Сюзан Кубелка - Сброшенный корсет

— Мои поздравления с выигрышем! — гремел генерал. Его лицо залила краска, висячие черные усы дрожали. — Йозефа, Цилли, наполните свои бокалы, выпейте вместе с нами за милостивейшую фройляйн Минку! Браво! За ваше счастье!

Когда все выпили, генерал поднялся, с восхищением смотря на меня сверху вниз своими раскосыми венгерскими глазами.

— Сейчас я буду держать речь. Конечно, жизнь со мной будет нелегка. Я привык приказывать и люблю, что мне повинуются. И мне не нужна слезливая бабенка, которая при первых же трудностях будет распускать нюни. Но она также не должна быть индийским Буддой с каменным лицом. Для меня, венгра, это не подходит. У меня все должно быть с перчиком. Мне нужна роскошная женщина с темпераментом, чтобы всегда была в хорошем настроении, и я давно присматриваюсь к нашей прелестнице. Я послал ее на адские испытания, проверил ее на прочность, как последнего рекрута. Я называл ее бестией — она и глазом не моргнула. Все мужественно выдержала, и все с милой улыбкой. Одним словом: у крошки есть все, что отвечает моим запросам.

Юлиана восхищенно закивала головой. Все снова чокнулись.

— Моя дорогая Минка, — продолжал генерал. — Вы знаете меня и с лучшей стороны, и с самой плохой. Но с самой выгодной стороны меня еще не знает никто, а именно — как жениха и как защитника. — Он обратился к Эрмине. — Моя дорогая кузина. Добро пожаловать и вам вместе с вашим сокровищем. Я не хочу разлучать вас друг с другом. Вы, разумеется, будете жить у нас. Милостивые дамы, я человек не бедный. У меня есть власть. Я не молод, но еще полон сил. Кто попадает под мое крыло, может ни о чем не беспокоиться. Он будет обеспечен на всю свою последующую жизнь.

— Вы замечательно сказали, — воскликнула тетушка, вытирая набежавшую слезу. — Цилли, налей еще шампанского!

— За здравие новой баронессы, — загремел Зольтан фон Бороши и чокнулся со всеми по кругу. — За жизнь! За радость! Мы будем устраивать праздники, скакать верхом, охотиться, развлекаться в Вене, а дома нас всегда будет ждать наш замок и наш винный погребок, и цыгане и наши скакуны, и Габор женится на Эльвири, и наши дети будут вместе расти на радость всем нам.

Так. Значит, ни о каком платоническом браке здесь речь не идет. Я уже выпила два бокала шампанского на голодный желудок! Как оно приятно обжигает и как бодрит! Теперь все представлялось мне не в таком уж трагическом свете. Я была как во сне.

Зольтан фон Бороши схватил мою руку и поцеловал. Я улыбнулась ему.

— Любезные дамы. Самое важное уже сказано.

— Нам нужно время подумать, — Эрмина вытерла капельки пота со лба.

— И сколько вам нужно времени, любезнейшая?

— Неделю.

— Даю на размышление три дня. К воскресенью ожидаю ответ… А теперь сделайте из нашего ангела красавицу, потом быстро к народу, на присуждение призов. Всем целую ручки. Жду вас на воздухе. Честь имею. Адье.

— А я-то думала, что он изберет Лизи, — пробормотала Эрмина. — Надо же быть такой слепой!

Тетушка залилась смехом. Эрмина уставилась на Юлиану непонимающим взглядом.

— Ты знала обо всем, — набросилась она на нее с обвинениями. — Это был твой план, с самого начала. Именно поэтому ты так зверски утягивала ее… И это платье… и эта прическа…

— Все завершилось полным успехом, дорогая моя. Можешь меня поздравить. Пройдет совсем немного времени…

— Но Габор ей подходит значительно больше.

— Зачем срывать яблочко, когда можно получить всю яблоню, — презрительно заметила тетушка Юлиана. — Надо думать о будущем. Цилли! Зефи! Мы сейчас все выпьем за здоровье нашей отважной барышни, которая вскорости может стать баронессой, если захочет.

— У меня пустой бокал, — запротестовала я.

— Недолго ему быть таким, дитя мое.

— Какой это будет по счету? — строго спросила Эрмина.

— Третий, — хихикнула я и чокнулась с ней.

— Послушай, Минка! Да ты пьяна! — в ужасе воскликнула Эрмина.

— Оставь ее. Сегодня у нее большой день. Итак, Минка, за твое счастье! Скоро ты станешь супругой могущественного человека. Тебе не придется больше сидеть за одним столом с глупым молодняком. Твое место будет там, наверху, среди благородных господ, и все будут целовать твои руки. Эрмина, прошу тебя. Ну, что с тобой? Мы же здесь не на похоронах.

— Нет. Вы только подумайте, присылает Габора в качестве брачного агента, — ворчала Валери, — прекрасно зная… нет, благородным поступком это не назовешь.

— Типичный генерал, — заметила Эрмина, — с людьми совершенно не считается.

Принцесса кивнула.

— Вот почему он трижды вдовец. Женщины таких долго не выдерживают.

— Моя кузина в четвертом колене, — начала Эрмина, — Катци, тоже была замужем за генералом, и он тоже был намного старше ее. Она так боялась его, что получила нервное расстройство.

— А моя племянница, Тинти, — продолжала Валери, — ей было семнадцать, а ему шестьдесят девять — дальний родственник, дядя. Она тоже страшно дрожала перед ним, родила ему двух наследников, один — немой, другой умер в пятилетием возрасте. Сейчас у нее депрессия…

— Такие вещи не обязательно рассказывать Минке, — возмущенно заметила тетушка. — От ваших историй можно сойти с ума. Поторопись, Йозефа, прическа недурно получилась. Надень-ка барышне шляпу. А ты, Минка, улыбнись, не смотри так мрачно, там тысяча людей ждет тебя, а некоторые из них благодаря тебе даже обогатились сегодня. — Она подошла ко мне, поцеловала в лоб. — Радуйся жизни! Улыбайся. Мне, к сожалению, надо домой, в отель. Времени совсем нет.

— Мне тоже надо идти, — вспомнила Эрмина. — Мне ведь надо в Эннсэг, подготовить все для лотереи. В десять начинается императорский бал, ожидается пятьсот гостей. Можешь себе представить, что будет твориться?

— А сегодняшней победительнице нельзя во дворец, несмотря на то что она пополнила благотворительный фонд на две тысячи гульденов?

— Нет. Этот бал — только для титулованных особ.

— А вы, любезная принцесса? И его сиятельство? А Габор? А граф Шандор?

— Мы все там будем, разумеется.

Моя тетушка еще раз поклонилась мне:

— Не расстраивайся, Минка, в следующем году ты, как баронесса, будешь носить знаменитую диадему с рубинами и станешь самой желанной гостьей в любом дворце. А сегодня вечером ты поможешь мне с подготовкой нашей лотереи. На нашем императорском балу. Ты можешь быть там сколько захочешь. После часа ночи все придут к нам с других балов, потому что у нас веселее всех. Йозефа, Цилли, пошли со мной!

— Я еще побуду с Минкой, — сказала Валери. — Когда она отдохнет, мы вместе пойдем успокоим Габора.