Андреа Кейн - Бриллиант в наследство

Кортни нахмурилась.

— Ясно, что мисс Пейн была очень несчастной женщиной.

— Ясно, что она и сейчас такая, — пробормотал Слейд. — Вопрос в том, на что ее толкнуло это чувство?

До них донеслись приглушенные звуки приближавшихся шагов, и Слейд застыл, как волк, почуявший опасность.

Кортни затаила дыхание, ожидая, пока торопливые шаги приближались, достигли двери спальни мисс Пейн… и затихли, удаляясь.

Девушка вздохнула с облегчением:

— Я знала, что мистер Оридж нас не разочарует.

— Даже Оридж не сможет слишком долго задерживать мисс Пейн, чтобы не вызвать у нее подозрений, — забеспокоился Слейд, снова посмотрев на закрытую дверь. — Мы не можем этого допустить. Ясно и то, что нам нельзя брать дневник с собой. Мисс Пейн может обнаружить его исчезновение. Так что давай ускорим процесс, просмотрим записи ближе к тому дню, когда произошло убийство. Может, она называет какие-то имена.

Кивнув, Кортни пропустила несколько страниц с коротенькими записями, пока не добралась до страницы, датированной 18 марта 1807 года и исписанной сверху донизу.

— Давай попытаемся здесь, — прошептала она.

«Она и понятия не имела, как унизительно для меня было просить прибавку к жалованью. И она мне отказала. Она сказала, что я уже получаю почти столько, сколько и Сиберт. Но так не должно быть. Я работаю гораздо больше, чем этот старый дурак. Она продолжала унижать меня, предложив мне деньги взаймы. Но я не нуждаюсь в деньгах. Я их заработала. Разве она заработала целый гардероб восхитительных нарядов или те сокровища, которые граф хранит взаперти в библиотеке? Что ж, я знаю, к кому обратиться, кто убедит леди Пембурн в моей ценности. Это виконтесса Стенвик. Я подойду к ней. Она всегда говорила, что я незаменима, что я просто находка для Пембурна. И графиня уважает ее мнение. Да, так я и сделаю. Я поговорю с леди Стенвик. Она поймет. Она мне поможет».

Следом начиналась другая запись, датированная 20 марта 1807 года:

«Она согласилась принять меня завтра. Мы успели поговорить всего несколько минут до возвращения леди Пембурн, но виконтесса сказала, что у нее есть идеальное решение моей проблемы. И она так приободряюще улыбнулась, когда сказала это. Возможно, она хочет предложить мне место в Стенвике. Больше денег, блестящее будущее. Я с трудом могу дождаться».

— Это ни о чем нам не говорит, — заявил Слейд, — кроме того факта, что мисс Пейн наглая и лживая. Это просто невероятно, что она решилась переступить все рамки и обратиться за помощью к одной из знакомых моей матери, причем не к кому-нибудь, а к ее ближайшей подруге.

— Странно, что Элеонора согласилась принять ее. Учитывая все обстоятельства, я бы скорее подумала, что она пойдет прямо к твоей матери и расскажет о неверности ее экономки.

— Она, вероятно, так и сделала.

— Тогда почему мисс Пейн не уволили? — Кортни задумчиво листала дневник дальше, но там были только чистые страницы, без всяких записей. — Теперь я совсем запуталась. Если мисс Пейн была так взволнована предстоящей встречей с Элеонорой, то почему ничего не написала о результатах этой встречи?

— Может, их и не было. Может, она одумалась и не ходила в Стенвик. А может, Элеонора получше подумала о своей доброте и вышвырнула мисс Пейн в тот момент, когда та появилась. — Слейд взял Кортни за руку и заставил встать на ноги. — Положи дневник туда, где ты его нашла. Он не раскрыл нам ничего, кроме мотивов, которыми руководствовалась мисс Пейн. Но их и так несложно угадать. Воровство всегда вызвано жадностью. Пойдем.

Кортни недоверчиво покачала головой и отступила назад.

— Слейд, здесь слишком много резких противоречий. Элеонора — воплощение светских манер. Она бы никогда не согласилась встречаться с экономкой твоей матери. Но она это сделала. Мисс Пейн может быть расчетливой и жадной, но вряд ли она заблуждалась. И почему ее записи обрываются здесь? А ты не находишь странным то совпадение, что записи обрываются за неделю до того, как она оказалась втянута в заговор по краже драгоценностей твоей матери? Что-то должно было предшествовать этому шаху или кто-то, тот, кто приказал ей нарисовать план дома и передать его Армону. Кто бы это ни был, но мисс Пейн должна была встретиться с ним между двадцатым и двадцать седьмым марта. Но в этом дневнике нет никаких упоминаний о такой встрече, ни о других встречах вообще, разве только радость, что ее согласились… — внезапно Кортни замолчала и сильно побледнела. — Господи… нет.

— Нет, — повторил Слейд, решительно покачав головой. — У тебя сильно разыгралось воображение, Кортни. Это невозможно.

— Да? — тихо спросила она дрогнувшим голосом. — Наверное, ты прав. Я, вероятно, так переутомилась, что больше не способна разумно мыслить, и так стремлюсь разрешить все, что готова даже сомневаться в том, кого Аврора обожает, кого я сама считаю подругой. Но я лучше буду презирать себя потом, когда все это останется позади, но сейчас, Слейд, мы должны рассмотреть любую возможность.

Кортни резко выпрямилась.

— Предположим, что мисс Пейн встречалась с Элеонорой. Предположим, что у Элеоноры была причина не говорить об этом твоей матери. Предположим, что она предложила мисс Пейн деньги, положение и еще бог весть что в обмен на нечто гораздо более ценное?

Слейд замер.

— Бриллиант? Ты думаешь, что Элеоноре был нужен черный бриллиант?

— Я считаю, что тот, кто руководил всем этим, хотел получить черный бриллиант. Итак, допустив, что Элеонора виновна, я думаю, она увидела возможность заполучить этот камень. — Кортни помолчала. — И не однажды, а два раза. Десять лет назад она была близкой подругой твоей матери. Элеоноре нужно было выяснить, где хранится бриллиант, и когда мисс Пейн сблизилась с ней, у нее появилась прекрасная возможность завладеть камнем, не подвергая себя опасности.

У Кортни промелькнула новая мысль, и она заглянула в дневник, указывая на запись от 18 марта.

— Посмотри, мисс Пейн упоминает о шкатулке с бриллиантами твоей матери и ее местонахождении, так что она все знала. Если она рассказала об этом Элеоноре, то Элеонора наверняка решила, что черный бриллиант находится в том же сейфе, что и шкатулка, и решила завладеть им. Не знаю, где она отыскала и наняла Армона, но он прекрасно подходил для отведенной ему роли. Она не рассчитывала, что твои родители появятся в доме в момент ограбления. Но камня там не оказалось. Так что она вернулась к своему первоначальному плану, правда, после смерти твоей матери она сблизилась с Авророй. Думаю, для нее это не составило большого труда, учитывая потребность Авроры в любви и внимании. И все это время Элеонора чувствовала себя в полной безопасности, зная, что ты убежден в виновности Лоуренса и Хилтона Бенкрофтов.