Кэтрин Харт - Сладостная ярость

— Нэн, задвинь занавески на окнах, прежде чем зажечь лампу.

— Даунинг? — мягко спросил Трэвис. — Том?

— Точно. — Не успел ни один из них больше промолвить и слова, как Нэн зажгла лампу, и Трэвис впервые как следует смог рассмотреть старшего брата Сэм. Он был высокий и смуглый, и в его глазах явно просматривалось сходство с сестрой.

— А теперь, — сказал Том, — правую руку засунь в карман, а левую опусти вниз, очень медленно, и отстегни ремень с кобурой. Бросай его на пол. Делай это не торопясь, а то мне будет жаль пристрелить мужа моей младшей сестренки.

Сжав зубы и кляня себя за глупость, Трэвис выполнил все, как ему было приказано.

— Ты сильно рисковал, вернувшись в город, — пробормотал он. — Могу я узнать, зачем?

Качнув пистолетом, Том указал Трэвису на стул.

— Нэн нужно было перед дорогой собрать кое-какие вещи, а мне хотелось узнать новости о Сэм и братьях. Мы ничего не слышали о Билли с тех пор, как они с Нолой уехали. У них все в порядке?

Трэвису казалось нелепым сидеть и как ни в чем не бывало беседовать на семейные темы под дулом пистолета Тома. Он понимал, что оказался в незавидном положении и что ему надо выиграть время, а потом он что-нибудь придумает, найдет выход.

— У них были неприятности из-за отца Нолы, но в конце концов все утряслось. Ты должен радоваться, что Билли сейчас на свободе.

— Как? Как это случилось? — впервые за все время подала голос Нэн, обращая на себя внимание Трэвиса.

Хотя он все время ощущал ее присутствие где-то на заднем плане, он только сейчас по-настоящему рассмотрел ее и испытал нечто вроде потрясения. Она так изменилась, что это не поддавалось никакому описанию! Маленький серый воробышек превратился в очаровательную женщину. Ее волосы свободными волнами рассыпались по плечам, а не были стянуты в тугой узел на шее, как прежде. Лицо смягчилось, округлилось. Держалась она, правда, так же прямо, как раньше, но все-таки избавилась от своей скованности. В глазах сверкал огонь, придававший особую прелесть ее лицу, и Трэвис поразился, почему он всегда считал ее дурнушкой. Строгие одежды маленькой учительницы тоже ушли в прошлое, на ней были блузка и широкая мексиканская юбка.

— Нэн! — воскликнул он, забыв, о чем она спросила? — Как вы похорошели! Замужество вам на пользу. Она застенчиво улыбнулась:

— И вам тоже, Трэвис. Как Сэм? Она получила письмо и медальон, которые мы ей послали?

— Получила. Со дня на день мы ожидаем рождения нашего первенца. Я как раз шел домой, когда мне показалось, что в доме кто-то есть. Я хотел проверить, не забрался ли сюда вор.

— Вот и шел бы себе домой, — вставил Том. — А мы к утру уже бы уехали, и никто бы нас не увидел, если бы не ты. А теперь неизвестно, что с тобой делать, пока мы не уберемся отсюда…

— А тебе не приходило в голову сдаться в руки правосудия?

Том невесело рассмеялся:

— Да, у меня была такая мысль, но возможность кончить свои дни на виселице или в тюрьме мне как-то не улыбается, особенно после того, как я встретил Нэн.

— Всегда есть шанс получить мягкий приговор. Такой приговор получил Хэнк. Он сейчас работает на платной конюшне. Нам удалось убедить судью и в случае с Сэм. Судья поверил, что она исправилась.

— А Билли? — спросила Нэн. — Ты еще ничего не сказал про Билли.

— Ну, Билли оказался конем другой масти. — Голос Трэвиса задрожал от возмущения. — Похоже, что Сандоваль резко переменил к нему свое отношение. Он, видите ли, не желал, чтобы Нола была замужем за обыкновенным преступником, и поэтому купил у губернатора помилование для Билли.

