Мэри Спенсер - Обет любви

Закончилось же все и вовсе плачевно. Можно сказать, унизительно. Во всяком случае, с удовлетворением вспомнил Эрик, он отказался поцеловать невесту и сразу же ушел из церкви, бросив такой взгляд на священника, пытавшегося его удержать, что бедняга затрясся от страха. Пусть все знают, что он думает обо всем этом позорном фарсе. Она и охнуть не успела, как он схватил ее за руку и чуть ли не волоком притащил в отцовскую комнату, после чего с грохотом захлопнул дверь и тут же накинулся на нее.

Но Марго оказалась быстрее.

– С-сам в-виноват! С-сколько раз я т-твердила т-тебе, ч-что мы поженимся! Если б-бы не т-твое ч-чертово упрямство, м-мне б-бы н-никогда не п-пришлось устраивать этот п-позорный спектакль!

– А я говорил, что мы никогда не поженимся! – орал он. – О чем думали мои родители, хотелось бы мне знать? О чем думал твой собственный отец? А ты… ты наврала им!

– Н-ничего п-подобного! – завопила она так пронзительно, что он даже слегка перепугался. – Я с-сказала ч-чистую п-правду! А если уж они в-все п-поняли п-по своему, то я здесь ни при чем! Я в-ведь п-предупреждала, что с-сделаю из т-тебя порядочного ч-человека, сколько бы ты ни брыкался!

– Бог ты мой, женщина! – придя в бешенство, прогремел Эрик. – Я же не ребенок, которого можно обманом заставить делать то, что ему не хочется! Я мужчина, слышишь, и должен сам решать, когда мне следует жениться! Сколько раз я твердил тебе, что этого никогда не будет?!

Гора мускулов грозно нависла над ней, но Марго, похоже, ничуть не испугалась. Бесстрашно уперлась кулачками в бока и, не дрогнув, встретила его взгляд.

– Т-так, с-стало б-быть, ты сейчас должен б-благодарить меня! Если б-бы не я, т-то ты сейчас н-не был б-бы женат! И между п-прочим, п-прекрати кричать – я т-твоя законная жена!

– Ненадолго! Завтра же я найду способ объявить все это недействительным! Даже сам король не решится признать законным этот фарс!

Эти слова, похоже, слегка выбили у нее почву из-под ног. Глаза Марго испуганно расширились. Она покачала хорошенькой головкой, явно не веря ни одному его слову:

– Т-ты… ты не с-сможешь аннулировать наш б-брак! Нас ведь обвенчали… священник… все были с-свидетелями…

– Не радуйся, моя дорогая! Брак не может быть законным, пока он не совершен на деле, а уж этого не будет никогда!

– Но п-почему? – так жалобно взмолилась она, что сердце Эрика против его воли мгновенно растаяло. – Ты же г-говорил, что любишь меня!

Это было поистине адской мукой – не схватить ее в объятия тут же, как только она расплакалась. Эрику пришлось даже отойти к двери, иначе вся его решимость растаяла бы, как лед под солнцем.

– Ты знаешь почему! Я тысячу раз объяснял тебе, а ты просто не желала меня слушать, – уже спокойнее ответил он. – Если бы я не любил тебя так, то давно бы унес наверх, чтобы на деле сделать своей женой. Но я люблю тебя… люблю так сильно, что не хочу, чтобы позор мой пал и на тебя. Так что завтра же я аннулирую наш брак, а потом… потом ты можешь выйти за Жофре… или за кого-нибудь еще, раз уж Джеймс заварил всю эту кашу, а сам теперь вышел из игры!

– Нет! – крикнула она, яростно топнув ногой. – Я б-буду т-только твоей, и ничьей б-больше!

– Стало быть, нам обоим, миледи, предстоит провести остаток жизни в одиночестве. Если, конечно, кому-нибудь не удастся переубедить вас. А теперь прощайте!

С этими словами он захлопнул за собой дверь и направился прямиком в парадный зал с твердым намерением напиться, а она, вся в слезах, взбежала по лестнице наверх. Он проводил ее взглядом. Собственно говоря, не только Эрик – это видели все, поскольку вся семья толпилась под дверями, теряясь в догадках, удастся ли влюбленным договориться. Его мать, Минна и Джейс стремглав бросились вслед за Марго, а Эрик повернулся к остальным и смерил их мрачным взглядом, всем своим видом давая понять, что желает остаться один. С того самого времени он и оставался в одиночестве, пока отец и братья не спустились в зал вместе с сэром Уолтером и сэром Аллином. Они и сейчас все еще стояли в уголке, перешептываясь и пересмеиваясь, украдкой поглядывая на него. Еще несколько минут, и начнутся уговоры. Марго, как сообщил вездесущий Томас, укрылась в его спальне. Пусть подходят, угрюмо подумал Эрик. Сегодняшнюю ночь он так и проведет здесь, на скамье, за кружкой эля. Уж наверх он, во всяком случае, не пойдет, пусть не надеются, даже если свалится от усталости!

Томас подбежал наполнить кружку элем, недоверчиво покосившись в сторону перешептывающихся и пересмеивающихся мужчин.

– Похоже, они надумали навалиться на вас все скопом, милорд!

– Может, и так, Том, но сомневаюсь, что они рискнут это сделать. По крайней мере пока ты здесь.

Томас обернулся к Эрику, и тот заметил, что мальчишка недовольно насупился. Мальчуган осторожно отставил в сторону кувшин, и глаза их встретились.

– А почему вы не хотите, чтобы леди Марго осталась вашей женой? Сами же мне говорили, что любите ее!

Эрик только вздохнул и опустил глаза.

– Присядь-ка, Том, – он подвинулся на скамье, – попробую тебе объяснить.

Томас осторожно устроился рядом, по-прежнему не сводя с Эрика глаз.

– Раз уж мы с тобой в этот раз были вместе, ты, должно быть, успел понять, что с моим появлением на свет не все так ладно. Ты ведь догадался, что леди Элен и сэр Гэрин не мои настоящие родители?

– Этот дьявол… он и есть ваш настоящий отец, – проворчал паренек с угрюмым видом.

– Правильно. Этот негодяй дал мне жизнь. Я плоть от плоти его… в моих жилах течет его кровь. Не знаю, почему мне привалило такое счастье, что я не пошел в него, но ведь это еще не значит, что это дьявольское зло не дремлет во мне, чтобы потом возродиться в моем сыне… если он у меня будет! Есть ли у меня право так рисковать… зная, что за чудовище может явиться на свет благодаря проклятию моего отца? Теперь ты понимаешь, Томас?

Мальчик нахмурился:

– А вы никак не можете обойтись без детей, если останетесь с леди Марго?

Эрик был застигнут врасплох. Как объяснить мальчику, что такое невозможно?

– Ну, – откашлялся он, неловко поерзав на скамье, – видишь ли, когда мужчина и женщина по-настоящему женаты, они обычно… в общем, чаще всего у них появляются дети. И так уж случается, что иногда это происходит независимо от их желания.

Томас смущенно потупился.

– Поэтому-то вы и не хотите оставаться мужем леди Марго… чтобы не наградить ее ребенком? – подумав немного, осторожно полюбопытствовал Томас.

Эрик закашлялся и был вынужден отхлебнуть эля.

– Поэтому… и еще по другой причине, – ответил он, чувствуя, что гнев его понемногу стихает, уступая место печали. – Не настолько уж я хорош, чтобы дать счастье женщине… особенно такой, как леди Марго!