Патриция Поттер - Звездолов

На весла сели Гектор и Джок. Уже на полпути к башне Томми пробормотал:

— Надо было все-таки дождаться Патрика.

Он высказал вслух то, о чем Алекс с беспокойством думал. Но на самом деле ждать они не могли. Что, если тем троим сообщили о засаде и поручили убить Маргарет?

Лодка меж тем обогнула замок со стороны открытого моря. Алекс увидел небольшой причал и человека, явно поджидавшего их, — или, точнее, тех, у кого они отняли пледы. Алекс беззвучно зашевелил губами, прося всевышнего, чтобы больше никого из стражи здесь не оказалось. Впрочем, гарнизон для охраны заброшенной крепости не нужен. А тут, похоже, действительно никого нет.

Томми отвернулся, когда лодка ткнулась носом в камни, а Джок бросил человеку канат, который тот поймал довольно неловко. Алекс спрыгнул на причал и направил пистолет ему в живот.

— Привязывай! — скомандовал он.

Добрых две минуты охранник тупо глядел на пистолет; затем, будто опомнившись, торопливо обмотал канат вокруг кнехта и встал в стороне. Четверо мужчин выбрались на мокрый дощатый настил.

— Сколько здесь караульных? — спросил Томми.

Человек колебался, пока Алекс не ткнул ему дулом под ребра. Тогда он судорожно сглотнул несколько раз, а потом выдавил еле слышно:

— Восемь.

— С теми, что в лодке? — уточнил Алекс.

Еще один поощрительный тычок пистолетом — и снова неохотный кивок.

— А сколько вообще народу — кроме караульных?

Тот снова замялся. Алекс нагнулся к Томми и, стараясь придать голосу зловещую многозначительность, промолвил:

— Узнаешь нашего родственничка?

Пленный остолбенел — понял наконец, в чьи руки попал.

— Я его не знаю, — заявил Томми.

— И я тоже, — вмешался Джок.

— Так ты, значит, решил, что любому подонку дозволено рядиться в плед Сазерленда? — процедил Гектор. — Да Патрик Сазерленд его на куски разорвет. А потом вздернет. Говорят, он сотню таких отправил на тот свет без малейшей жалости.

— Верно, — важно подтвердил Алекс. — Брат сам мне рассказывал.

Пленный лишь переводил безумный взгляд с одного на другого.

— Да, да, — сказал Томми, — это родной брат Патрика, Алекс. И он очень похож на брата, не смотри, что молод на вид. Одного из тех псов, что плыли тебе на смену, он своими руками прикончил. Всадил ему нож в брюхо — и глазом не моргнул.

— Я только исполнял приказ! — вскричал несчастный. — Меня иначе убили бы.

— Синклер мертв, — продолжил Алекс линию Томми. — Так что теперь будешь исполнять мои приказы. Кто еще есть в крепости?

Окончательно убедившись, что он во власти сумасшедших, пленный беспомощно залепетал:

— Дама. Три женщины, которые ходят за нею. Еще пять стражников.

— Где стражники?

— Трое спят. Двое остальных, должно быть, в караулке.

— Кто подавал сигнал?

— Я. Мы всегда по очереди дежурим в башне у окна.

— Сейчас там кто-нибудь есть?

— Нет, я должен был вернуться туда, как только прибудет смена.

— Смены не будет, — пробасил Томми.

— Они… они в самом деле мертвы?

— Ты ведь их не видел, верно? — нарочито грубо оборвал его Гектор. — Ну, давай снимай плед, который ты позоришь.

Пленный кинулся выполнять приказ, расстегивать неловкими от спешки пальцами ремень, державший плед, и вскоре, с далеко не деликатной помощью Томми, предстал перед Алексом в одной грязной, ветхой рубахе.

Джок оторвал от подола полосу ткани и связал ему руки за спиной; затем бесцеремонно подтолкнул вперед, приказав отвести их туда, где спит стража.

Не прошло и часа, как все караульные были связаны и заперты в сырой каморке в подвале древней башни. «Даму», как они ее называли, держали в комнате наверху; туда вела лестница из четырех маршей. При ней неотлучно находилась одна из женщин, а две другие, сменяясь, ходили за нею.

Алекс побежал наверх, перепрыгивая через две ступеньки. Уже наверху он застиг врасплох женщину, выходящую из двери. У нее на шее на кожаном шнурке висел ключ.

— Запирать не нужно, — выпалил он, оттесняя ее с дороги. Женщина пыталась остановить его, но прямо за ним шел Гектор, который схватил ее и оттащил в сторону.

Алекс вошел в комнату. Сердце бешено билось в груди, точно кузнечный молот, грозя сломать ребра. Окон в комнате не было; только на столике тускло горела свеча. На узкой койке лежала женщина, и, преодолев в несколько прыжков расстояние от порога, он опустился на колени у ее изголовья и сжал ее тонкую, бледную руку.

Лицо ее было знакомым, но крайне изможденным и синевато-белым, без кровинки, почти без жизни. Сонные голубые глаза глядели на него бессмысленно, будто не видя.

— Маргарет, — тихо позвал он. Она моргнула; взор вдруг прояснился.

— Алекс? — выдохнула она. — Матерь всеблагая! Алекс, это действительно ты? — И попыталась сесть. Он встал, чтобы помочь ей.

Она была страшно слаба, и взгляд то и дело туманился, ускользал.

— Я не могу… я уже выпила вино, и теперь не смогу встать.

— Они опоили тебя? — догадался Алекс.

— Понемногу. Понемногу каждый день. И каждую ночь. — Маргарет опять смотрела на него. — Твой отец… он…

— Он в Бринэйре, — подхватил Алекс. — А ты знаешь, где ты?

Она вяло покачала головой:

— Море… Где-то на море.

— Ты в Крейтоне. Тебя привез сюда Эдвард Синклер.

— Синклер? — Она снова качнула головой. — Ах да, Эдвард Синклер, помню… Но ведь меня здесь держит Грегор? — Маргарет умоляюще посмотрела на пасынка. — Пожалуйста… помоги мне вернуться домой.

— Нет, то был не отец, — мягко возразил Алекс. — Отец тебя сюда не отправлял, Маргарет. Он думает, что тебя нет в живых, что ты… что ты, быть может, убила себя. А твой брат верит, что тебя убил мой отец. И они… воюют.

Она смотрела на него не понимая.

— Это сделал не Грегор?

— Нет, — терпеливо повторил Алекс, — не он. Клянусь.

— Давно я?..

— Два года.

— Не помню… вино… Я чувствую такую… слабость, как выпью его, но оно делает все… — Маргарет с трудом проглотила слюну и приподнялась на локте, — более сносным.

У Алекса щемило сердце. Одежда висела на Маргарет, будто раньше принадлежала другой женщине, вдвое толще ее самой. Ему хотелось задушить Синклера.

Он обнял ее за плечи, помог подняться.

— Пойдем, Маргарет. Я отвезу тебя домой.

Но она зашаталась, и Алексу пришлось взять ее на руки. Господи, какая она легкая, как исхудала…

Когда Алекс подошел со своей ношей к двери, Гектор протянул к нему руки, чтобы принять ее. Алекс хотел было возразить, но передумал: Гектор сильнее, а спускаться им целых четыре пролета. Он передал Маргарет Гектору — бережно, не дыша, будто хрупкую стеклянную статуэтку.

— Будь осторожен.