — тут она рассмеялась, — сверток от матери, который пылится наверху в коридоре всю зиму. Этан обещает отнести его на чердак два или три раза в неделю с тех самых пор, как его принесли, но так ничего и не делает.

А теперь он почувствует отмщение за свою лень. — Она улыбнулась. — То есть, если вы с Раштоном за хотите взять с собой, часть вещей. Берил пыталась придумать достойный повод для отказа, слушая Майкл.

— Конечно, я все рассортирую. Не хочу обременять вас без нужды. Докторский саквояж придется взять. Мама не послала бы его, если бы не считала, что Мэгги он пригодится:

— Докторский саквояж? — спросила Берил, — Ваша сестра ведь не врач.

— Нет, — пожала плечами Майкл. Ей не хотелось делиться мечтами Мэгги с этой женщиной. — Собствен но, я вообще не знаю, для чего ей эта сумка. Я ее ни разу не открывала.

— Из черной кожи? — спросила Берил. Она показала руками размер, расставив их примерно на двадцать дюймов. — Примерно вот такой величины?

— Правильно. Точно такой, какой носил бы доктор.

— Когда-то у меня был подобный, — медленно и задумчиво произнесла Берил. Она вспомнила, что одолжила его Коннору и так больше никогда уже и не увидела. Она постаралась, чтобы волнение не отразилось в ее голосе. — Я в нем держала всякие мелочи для путешествий. Гребни, щетки, духи. Все такое, без чего нельзя обойтись.

— Может быть, в нем только это и есть, — заметила Майкл, но с сомнением. Мэгги сочла бы легкомысленным носить с собой подобные вещи. — Более вероятно, что в нем книги. Мэгги всегда читает. Я знаю, что в некоторых ее сундуках лежат книги. И намереваюсь сделать так, чтобы она их получила.

Берил книги не интересовали.

— Конечно, мы возьмем все, что вы пожелаете, — сказала она. — Раштон не станет возражать, я уверена.

Мэгги с Мередит на руках бросилась к входной двери и распахнула ее.

— Посмотрите! — взволнованно воскликнула она, указывая на южный конец долины. — Это Дансер!

Она крикнула Коннору, стоящему в корале. Увидела, как он посмотрел в ту сторону, куда она указывала, снял шляпу и замахал ею, приветствуя приближающегося старателя.

Мэгги сбежала по ступенькам и понеслась через двор. Пятна снега лежали у нее на дороге, словно клумбы с белыми лилиями, и она огибала их. Коннор вышел из кораля ей навстречу, взял у нее из рук Мередит и поднял повыше.

Дансер остановил коня прямо у приветствующего его трио, из конюшни прибежали Патрик и Бен, чтобы поздороваться.

— Вы все здорово смотритесь, — сказал Дансер, широко улыбаясь. Наклонился с седла и пощекотал Мередит под подбородком. — Не боишься старого дядюшку Дансера, а? Поглядите-ка на нее! — Он засмеялся своим кудахтающим смехом. — Она не боится этой уродливой физиономии. Ни капли не боится.

— Конечно, она не боится, — сказала Мэгги. — С чего бы ей бояться? Она знает, что вы се любите.

Дансер спешился.

— Я никогда не говорил, что люблю ее, — ворчливо произнес он. — Дурацкое утверждение. — Он немного попрыгал, отряхивая пыль с одежды и разминая кости. Сдвинул назад шляпу и внимательно оглядел Мэгги. — Вижу, с тобой ничего плохого не случилось.

Мэгги предположила, что более нежного приветствия трудно от него и ждать. Повинуясь порыву, она обняла Дансера и поцеловала его.

— Я без вас скучала, — шепнула она в его покореженное, покрытое шрамами ухо. — Мы все скучали. — Мэгги быстро отступила назад, пока он совсем не смутился. — Вижу, нога вас больше не беспокоит.