Мэри Гилганнон - Повелительница бурь

И тут ей в голову пришла неожиданная мысль. Пошарив в сумке Дага, она ощупью нашла там кусок вяленого мяса и, бросив его в сторону горящих глаз, не оглядываясь, рванулась к хижине.

Вбежав внутрь и захлопнув дверь, Фиона привалилась к ней спиной. Только теперь она смогла перевести дыхание. Снаружи до нее доносилось рычание волков, грызущихся из-за добычи. Слава Богу, им пока было чем заняться, по ведь это все равно ненадолго. Фиона подумала о стоявшем в пристройке жеребце, и страх снова наполнил ее душу. Пожалуй, с двумя хищниками конь еще как-нибудь справится, но если появятся и другие…

Она постаралась отогнать от себя тревожные мысли и думать только о том, что вот-вот появится Даг. Трясущимися руками девушка открыла сумку и достала бурдюк с водой. Сделав несколько больших глотков, она с жадностью принялась за еду…

– Может, расскажешь мне о своем новом походе в Ирландию? – Ровный голос Сигурда, расположившегося на лавке у огня в торфяной хижине кузнеца, никак не выдавал его чувств.

Несколько мгновений Даг молчал, не отрывая взгляда от своей чаши с пивом. Теперь, когда он и Сигурд остались наедине, ему не так-то просто было решить, с чего начать. Толпа собравшихся на берегу жителей поселка все не расходилась, ожидая, когда будет подожжен погребальный костер, Фиона и Эллисил ждали его в глубине холмов, а он все никак не мог собрать ускользающие мысли.

Наконец Даг поднял голову и взглянул на брата.

– Лучше сперва ты расскажи мне про нападение и про пожар, – предложил он.

Сигурд поморщился.

– Я и так знаю, что ты скажешь: мне не следовало покидать поселок, – с раздражением произнес он.

– Но ты ведь оставил кого-то охранять дом на то время, пока будешь в отъезде?

Сигурд кивнул.

– Бродира и Утгарда. Видимо, кто-то напал на них и с легкостью их обезоружил. Утгарда нашли на следующий день связанным в лесу…

– А Бродир?

– Этот сам смог освободиться. Он прибежал к горящему дому сразу после женщины. – Сигурд с укором посмотрел на брата. – Вот тогда-то Бродир и увидел, как твоя рабыня плясала и читала заклинания.

– Так ты действительно думаешь, что она устроила этот пожар? – недоверчиво спросил Даг. – И ты можешь верить в подобную чушь?

– Она ненавидит нас.

– Фиона может ненавидеть Бродира, но она никогда не подняла бы руку на женщин и детей.

Сигурд стиснул зубы.

– Она разрушила все, все до основания. Вот и ты собираешься уехать в Ирландию, оставив свой народ, свой дом.

Только тут Даг понял, почему Сигурд осудил Фиону на смерть, разумеется, он и на йоту не верил, что именно она устроила пожар. Его брат ненавидел Фиону потому, что, по его мнению, она разрушила родственные узы, связывавшие их.

– Послушай, Сигурд… – осторожно начал он. – Даже если бы я и не взял тогда в плен ирландку, этому все равно когда-нибудь суждено было случиться. Рано или поздно я должен буду выйти из твоей тени и обрести свою собственную землю и свою судьбу.

– Знаю, и я готов был помочь тебе в этом. – В голосе Сигурда послышалась обида. – Я с удовольствием позволил бы тебе воспользоваться «Девой бури» для такого путешествия. Но ты даже не попросил меня…

– Как же ты не понимаешь, брат? Есть вещи, которые мужчина когда-то должен сделать сам. Если Скирнир доверяет мне свой драккар, то это потому, что он верит в меня. Ты бы дал мне корабль потому, что я твой брат, а это не одно и то же.

Сигурд только сокрушенно вздохнул и ничего не сказал.

– Ты по-прежнему хочешь сжечь драккар? – помолчав, спросил Даг.

Лицо Сигурда дрогнуло.

– Я должен достойно проводить Кнорри в последний путь. Он заменил мне отца… а я не уберег его.

Даг глубоко вздохнул, пытаясь подыскать нужные слова. Раньше всегда Сигурд утешал его и побуждал принимать правильные решения, и вот теперь они поменялись ролями.

– Кнорри погиб смертью героя, он спас женщин и детей, а также много ценностей – разве этого не достаточно, чтобы его дух вознесся в Валгаллу?

Сигурд по-прежнему молчал, и тогда Даг продолжил с еще большим жаром:

– Неужели ты и вправду думаешь, что, спасая твоих сыновей, Кнорри хотел, чтобы потом ты сжег «Деву бури» и обездолил их? Без корабля ты не сможешь больше добывать сокровища, а без средств тебе не нанять плотников, которые будут нужны, чтобы построить новый дом.

– Начиная с этого дня я покончил с набегами, – хрипло произнес Сигурд. – Они больше не нужны мне.

Даг кивнул. Благодаря Фионе ему нетрудно было понять, как смотрят на эти варварские нападения их жертвы. Похоже, теперь и Сигурд видел это так же ясно.

– Но раз так, тебе придется заняться торговлей, – не сдавался он. – Значит, тебе нужен будет корабль, который доставит товары на торг в Хедебю.

– Мы можем построить новый корабль.

– Неужели? Все следующее лето тебе придется отстраивать жилой дом; сможешь ли ты протянуть целый год, не продав ничего?

– Я заплачу другому ярлу, чтобы тот доставил мои товары на рынок.

– Заплатишь чем? Ты подумал о том, что постройка нового дома и его обустройство поглотят почти все твои сбережения?

Вместо ответа Сигурд лишь стиснул зубы, как упрямый ребенок, не желающий признаться в совершенной ошибке.

– Я уже объявил о своих намерениях, – наконец произнес он, – и не могу взять сказанные слова обратно. Довольно и того, что ты освободил девушку и лишил меня возможности казнить ее. Теперь ты хочешь, чтобы я нарушил свой долг по отношению к Кнорри.

– Признавать свои промахи – вовсе не свидетельство слабости. За исключением, быть может, Бродира, все остальные твои подданные испытают облегчение, узнав, что ты не будешь сжигать корабль.

Сигурд бросил на брата быстрый взгляд.

– Ты говоришь, словно последователь этого проклятого лже-Бога – Христа. Поддавшись влиянию женщины, ты забыл истинный путь викингов!

– А что ты считаешь истинным путем, брат? – возвысил голос Даг. – Бессмысленное кровопролитие, от которого уже и тебя самого начинает мутить? Набеги, порождающие новые набеги? Или варварские погребальные ритуалы, ввергающие в нищету живых? Да, меня тошнит от всего этого, но отнюдь не под влиянием женщины. Я просто не хочу больше зависеть от всей этой глупости.

В этот момент он заметил, как кровь бросилась в лицо Сигурду, глаза его потемнели, рот злобно оскалился. У Дага перехватило дыхание. Он зашел слишком далеко. И кажется, тяжело оскорбил своего брата.

Сигурд сжал свои громадные руки в кулаки, но тут же, снова разжав их, неожиданно запрокинул назад свою крупную голову и громко захохотал.

– Готов поклясться молотом Тора, ты совсем изменился, братец! Где тот тщедушный веснушчатый мальчишка, которого я так любил дразнить? – Хлопнув Дага ладонью по плечу, он снова захохотал, да так, что от его громоподобного хохота стены маленькой хижины заходили ходуном.