Нэн открыла рот от удивления:

— Что он сделал?

— Ты меня слышала. Он использовал свое влияние, чтобы получить помилование для своего зятя. Вот так-то. Закон, как видно, можно обойти, — сказал Трэвис с горькой улыбкой.

— Может быть, — согласился Том, — но это не значит, что я отделаюсь так же легко.

— Не можешь или не хочешь? Насколько я знаю, тебе всегда хотелось стать проповедником. Как ты собираешься добиться этого или же создать приличный дом для Нэн, если ты постоянно в бегах, постоянно скрываешься.

— Что-нибудь придумаем. — Обращаясь к Нэн, Том сказал: — Поищи где-нибудь веревку. Мы свяжем начальника и оставим его здесь, пока сами не уедем из города.

— Но, Том!

— Не беспокойся, Нэн. Его начнут искать и скоро найдут.

— Кое-кто уже начал это делать, — раздался нежный голос от двери. — Не двигаться, особенно это относится к тебе, дорогой братец.

— Сэм! — Все трое повторили ее имя, когда Том обернулся к ней лицом. Сэм стояла на пороге, глядя на них широко раскрытыми черными глазами и держала в руке кольт Трэвиса.

— Брось пистолет, Том. Не вынуждай меня стрелять. — В ее голосе сквозило страдание.

Том понимающе улыбнулся, одновременно не спуская глаз с Трэвиса и целясь в него из пистолета.

— Ты не убьешь родного брата, Сэм, — сказал он. — Я тебя знаю. Ты на это не способна. Сэм подняла плечи.

— Мне ничего не стоит прострелить тебе ноги или руки. Как это тебе понравится? — Она поморщилась при этих словах, но выдержала характер.

Том побледнел.

— Послушай, Сэм. Будь благоразумна. Нам просто нужно время, чтобы выбраться из города.

— Не в этот раз, Том. Пора прекратить скрываться от закона. Придется отвечать за все, что ты натворил. Подумай как следует, Том. Отец умер. Билл и Хэнк у нас. Мы все одна семья, и мы сделали все, что от нас зависит, чтобы помочь тебе, но и ты должен сдаться, отдать свое оружие. Это единственный выход, если ты хочешь, чтобы все кончилось хорошо.

Сэм нахмурилась. Ее брови сошлись в одну линию, она напряженно ждала ответа брата. Не дождавшись его и видя, что Том стоит и пристально смотрит на нее, Сэм потеряла всякое терпение и заорала на него:

— Будь все проклято! Как мне все это надоело! Всякий раз, как у нас с Трэвисом налаживается жизнь, обязательно кто-то из моих дорогих, обожаемых братцев выскакивает, как черт из табакерки, и сваливается нам на головы! Как ни люблю я вас, порой я очень жалею о том, что я не единственная дочь нашего отца!

— Кстати, — внезапно задыхаясь, проговорила она, — времени у тебя почти нет, потому что если мне суждено пристрелить тебя, я должна сделать это немедленно, не то рожу ребенка прямо здесь. — Ее лицо исказилось от боли.

Только сейчас все наконец поняли, в чем дело. Даже когда по ее телу прошла первая судорога, она не выпустила из рук пистолет и не отвела глаз от лица Тома.

Это неожиданное признание Сэм повергло Трэвиса в глубокое уныние. Ему ничего не оставалось делать, как сидеть и терпеливо ждать, когда он сможет начать действовать. И этот шанс не замедлил представиться ему. Том открыл рот от изумления и перевел взгляд на огромный живот Сэм. Воспользовавшись тем, что Том потерял бдительность, Трэвис рванулся со стула. Локтем он ударил Тома в живот, а другой рукой стукнул его по руке. Том выронил пистолет, и не успел он перевести дух, как Трэвис уложил его на пол лицом вниз и заломил руки за спину.